Чтение онлайн

Центральный фронт получил на усиление 4-й артиллерийский корпус и 1-ю гвардейскую артиллерийскую дивизию прорыва, [1] десять полков и один дивизион реактивной артиллерии, 15 отдельных пушечных и минометных полков, шесть самоходных артиллерийских полков, десять полков и 1-ю, 2-ю и 13-ю истребительные бригады [2] — всего 8791 орудие и миномет, 224 боевые машины реактивной артиллерии БМ-13 и БМ-8 и 432 пусковые рамы для М-30 и М-31. [3]

К этому времени лютые метели, натворив немало бед, утихли, и дорожный отдел фронта очень энергично взялся за организацию работ по восстановлению дорог и мостов. Нужно было спешить, чтобы успеть использовать дороги, пока они находились в хорошем состоянии. Не за горами уже было время, когда наступит весенняя распутица, а что это такое, мы хорошо знали. И я бы не сказал, что ее легче переносить, чем снежные заносы.

Для нас, артиллеристов, в этот период, пожалуй, наиболее остро стоял вопрос подвоза боеприпасов, которых в частях было еще мало. Поэтому органы артиллерийского снабжения стремились максимально использовать время до наступления весенней распутицы, чтобы успеть завезти в войска достаточные запасы снарядов и мин.

С первых чисел мая началась деятельная подготовка войск к предстоящему сражению на Курской дуге, которому суждено было войти в летопись побед советского народа и его Вооруженных Сил в борьбе с фашистскими захватчиками.

Особенно важно было разумно, тактически грамотно и рационально разместить артиллерийские средства. Им отводилась особая роль в борьбе с танковыми полчищами врага. Ведь из всех наземных родов войск именно артиллерия обладала, по существу, всеми качествами, необходимыми для эффективной борьбы с танками и самоходными орудиями всех типов, в том числе с «тиграми», «пантерами» и «фердинандами», на которые немецко-фашистское командование возлагало особые надежды.

Конфигурация линии фронта и характер местности позволили нашему командованию достаточно точно определить направления ударов противника, которые можно было ожидать только в 32-километровой полосе 13-й армии и на флангах смежных с ней 48-й и 70-й армий. Это обстоятельство позволяло сосредоточить почти все имеющиеся у нас средства на угрожаемом направлении и создать высокую плотность войск и боевой техники, особенно артиллерии.

В течение мая и июня на специально оборудованных учебных полях развернулась напряженная боевая учеба войск. Артиллеристы всех специальностей повышали свою выучку, совершенствовали боевое мастерство; сколачивались орудийные расчеты, слаживались батареи, дивизионы и полки; с большой тщательностью готовились артиллерийские штабы всех степеней, которым предстояло освоить много нового в использовании артиллерии, научиться четко планировать огонь и маневр артиллерийских частей и соединений, управлять ими в ходе боевых действий.

Как бы хорошо ни был обучен воин любой специальности, но его надо подготовить морально-психологически к тяжелым боевым испытаниям, чтобы он даже в критические моменты не дрогнул, выстоял в бою, не боялся танков.

К лету 1943 года «танкобоязнь» еще не совсем была изжита в войсках. Больше всего она, естественно, проявлялась среди молодых и необстрелянных солдат. Надо было во что бы то ни стало избавить людей от «танкобоязни», В противном случае ни о какой стойкости в борьбе с вражескими танками не могло быть, конечно, и речи.

На артиллеристов возлагалась задача активно вести борьбу с вражескими танками, поражать их еще на подступах к нашим траншеям и преимущественно с открытых позиций прямой наводкой. При этом для наиболее надежного поражения рекомендовалось подпускать их к орудиям на 500–400 метров.

Военный совет фронта и Политуправление провели, как и под Сталинградом, огромную организаторскую работу. В дни подготовки к сражению на Курской дуге тысячи воинов вступали в партию. В июле 1943 года партийные организации Центрального фронта приняли в партию 13 697 человек, среди которых было несколько тысяч артиллеристов. К началу Курской битвы в составе нашего фронта насчитывалось 120 тысяч коммунистов и 132 тысячи комсомольцев. Это была могучая непреоборимая сила.

В дни подготовки к сражению в батареях, дивизионах и полках проходили партийные и комсомольские собрания, митинги. Вся партийно-политическая работа была направлена на то, чтобы выполнить приказ командования — создать неодолимую для врага оборону, стойко удерживать занимаемые рубежи.

Поскольку на наш фронт возлагалась весьма большая задача, то исход боев зависел от несгибаемой стойкости и храбрости каждого артиллериста, его умения истреблять танки и пехоту врага. Политотделы артиллерийских и стрелковых дивизий проводили сборы, где отличившиеся в предыдущих боях истребители танков делились передовым опытом. Они рассказывали об уязвимых местах танков, о том, с какого расстояния, каким снарядом поражать цели.

С молодым пополнением велась особая работа. Его знакомили с боевыми традициями части, учили боевому мастерству, умению действовать смело и решительно.

Политработники, партийные организации проводили волнующие, имевшие воспитательное значение церемонии вручения пушек расчетам. В этой работе принимали участие и члены Военных советов фронта и армий, начальники политотделов армий, корпусов и дивизии.

Важно было на практике показать, что «тигры» и «пантеры» не так сильны, как их рекламирует враг. Воспитывая у воинов стойкость, упорство, самоотверженность, презрение к смерти, командиры в ходе боев убеждали их в том, что умелый и смелый солдат, хорошо владеющий своим оружием, добивается победы над грозной техникой врага.

Большую воспитательную роль в подготовке артиллеристов всех специальностей, вплоть до шоферов и трактористов, сыграли листовки-памятки, выпускаемые Политическим управлением и штабом артиллерии фронта. Они оказались не только своеобразным учебным пособием, но и средством воспитания морально-боевых качеств. Читая их, воины нашего фронта знакомились с тем, что их ждет в предстоящем сражении, что собой представляет техника врага и каковы методы борьбы с ней. Большим тиражом была издана памятка по борьбе с танками «тигр», в которой подробно рассказывалось о его устройстве и методах борьбы с ним.

Пожалуй, никогда так, как в те месяцы напряженной подготовки к летним сражениям, мы не чувствовали, насколько тесно переплеталась политико-воспитательная работа с обучением воинов по специальности, проникала в повседневный быт частей и подразделений. И это принесло великолепные плоды. Конечно, сама боевая жизнь являлась школой обучения и воспитания войск.

Незадолго до вражеского наступления произошел на первый взгляд не очень значительный эпизод. Однако он имел поучительные последствия. Недели за две до начала сражения артиллеристам фронта довелось встретиться с самоходными орудиями «фердинанд».

Правда, вначале это знакомство было довольно неприятным. Произошло это так. В ясное летнее утро июня в полосе 13-й армии из-за невысокого гребня высоты, находившейся примерно в 1200 метрах от переднего края, в разных местах появились два «фердинанда», которые открыли огонь по нашим отдельным орудиям. Артиллеристы и пехотинцы начали нести потери. Надо было действовать быстро и решительно. Несколько 45-и 76-миллиметровых противотанковых пушек, расположенных в непосредственной близости от переднего края, немедленно открыли огонь, но безрезультатно.