Аспекты православной эзотерики – «Бесы»!
Шрифт:
Да… Для обычного человека бесы — всего лишь воры, не грабители, но воры, которые незаметно расхищают его жизненную энергию. Но для воина падшие духи являются открытыми врагами, яростно атакующими или ожидающие его в засаде. Что же ещё использует и выверяет в духовном бою воин Христов? Свою силу, волю, выносливость, терпение, умение (воевать), знания и преданность своим идеалам.
Отдельного внимания заслуживает борьба с бесом (внутреннего) сквернословия или хулы. Мне (да и, пожалуй, многим молитвенникам) этот бес очень хорошо знаком. Я не только не ругаюсь матом, но мне неприятно его слышать вообще. И вот когда начинаешь молитву (или в середине, или в конце её), вдруг «слышишь» мерзкие, отвратительные слова, которые «прорываются» сквозь молитву, подавляют её и воспринимаются, как свои собственные. Но это бес! Он периодически активно, яростно и как бы назло вмешивается в святые слова молитвы, всячески поносит святых, И. Христа, Богородицу, не даёт молиться, как бы обливая молитвенные вознесения грязными помоями, оставляя молящегося в состоянии смятения, вины, психоэмоционального расстройства. Из опыта современного православного отшельника:
«Не будем забывать: демоны имеют почти семь с половиной тысяч лет опыта. Им известны (но только по догадке, как утверждают святые Отцы) тончайшие движения человеческого ума. Однако во время мысленного противоборства возникает множество неожиданных и трудных случаев, не упомянутых в аскетической литературе. В эти моменты нужно немедленно просить Господа нашего Иисуса Христа и Его Пречистую Матерь — Пресвятую Деву Богородицу — о помощи и вразумлении. Если даже инок побеждает в духовном бою, бесы не отступают. Наоборот! Предпринимают всё новые и новые упорнейшие атаки. Именно здесь проявляется особая бесовская настойчивость и наглость: в сердце молниеподобно вторгаются необоримые помыслы, насылаемые демоном хулы. Это выражается в самом отвратительном мысленном сквернословии. Хульный демон, — самый влиятельный из числа всех своих соратников, — приводит в крайнее замешательство духовного воина. Прочие демоны действуют выжидательно, угадывая, вероятно, по выражению лица молящегося, о мгновениях умственной пассивности. И вот в эти моменты стремятся ослабить духовную бдительность, отвлечь внимание от богомыслия. Если это удается, улавливают человека в сети праздномыслия и лишают всех духовных приобретений, полученных в молитве. Вся суть богоугодной жизни заключается в святости помышлений. Демон хулы, этот сквернейший дух, имеет только ему присущий способ молниеносного ратоборства. Подобно сверкнувшей молнии, он беспрепятственно, на одно мгновение, прорывается мерзостными помыслами в сердце человека в благодатные минуты хвалебного молитвословия, особенно тогда, когда читается какой-либо умилительный акафист Царице Небесной. Сей гнусный бес, в мгновение ока мысленно появившись в сознании, произносит свою хульную скверну и исчезает. Потом через короткий промежуток появляется опять и, вновь изрыгая мысленные гадости, скрывается. Нет никакой возможности воспрепятствовать ему в моменты внезапных вторжений. После его исчезновения в душе остаётся какое-то неописуемое состояние мысленной отравленности. Одно время нападал и на меня с лютой яростью бес хулы. И я, доведённый чуть ли не до отчаяния, однажды поднял руки к небу и возопил: “Пресвятая Госпоже, Дево, Богородице! Да неужели Тебе нет дела до меня, денно и нощно мучимого хульным демоном. Ну, помоги же мне, Царица Небесная! Защити от этого коварного супостата! Сам собою не могу от него отбиться…” И после этого молитвенного вопля сразу же прекратилась хула. Впоследствии — каким-то внутренним духовным чувством я иногда узнавал о приближении хульного беса. Оно происходило со своеобразным мысленным шумом. Помня о заступничестве Царицы Небесной, мысленно произносил только два слова: “Пресвятая Богородице!” Шум сразу ослабевал и затем прекращался. С тех пор больше не слышал я гнусной хулы. Потом я был тайно вразумлён чрез неведомого посредника, может быть, Ангела-Хранителя, как отбиваться и от прочих назойливых помыслов, преграждая им вход в свое сердце знамением креста. А вам советую, отражать хульного демона молитвой святого Иоанна Лествичника: “Иди за мною сатана, Господу Богу моему поклонюся и Тому Единому послужу. Твой же труд и слово твоё да обратится на главу твою, и на верх главы твоея да снидет хула твоя в нынешнем и в будущем веке. Аминь”»
Да, всё это, в конечном счёте, война не на жизнь, а насмерть! Духовные битвы по-настоящему кровопролитны, тяжелы и опасны, но…
Воин (к сожалению, не всегда…) побеждает…
«Преподобный Марк Афинский рассказал следующее:
— Бесы тысячекратно клялись между собою потопить меня в море и, схватив меня, с побоями влекли меня в низменные места сей горы. Но я снова восходил на вершину горы. Они же снова увлекали меня отсюда до тех пор, пока кожа не сошла с тела моего. Волоча меня и побивая, они неистово кричали:
— Уйди с нашей земли! От начала мира никто из людей не приходил сюда — ты же как осмелился придти сюда?
После тридцатилетнего такового страдания, после таковой алчбы, жажды, наготы, возмущений со стороны бесов на мне излилась благодать Божия и Его милосердие. По Его же помышлению переменилась моя естественная плоть; на теле моем выросли волосы; в нужное время ко мне приносится пища и посещают меня ангелы Господни. Я видел как бы подобие Царства Небесного и обителей блаженства, обещанного душам святых, уготованного для людей творящих добро. Я видел подобие божественного рая и древа познания, от которого вкусили наши праотцы. Видел я и появление в раю Илии и Еноха и нет ничего такого, чтобы не показал мне Господь из того, что я просил у Него».
«Преподобный Феодосий (игумен Печерский) пребывал один в тёмной пещере и не страшился множества полков князя тьмы. Но сам, как добрый воин Христов, молитвой и постом отгонял демонов от себя так, что они не смели потом к нему приблизиться и только издали показывались ему в призрачных видах.
Раз после вечернего пения в пещере Феодосий сел, желая немного отдохнуть. Вдруг раздался страшный вопль. Казалось, в пещере собралось множество бесов: причём одни ездили на колесницах, другие били в тимпаны, третьи играли в свирели. От шума и голосов содрогалась вся пещера. Слыша всё это, преподобный не испугался, не ужаснулся, но, оградив себя, как оружием, крестным знамением, встал и начал петь стихи из Псалтыря. Землетрясение и шум тотчас прекратились. Но когда после молитвы он опять сел отдохнуть, опять послышался прежний шум и голос бесчисленных бесов. Преподобный, встав, опять начал петь и опять шум прекратился. Так много дней и ночей беспокоили его злые духи, не давая ему заснуть хоть немного. Это продолжалось до тех пор, пока преподобный при помощи благодати Божией, окончательно их не победил и не получил над ними такую власть, что они уже не осмеливались приблизиться к тому месту, где преподобный стоял на молитве. Сами бесы стали бегать от него».
Это победа великая, грандиозная!
Вообще, быть учёным с мировым именем, быть знаменитым артистом, художником, модельером… быть олигархом или же президентом — это по сравнению с духовной победой так мелко!
«Однажды во время своего дальнейшего путешествия святой (Никандр Псковский), утомившись, прилёг и стал забываться в дремоте; вдруг видит он, что на него готовы броситься два огромных и сильных волка. Встав, святой осенил себя крестным знамением и, ударив своим посохом по земле, сказал:
– “Удалитесь от меня все, делающие беззаконие” (Пс. 6:9).
И звери тотчас же исчезли. Прибыв в свою пустыню, святой снова предался подвигам, целых 15 лет прожил он там, много напастей испытал от бесов и злых людей, но одолел и победил коварство их непрестанными молитвами и слёзными рыданиями о грехах своих, как светлым бисером украшая подвигами душу свою, и всегда назидал себя душеполезными размышлениями».
«По прошествии пятидесяти дней после упомянутого вражеского нашествия, диавол снова с многочисленной силой своей, подобно тому как и в первый раз, вооружился на непобедимого воина Христова (прп. Петра Афонского), для этого диавол, заставил всякого зверя и всякого пресмыкающегося гада, которые находились на той горе, прийти к пещере, где обитал преподобный, а вместе с ними прибыли туда же он сам и его други, обратившись тоже в различных зверей и гадов. Тогда открылось нечто страшное и ужасное: одни из зверей ползали у ног святого, другие свистели ужасным голосом, а некоторые, раскрыв пасти и устремляясь на святого, как бы хотели поглотить его живым. Преподобный, оградив себя крестным знамением и призвав имя Христа Бога и Пречистой Богоматери, уничтожил их силу и далеко отогнал их от себя, торжествуя и веселясь о Боге, своём Спасителе»
И действительно, очень трудно понять человеку, незнакомому с тайнами разумной, сознающей энергии, и принять к сведению реальность и достоверность невидимых битв. Это древнейшее знание не доступно нашему обывателю.
Поэтому, по негласному правилу (этого описания) перейдём к двадцатому веку — законы одни и те же! Из диалога одного паломника с современным афонским старцем (в 1997 г.):
«— Личные нападения? — переспросил я. — Что это? Что подразумевается под ними?
— Здесь позвольте мне не продолжать. Ибо вы, наверное, не поймёте меня. Это может показаться странным, ибо мы не знаем аскетической жизни.
— Отче, стремлюсь научиться. Очень прошу вас именем Иисуса Христа, научите меня. Сейчас, когда я обрёл возможность научиться, я не хочу терять её. Скажите мне.
Я понимал его великое затруднение. Что он мог сказать нам, имеющим “кожаные ризы” падшего разума?
— Не стану говорить вам многого, но лишь некоторое. За келлией слышатся голоса, смех, сильный шум, словно собрался весь мир. Всё это для того, чтобы отвлечь внимание от молитвы. Часто сам диавол приближается к подвижнику. В таких случаях чувствуется жуткий страх. Душу и тело охватывает великая скорбь, не сравнимая со страхом присутствия разбойников. Ибо весь ад приближается к монаху. Чтобы устрашить его, диавол принимает вид разных животных… змеи, скорпиона, льва и т. п.
Часто, когда подвижник сидит на скамеечке и повторяет Иисусову молитву, он чувствует две руки, готовые задушить его. Они крепко сжимают его шею и не позволяют продолжать молитву… Ко мне приходили монахи из других монастырей и рассказывали о групповых нападениях, имеющих цель запугать и устрашить…
— Что значит “групповые нападения”?
— Диавол нападает на 2, 5, 10 монахов и готов их задушить или сделать что-либо иное…
— Часто диавол, являясь, — продолжал старец, — заговаривает с подвижником, призывая начать беседовать с ним. Иногда осуждает его, иногда превозносит, иногда насмехается, иногда вкривь истолковывает некоторые события и т. п.» [30] .
30
«Одна ночь в пустыне Святой Горы», Свято-Троицкая Сергиева Лавра-97 г., с. 96–99.
Из опыта одного монаха Иосифа Афонского (20 век):
«Все восемь лет каждая ночь — мученичество. Убегали бесы и кричали: “Нас сжёг! Нас сжёг!” Так случилось одной ночью, что их услышал и ближний мой брат, удивившийся, кто были кричавшие.
И однако в последний день, в который Христос должен был их прогнать, я уже думал, отчаявшись, что раз тело моё совершенно сделалось мёртвым, а страсти мои действуют, как при полном здоровье, бесы — победители. Они меня, безусловно, сожгли и победили, а не я. Наконец, когда сидел я, как мёртвый, израненный, отчаявшийся, чувствую, что открылась дверь и кто-то вошёл. Только я не повернулся, чтоб посмотреть, а говорил молитву. И вдруг чувствую у себя внизу, что кто-то раздражает меня к наслаждению. Поворачиваюсь и вижу беса, шелудивого, голова его в язвах, воняет! И бросился я, как зверь, чтоб его схватить. И когда схватил его, были у него волосы, как у свиньи. И он исчез. Моему же осязанию он оставил ощущение от своих волос, а обонянию — вонь. И, наконец, с этого мгновения разбилась эта война и всё прекратилось. И пришёл мир в душу. И совершенное избавление от нечистых страстей плоти»
Нет, невозможно описать и предусмотреть все варианты духовно-боевых действий! Однако всё типичное — законы духовных атак и приёмы защиты от них надо знать.
Продолжим вооружаться духовными знаниями!
АТАКИ БЕСОВ НА ВОИНА ЧЕРЕЗ ДРУГИХ ЛЮДЕЙ
Несколько странно, но закономерно, что следующие истории повторяются снова и снова и в нашей обыденной или духовной жизни и повторяются до сих пор, правда, в иных формах и при других обстоятельствах…
«Для того, чтобы подвизаться в уединении, святой Исихий Постник восхотел поселиться на горе, называемой Майонис; но бесы, обитавшие здесь, предвидя своё изгнание с горы святым и не желая допустить святого на гору сию, вошли в некоторых двух человек, Иоанна и Илариона и, встретив угодника Божия, спросили его:
— Куда ты идёшь?
Узнав о намерении его, они сказали ему:
— Разве ты не знаешь, что это место весьма опасное? Ты идёшь на верную смерть, потому что здесь обитает множество плотоядных зверей; кроме того, здесь же живут и разбойники, так что ты и одного дня здесь не проживёшь.
Святой, уразумев духом, что это были слова не людей, а бесов, сказал:
— По множеству грехов моих, я давно достоин смерти; потому и пойду, чтобы умереть или от зверей, или от разбойников.
Сказав это, святой сотворил молитву и, отогнав силою креста нечистых бесов, продолжал путь свой. Возшед на гору, святой выбрал себе место, выстроил келлию и начал подвизаться в постнических трудах; устроил также святой здесь и сад и, возделывая его и сея семена, питался от труда рук своих»
Мне известно об одном человеке, который всерьёз устремился к Богу и, в короткий срок став Воином, прогрессировал на пути, как вдруг… От одного мецената получил огромную сумму денег. После чего человек впал в искушение — он тотчас забыл о всех своих благих идеалах и устремлениях и, столь же быстро развив в себе алчность, отдал себя во власть соответствующих духов зла. Как в нашем примере, но с хорошим концом…
«…Но отец зависти и человеконенавистник — враг диавол, видя, что Паисий (Великий), искусно минуя все коварные сети его, неуязвим пред его кознями и пребывает выше всех его наветов, начал изобретать другие коварства, дабы уловить наконец в свои сети раба Христова. Думая пленить его золотою удицею любостяжания, диавол покусился при помощи милостыни уловить угодника Божия в сеть сребролюбия, чтобы — после того, как он отпадёт от нестяжания — удобнее было лютым духам злобы сделать на него нападение.
И вот льстивый враг рода человеческого отправился к некоему египетскому князю, — мужу богобоязненному и обладающему большим богатством; он явился ему в образе Ангела и сказал:
— Возлюбленный, востав иди в пустыню; ты там найдёшь мужа по имени Паисия, — человека совершенно бедного, но весьма украшенного добродетелями и божественной благодати избранного сосуда; встретив его, ты одари сего старца, не скупясь, золотом, дабы он имел чем пополнить недостаток и прочих пустынножителей.
Князь тот, не уразумев бесовского прельщения, но думая, что это действительно Ангел, взяв часть своего золота и серебра и много другого, что было необходимо для иноков, отправился к святому. Но божественная сила, обитавшая в Паисии, открыла ему эти козни диавола, который хотел под видом княжеской милостыни пленить святого любостяжанием…»