Чтение онлайн

«А что, если он доберётся до самых кончиков пальцев, что тогда?»

Он не успел ответить на свой вопрос, потому что откуда-то до него донеслись звуки, показавшиеся в этой тьме совершенно чуждыми, неуместными и в тоже время немного обнадёживающими. Немного прислушавшись, Риз понял, что во-первых, источник звука приближался к нему, а во-вторых, сам звук был комбинацией работающего двигателя и громкого шелеста резиновых покрышек.

Внезапно ослепивший Риза свет фар, заставил молодого человека зажмуриться и даже прикрыть рукой глаза. К тому же, Риз инстинктивно попятился назад, чтобы отдалиться от быстро приближающегося источника света и шума. Каково было удивление молодого человека, когда он смог увидеть остановившейся в нескольких метрах от себя пассажирский маршрутный автобус. Один из тех, что колесят по городу по определённым маршрутам. Из-за грязи было сложно судить о цвете кузова, по всем признакам это был совершенно типичный, старый автобус. Двери раскрылись, словно приглашая Риза войти в салон. Риз помедлил лишь мгновение, после чего забрался внутрь.

Он увидел, что внутри было почти пусто. Поспешив отыскать контролёра, Риз обнаружил, что это была закутанная в какой-то старый, бесцветный пуховик женщина, которая сидела вблизи от водительского места и даже не думала вставать со своего места.

Риз некоторое время смотрел на женщину, а та, ничего не выражающим взглядом, смотрела на Риза.

Удалившись в самый конец салона, где находилось общее, на три места, сиденье, Риз намеривался выглянуть через широкое окно заднего вида, но там ничего не было видно. Только теперь Риз понял, что причина была овсе не в неестественно густой темноте, а в отсутствии чего либо за пределами этого странного транспорта. Кроме него, в автобусе было всего два пассажира. Женщина средних лет, которая пристально смотрела в окно, сидя на одиночном сиденье, прижимая свои сумку и пакет к груди, и молодой человек, сидевший у самого окна, уставившийся в одну точку перед собой, совершенно не обращавший внимание на происходящее. Молодой человек был одет в тёмные джинсы, лёгкую кожаную куртку, которая к тому же была расстёгнута на груди и из-под виднелась застёгнутая до последней пуговице рубаха синего цвета. У молодого человека были тёмные, не длинные волосы, зачёсанные в аккуратную причёску. Сидя прямо, не прикасаясь спиной к спинке сиденья, молодой человек выглядел словно застывшим на своём месте. Ризу показалось, будто бы он где-то мог видеть это лицо. И речь шла не о отдельных чертах, казавшихся знакомыми. Риз ощущал, будто бы он знал молодого человека, но теперь у него не получалось вспомнить. Пристальный взгляд, которым Риз наградил парня, не помог вспомнить таинственного пассажира, и не привлёк к себе никакого ответного внимания. Однако, от внимания Риза не укрылось то обстоятельство, что вся одежда неизвестного молодого человека была покрыта изморозью, как если бы он только что вошёл внутрь салона с сильного мороза.

Опустившись на сиденье, Риз вспомнил, как он когда-то любил ездить на таких местах, и как досадно было всякий раз, заходя в автобус, наблюдать что заднее сиденье было занятым.

С этого места сидящий пассажир мог видеть всех, кто ехал в автобусе, это доставляло не малое удовольствие, разглядывать людей, которые вопреки разным целям и планам, оказались вместе хоть и на непродолжительный промежуток времени, но против собственного желания.

Однако теперь, в данной ситуации, не было никого, за кем можно было бы наблюдать во время поездки. Да и о том куда будет двигаться этот автобус, Риз тоже не был уверен.

Наконец, автобус тронулся с места. Ему не пришлось преодолевать собственную тяжесть, он быстро вошёл в нужный темп. Риз, посмотрев в окно ещё раз, заметил, что тьма снаружи выглядела теперь несколько иначе. Так как автобус двигался, то через оконное стекло можно было наблюдать как материя, из которой состояла эта тьма, словно отстаёт от автобуса.

«– Но этого быть не может!» – подумал про себя Риз, стараясь не озвучивать свои мысли.

Следующей мыслью, которая посетила его, стала мысль о маршруте. Разумным было задаться вопросом, в каком направлении двигался этот автобус.

Чтобы ответить на этот вопрос, Риз сперва принялся искать глазами листовки с схемой маршрута, какие обычно вывешивались над пассажирскими местами. Но у автобуса не было не только маршрута, но и номера.

Понадобилось какое-то время, прежде чем Риз ощутил, как если бы автобус оторвался от дорожного покрытия и перестал соприкасаться с дорогой. Пропала пресловутая тряска, а вместе с ней, и звук грубого шуршания покрышек, оставался лишь приглушённый шум двигателя, доносившийся из противоположного конца автобуса.

Риз потратил какое-то время на то, чтобы убедиться, что его ощущения не обманывали его, после чего, он встал со своего места и направился в кабинную часть автобуса, где должны были находиться кондуктор и водитель. Попутно Риз хватался руками за поручни, помогая себе продвигаться вперёд. Двигаться оказалось сложно, и хотя не было никаких очевидных препятствий на пути, Риз мог ощущать невидимое сопротивление каждому своему шагу, на подобие того, как это происходит, когда оказываешься вынужден идти навстречу сильному течению.

– Эй, извините! – намеренно громко выкрикнул Риз, чтобы привлечь к себе внимание, но не получил никакого ответа – Куда мы едем?

Никто не отвечал, и только теперь Риз заметил, что внутри салона произошли существенные изменения, а именно погас почти весь свет, а от водительского места исходило слабое свечение. Кроме того, воздух в слоне внезапно стал холодным, руки Риза, хватающиеся за поручни, чтобы двигаться дальше, ощущали покалывание от сильно охладившегося металла.

– Скажите мне, – Риз не унимался – куда мы едем!

Ответа не последовало, и уже добравшись до переднего сиденья, Риз отпустил поручни и постарался перешагнуть за сиденье кондуктора, чтобы оказаться рядом с водительским местом. Это оказалось не сложно, распихивая ногой какие-то кипы бумаг и прочего хлама, он буквально влез в пространство над водительским местом, чтобы обнаружить к собственному изумлению, полное отсутствие кого-либо за рулём автобуса.

Не было ни кондуктора, ни водителя, а тот тусклый свет, что Риз видел ещё с середины салона, излучался приборной панелью, на которой отображались два табло – спидометр и тахометр, причём стрелки обоих приборов указывали на то, что двигатель автобуса работал на устойчивых оборотах, с постоянной скоростью, но никто не нажимал на педаль газа.

Выругавшись, Риз развернулся корпусом в направлении салона и тут же ощутил лицом, что воздух стал намного холоднее, а на поручнях появился узор из инея. С этого момента в сердце Риза поселился настоящий страх, перехватывающий дыхание на считанные мгновения. На одном из пассажирских мест Риз вновь увидел того самого загадочного пассажира, сидевшего в покрытой изморозью одежде. Каждый выдох Риза сопровождался обильным облаком пара, и молодой человек стал ощущать нарастающий кислородный голод, заставивший его делать всё более глубокие дыхательные движения.

– Эй, вы там… – Риз обратился к пассажиру, но не решился сдвинуться с места – что происходит?

В ответ на этот вопрос, голова безмолвного пассажира медленно повернулась лицом к Ризу, и он смог увидеть глаза пассажира. Но возможно именно это обстоятельство лишь усугубило положение Риза, когда молодой человек вдруг понял, что на него были устремлены два лишённых зрачков бельма, закрытых слоем инея. Та перспектива, с которой Риз теперь мог видеть пассажира, позволила молодому человеку различить неестественно бледный цвет кожи человека, который превращался в ярко выраженную синюшность в районе губ. Риз не нашёл в себе сил, достаточных чтобы продолжать смотреть на сидящего на пассажирском месте человека. Как не нашлось у молодого человека и сил, чтобы обманывать себя, он понимал, что там перед ним, в пассажирском кресле сидел труп.

Помимо ставшего невыносимым холода, Риз ощущал сильнейший кислородный голод. Вне зависимости от того, как глубоко он вдыхал, кислород не попадал в организм, и паника охватывала его всё сильнее. Одной рукой он ухватился за горло, другая рука инстинктивно сжала ближайший поручень, не обращая внимание на то, что металл стал ледяным. Утратив всякую возможность контролировать себя, Риз изо всех сил старался сделать хотя бы один-единственный продуктивный вдох, но вместо этого, он подобно рыбе выброшенной на берег, ловил ртом воздух.