Артековский закал
Шрифт:
А вот молодого мужчину я узнал не сразу. Он не смущался пристального взгляда, ожидал своей участи.
— Ну, что не помнишь?
Голос кого-то напоминал. Меня выручили девушки:
— А помнишь, был самый маленький?
— Петя Коцман? Конечно, это — ты! — и мы крепко обнялись.
Чуть позже приехал Саша Илица и очень расстроился из-за того, что не смог сразу всех узнать.
На второй день прибыли из Кишинёва Степан Лозан и Миша Еремия, задержавшийся на заседании сессии Верховного Совета Молдавской ССР.
Тосина квартира нас едва ли смогла бы вместить, и мы поехали автобусом за город на лоно природы. В лесу, возле тихого озера, в непринуждённой обстановке, никого не стесняя, мы в первую очередь отвели душу, исполнив свои любимые артековские песни тех лет: «Везут, везут ребят», «У причала качается катер», «Казаки, да казаки», «Краснофлотский линкор», «Казачка», «Песню о Москве», потом пели молдавскую «Марицу», и украинскую «Розпрягайте, хлопцi, коней», плясали «Молдовеняску» и «Яблочко», играли в «Ручеек». Конечно, каждый рассказал о себе, ведь интересно было знать, как сложилась судьба друзей, что известно о других артековцах.
Дни нашей встречи пролетели незаметно. Мы уезжали с твёрдой договорённостью встретиться через несколько лет в городе-герое Одессе, оповестив об этом всех отысканных артековцев.
Ананьевская районная газета «Советское село» опубликовала репортаж о нашей встрече «Артековцы на всю жизнь», заканчивающийся очень точным предложением: «Разъехались с твёрдой верой в предстоящие встречи. Ведь они артековцы — люди, дружба которых ковалась с детских лет».
…И вот мы снова, спустя четыре года, собрались на встречу в городе-герое Одессе. Снова, благодаря нашей «маме» — вожатой Тосе и одесситке Жене Чебановой. Наша семейка пополнилась: приехала из Рославля Лёля Егоренко (Морозова), из Минска прибыли Ира Мицкевич, Юра Мельников, Лариса Руденя-Селезнёва, из Эстонии приехала Этель Силларанд (Аесма) — автор недавно вышедшей книги об Артеке — «Самая длинная путёвка»; из г. Тарту — Иоланда Рамми — бывшая пионерка нашего первого отряда. Из Молдавии прибыли Дора Перепелица (Шаптефраць) и Ага Вера (Слюсаренко). Прибыл тот, которого мы уже «похоронили», но алтайские искрята нашли и его, «воскресив» для нашей встречи.
У входа в помещение школы-интерната № 2, где для нас было арендовано помещение, дежурит молодой юноша, черты лица которого очень напоминают Натана Остроленко.
— Вы будете Диброва? — не совсем уверенно обратился он ко мне.
— Да, я и есть. А ты — сынок Натана?
— Правильно, я его сын Борис. Он в помещении!
Так я встретился со своим, однополчанином-фронтовиком, артековцем Натаном Остроленко, воспитанником одного из детских домов Бреста. В Прибалтике он был тяжело ранен, отправлен глубоко в тыл, где долгое время лечился, как мог, боролся за жизнь. Сейчас приехал на встречу из Мозыря с женой и сыном.
Несколько дней, прожитых в Одессе, пролетели, как один миг. Мы спели и сплясали всё, что знали в Артеке и после него, увидели город и его достопримечательности, искупались в море.
Все от души благодарили Тосю, Женю. Договорились встретиться через год (минуя Олимпийские игры) в городе-герое Минске. Хлебосольные и гостеприимные минчане предлагали свои услуги.
Газета Одесского обкома комсомола «Комсомольская искра» писала о нашей встрече в очерке «Смена длиной в жизнь»: «Жизнь детей сложилась по-разному. И это понятно. Но встреча запросто, будто расстались вчера — не доказательство ли она единства их душ, образа мышления, не святая ли это общность идеалов, на верность которым они клялись под артековским флагом в первый день войны…
…Такие они и теперь — взрослые люди с артековскими искринками в глазах…».
По приезде домой из Одессы под впечатлением встречи с друзьями, я написал стихотворение «Встреча»:
И вот, спустя два года, артековцев встречали минские вокзалы. Здесь организаторы артековцы-минчане — Ира, Юра, Лариса — нашли для встречи чудесный уголок на окраине города в помещении школы-интерната. После долгих лет разлуки я встретился здесь с артековцами эстонской группы: Айно Саан (Гильде), Карлом Хеллат и нашей артековской вожатой — Ниной Храбровой, — журналисткой, корреспондентом «Огонька», автором многих очерков и работ социального плана.
Из Москвы приехала Валя Тазлова (Крайнева), она не только была артековкой, но и племянницей Анфисы Васильевны, врача лагеря, жены Гурия Григорьевича Ястребова. Валя много поведала нам о последнем периоде работы Гурия Григорьевича в редакции «Известий», о его роли в послевоенные годы, как связующего звена между многими ребятами, посещающими его московскую квартиру.
Из латышской группы на встречу прибыл Валдис Стаунис _(Сусеклис), — очень эрудированный поэт-сатирик, обладающий острым чувством юмора и неиссякаемым запасом всевозможных историй.
Очень впечатляющей была экскурсия по городу: музей 1-го съезда РСДРП, тракторный завод, новостройки города-героя, чудесный ботанический сад — дали нам представление о белорусской столице, а посещение мемориала в Хатыни — раскрыло историю борьбы и непокорённого характера белорусского народа в годы Великой Отечественной войны. Именно этот период был создателем военного Артека.
Артековцы войну испытали разными путями на своей шкуре — прямо и косвенно. И мы до конца будем благодарны нашему лагерю, его администрации, вожатым и всем ребятам за всё хорошее, что они сделали для нас, за тот закал, который мы вынесли оттуда, закал помогавший нам в жизни.
Всё это я, как сумел, раскрыл в своём стихотворении, которое Галя Товма (Дрогайлова) прочитала на минской встрече артековцев.
После минской встречи Нина Храброва опубликовала в «Огоньке» очерк «Позывные Артека», написанный сочно, кратко, с большой любовью к артековцам. А заканчивался он нашим стремлением встретиться в следующем году. Где именно — решили позже.
1982 год. Город Таллин — столица Эстонии стал местом нашей новой встречи, — четвёртой по счёту. Эстонские артековцы очень много поработали по организации и проведению встречи. Главную работу выполнила Ланда Рами, сердце которой постоянно переполнено любовью и заботой о нас.
В конце первой половины августа 1982 года — поезда, автобусы, самолёты доставили артековцев в удивительный, оригинальной архитектуры город, а местом встречи — стал морской корабль, списанный «по старости» и отданный ребятам. В его каютах мы жили, а кают-компания корабля стала нашим штабом и столовой, клубом и радиосалоном.
На встречу прибыли почти все эстонские артековцы: капитан дальнего плавания, кавалер ордена Ленина — Харри Лийдеманн, искусно работавший пекарем в нашей белокурихинской пекарне; доцент, кандидат технических наук Таллиннского политехнического института — Виктор Кескюле; начальник юридического отдела Госкомсельхозтехники Эстонии — Эллен Айя (Тульп); журналистка Этель Силларанд (Аесма); кавалер ордена Трудового Красного Знамени — Лайне Теесалу (Соэ); вытянувшийся на двухметровую высоту — Лембит Рейдла — «беленький» — звали мы его в лагере; нарвитяне — Володя Николаев — такой же весельчак и заводила, — и Ада Салу (Орлова) — наша артековская солистка; аккуратная и модная, как всегда, — Айно Саан (Гильде). Все сожалели, что не смог приехать из Тарту — доктор наук Виктор Пальм, которого после Артека мы не видели. Отсутствовал также Кальо Полли — известный художник. Хотелось бы увидеть нашу красивую эстоночку — Сальме Кару.