Чтение онлайн

– Война меняет всех. – Сказала она.

В их беседу вклинился третий…

– Может и всех, но, по-моему, мнению, твои изменения особенно восхитительны.

От этого голоса по спине Ксенервы поползли холодные мурашки.

– Не может быть…

Ксенерва с округлившимися глазами взирала на ожившего Амина.

– Я тоже рад тебя видеть. – Улыбнулся он.

– Я видела, как ты умер.

– Ты, о чем? – Тихо, с расстановкой спросил Амин и нахмурился. – Тебе нужно отдохнуть, слишком многое на тебя навалилось. – Он попытался положить руку на плечо девушки, но та с презрением ее скинула.

– Если голуры не убили тебя, то я точно доведу дело до конца. – С этими словами Ксенерва выпустила когти.

– Тише-тише! – Вмешался Лейкас. – Что происходит?

– Он предал нас! – Сообщила Лаурелия, спрыгивая с Деркуса.

– Что?

– Он стащил камни у гномов и закрыл портал, это он организовал нападение на Регул.

– Вы в своем уме. – Амин сделал такое лицо, будто он первый раз это слышал, что не могло смутить.

Люк приземлился в паре метров от Ксенервы и с непониманием смотрел на то, что происходит. Из его раны на боку сильно сочилась кровь, и он начинал думать, что у него галлюцинации.

– Давайте обо всем по порядку! – В приказном тоне сказал Лейкас, при этом стоял между Ксенервой и Амином, опасаясь, что девушка нападет на даймона.

К шумящей компании потихоньку подтянулись Элина, Курт, Радей и Гарди. Лаурелия рассказала обо всем, что случилось после того, как пропал Аймон ровно до настоящего дня. О смерти Амина ей говорить не хотелось.

– Вот дела… – Амин в шоке смотрел на Лаурелию. Можно было подумать, что у него раздвоение личности. – Я был в Гротсберге, но никаких камней не брал.

– Конечно, не брал. И это не тебя я видела в заброшенном замке! – С отвращением изрекла Ксенерва, все еще не понимая, как Амин мог стоять сейчас перед ней.

– Амин здесь не при чем. Он не мог быть в замке в ту ночь. Он улетел вместе с нами за Аймоном. – Сказал Лейкас.

Радей в подтверждение кивнул головой.

– Мы встретили его, когда собрались улетать из Варпа. Прицепился как репейник. Пришлось рассказать ему про Аймона и взять с собой. – Сказал он.

– Тогда, я не понимаю… – Ксенерва хмуро смотрела на всех собравшихся. – Мне же не приснилось все это. К тому же в зале советов, Амин не отрицал вины.

– Айк. – Тихо сказал Амин.

– Я тоже про это подумал. – Сказал Лейкас. Было видно, что он понял Амина.

– При чем тут Айк? – Спросила Ксенерва.

– Айк и Амин близнецы.

До Ксенервы начало доходить. Похоже, что она убила не Амина. Вздох облегчения сорвался с ее губ.

– Но почему мне никто не сказал, что они близнецы? Люк, Лаурелия?

– Я не знала. – Честно призналась Лаурелия.

– Я тоже. – Выдавил Люк, зажимаю рану.

– Об этом мало кто знал. – Сказал Амин. – И мало кто видел Айка. Мой брат был немного безумен, и отец редко выпускал его из замка. Излишняя жестокость моего брата могла навредить его политической деятельности.

– Поэтому от Амина скрывали правду? Боялись, что в один прекрасный момент под его личиной может оказаться Айк?

– Думаю, Аймон хотел подстраховаться. – Сказал Амин. – Айк запросто мог прикинуться мною. В детстве даже Аймон не всегда мог заметить подмену.

– Но мне то, нужно было это сказать. Вы понимаете, что я пережила? – Ксенерва устало опустилась на снег. – Если бы я знала, что это Айк…

– И где сейчас мой брат и отец?

– … мне было бы легче. – Договорила Ксенерва. – Они мертвы Амин. Я убила их, когда приказала обрезать им крылья и сбросить на растерзание голурам. Можешь думать обо мне все, что угодно, можешь ненавидеть меня, но это так.

Выражение лица Амина было непонятным. Трудно было сказать, что он чувствует. Спустя минуты он все-таки сказал:

– Думаю, что мой отец был, не менее безумен, чем Айк. Жажда власти лишила его морали и рассудка, раз он пошел на все это. Мне жаль, что я его сын.

– Но как же с исчезновением камней? – Не унимался Курт. – Ведь именно после визита Амина, они пропали.

– Я думаю, что не только Амин нанес нам визит. – Вмещался Гарди. – Айк тоже был там. Потому, что не мог один и тот же даймон появляться одновременно в нескольких местах. Многие гномы говорили о том, что Амин был в нескольких местах одновременно, но я решил, что они ошибаются, и только сейчас связал все воедино.

«Я убила не Амина, не Амина»

Как будто камень сняли с души Ксенервы, но она была слишком истощена морально и физически, чтобы проявить свою радость.

– А ты я смотрю, так и не можешь успокоиться. – Уже в обычной своей манере сказал Амин Курту, забавляясь над ситуацией. – Так и хочешь меня подвести к висельнице.

– Амин, ты придурок. – Вынес вердикт Курт, удаляясь, прочь от компании. – Но, я все равно рад, что ты жив и не предал Варп. – Бросил он через плечо.

Люк завалился на снег. Из раны не переставала бежать кровь.

– Может, кто-нибудь уже вылечит его? – Психанула Ксенерва. – Долго он тут корчиться будет! Или мне это самой нужно сделать?

Ксенерва встала на колени, чтобы помочь Люку подняться.

Маргдан дал сигнал одному из архемонов и раненного даймона поспешили забрать.

На горизонте замаячили силуэты всадников.

– Ох, ты! Надо же кто почтил нас своим присутствием. – С издевкой сказала Элина. – Высшие эльфы во всей красе.

Ксенерва с безразличием смотрела, как приближается Аркуэнон со своим войском. Черноволосые эльфы, все как на подбор, гордо восседали на белоснежных жеребцах.

Аркуэнон поравнялся с Ксенервой, и спешился.

– Темная повелительница. – Приветствовал он, чуть склонив голову.

– Легион прозвал меня белой повелительницей. – Ровным тоном изрекла Ксенерва. – Вы почти вовремя. Неужели, вы сломили свою гордость? Или вы так, просто навестить нас решили?

– Понимаю вашу иронию, белая повелительница. – Аркуэнон нисколько не обиделся. – Надеюсь, вы простите, мне мою глупость. Я буду рад сражаться вместе с вами. Аскатон не должен страдать из-за моих принципов.

– Весьма мудро. Тогда вы не сочтете зазорным разбить свой лагерь рядом с эльфами крови. Добро пожаловать в наш ад. Ваше войско должно первым нести дозор. Не думаю, что вы утомлены дорогой, больше чем сегодня утомились мы.

Ксенерва не прощаясь, покинула Аркуэнона и побрела пешком по алому снегу. Такое же красное солнце катилось к закату, подчеркивая своим прощальным светом, все тяготы и лишения минувшего дня.

«Сколько же вас еще будет, таких невеселых вечеров?»