Чтение онлайн

–  Вы взяли его, дорогая?

–  Что? Нет-нет, я ничего не брала, - ответила жена.

–  Вы его переложили.

–  Вовсе нет... я даже дверь в кабинет не открывала.

Граф появился на пороге, на нем лица не было; еле слышным голосом он пробормотал:

–  У вас его нет?.. Это не вы?.. Тогда...

Графиня подбежала к нему, и они стали лихорадочно искать пропажу, бросая коробки на пол и расшвыривая горы белья. Граф все время повторял:

–  Бесполезно... все, что мы делаем, бесполезно. Я положил его вот сюда, на эту полку.

–  Вы могли ошибиться.

–  Нет, сюда, на эту полку, и ни на какую другую.

Они зажгли свечу, потому что в этой комнатке было довольно темно, вынесли белье и убрали все вещи, загромождавшие помещение. Когда в кабинете ничего не осталось, они с отчаянием признали тот факт, что знаменитое колье, "Колье королевы, попавшее в рабство", исчезло.

Решительная по характеру графиня, не тратя времени на бесплодные сожаления, послала за комиссаром полиции господином Валорбом, проницательность и здравомыслие которого супруги уже имели возможность оценить. Его ввели в курс дела, подробно рассказав обо всем, и он тут же спросил:

–  Уверены ли вы, господин граф, что никто не мог пройти ночью через вашу спальню?

–  Абсолютно уверен. У меня очень чуткий сон. Более того, дверь спальни была заперта на задвижку. Сегодня утром, когда жена позвонила, вызывая горничную, мне пришлось отодвигать ее.

–  А нельзя ли проникнуть в кабинет каким-нибудь другим путем?

–  Невозможно.

–  Окна нет?

–  Есть, но оно загорожено.

–  Я хотел бы это проверить...

Зажгли свечи, и месье Валорб тут же указал на то, что окно лишь до середины было загорожено буфетом, который к тому же был не очень плотно прижат к раме.

–  Он стоит так близко у окна, что его невозможно сдвинуть без грохота, - возразил месье де Дре.

–  А куда выходит это окно?

–  Во внутренний дворик.

–  А под вами есть еще этаж?

–  Два этажа, но на уровне комнат для прислуги установлена решетка в мелкую сетку, отгораживающая их от дворика. Вот почему у нас так мало света.

К тому же, когда отодвинули буфет, оказалось, что окно закрыто, а этого не могло быть, если бы кто-то пролез в комнату снаружи.

–  Если только этот "кто-то" не вышел через нашу спальню, - заметил граф.

–  Но в таком случае она не была бы заперта на задвижку.

Комиссар подумал с минуту, затем, обернувшись к графине, спросил:

–  Мадам, было ли известно в вашем окружении, что вы собирались надеть это колье вчера вечером?

–  Конечно, я этого не скрывала. Но никто не знал, что мы запираем его в этом кабинете.

–  Никто?

–  Никто... За исключением разве...

–  Прошу вас, мадам, уточните. Эта деталь - одна из важнейших.

–  Я подумала об Анриетте, - сказал графиня мужу.

–  Анриетте? Она знает об этом не больше других.

–  Ты в этом уверен?

–  Кто эта дама? - спросил месье Валорб.

–  Мы дружили в монастыре, она порвала со своей семьей, чтобы выйти замуж за простого человека, чуть ли не рабочего. После смерти ее мужа я взяла ее вместе с сыном к себе, обставила им квартирку в этом доме.

И добавила смущенно:

–  Она оказывает мне кое-какие услуги. Руки у нее золотые.

–  На каком этаже она живет?

–  На нашем, недалеко отсюда... в конце коридора... Кстати, кажется... окно ее кухни...

–  Выходит на этот дворик, не так ли?

–  Да, как раз напротив нашего окна.

После этого заявления наступила короткая пауза.

Затем месье Валорб попросил проводить его к Анриетте.

Они застали ее за шитьем, рядом с ней читал книгу малыш шести-семи лет. Увидев, как бедно обставлено ее жилище, состоявшее всего лишь из одной комнаты без камина и маленькой ниши, заменяющей кухню, комиссар немного удивился и стал задавать вопросы. Сообщение о совершившейся краже, по всей видимости, поразило ее. Накануне вечером она сама одевала графиню и застегивала колье у нее на шее.

–  Великий Боже! - воскликнула она. - Кто бы мог подумать!

–  А вам на ум ничего не приходит? Ни малейшего подозрения? Не исключено, что преступник пробрался в дом через вашу комнату.

Она от души рассмеялась, даже мысли не допуская, что на нее может пасть хоть тень подозрения.

–  Но я не покидала своей комнаты, я ведь никуда не хожу. К тому же разве вы не видели?

Она открыла окно в нише.

–  Посмотрите, до подоконника напротив тут не меньше трех метров.

–  Кто вам сказал, что по нашей версии кража совершена там?

–  Но... разве колье находилось не в кабинете?

–  Откуда вам это известно?

–  Боже мой! Я всегда знала, что на ночь колье кладут туда... Об этом говорили в моем присутствии.

На ее молодом, но поблекшем от горестей лице отразились глубочайшая кротость и смирение. Но вдруг при полном безмолвии выражение этого лица сменилось страхом, как будто она почувствовала угрожающую ей опасность. Анриетта притянула сына к себе. Ребенок взял ее руку и нежно поцеловал.

–  Надеюсь, - сказал господин де Дре комиссару, когда они остались одни, - вы ее не подозреваете? Я ручаюсь за нее. Это сама порядочность.

–  О! Полностью разделяю ваше мнение, - заверил ее месье Валорб. - Я лишь подумал о неосознанном сообщничестве. Но согласен, эту версию следует исключить, тем более что она никак не поможет решить загадку, с которой мы столкнулись.

Комиссар больше не принимал участия в расследовании, продолженном и расширенном следователем в последующие дни. Допросили слуг, проверили запор, провели эксперименты с окном в кабинете, обследовали дворик снизу доверху... Все было бесполезно. Задвижка оказалась в полном порядке. Снаружи окно невозможно было ни открыть, ни закрыть.

Особенно тщательно проверяли Анриетту, так как, несмотря ни на что, все замыкалось на ней. В ее жизни покопались самым беззастенчивым образом; было установлено, что за последние три года она выходила из дома не более четырех раз, и всегда за покупками, о которых было известно. На самом деле она служила горничной и портнихой у мадам де Дре, которая обращалась с ней чрезвычайно сурово, о чем свидетельствовали тайные показания всей прислуги.

–  Впрочем, - говорил следователь, пришедший через неделю к тому же заключению, что и комиссар, - если бы личность виновного и была установлена, чего не произошло, все равно не удалось бы узнать, каким способом была совершена эта кража. И справа, и слева перед нами две преграды: закрытые двери и окно. Двойная загадка! Как вор ухитрился проникнуть внутрь и как, что значительно труднее, сумел улизнуть, оставив за собой закрытую на задвижку дверь и запертое окно?