Чтение онлайн

– Нет, – скромно ответила Аннет. – Никаких контрамарок ближайшие несколько лет. Буду посещать любительские актерские курсы по вечерам, если останется время. По утрам у меня индивидуальные занятия с господином Мартисоном в Академии Одаренных. Он обещал устроить меня на практику в Инженерный корпус.

Максимилиан моргнул и откинулся на спинку. Аннет смаковала изумление, которое нарисовалось на его лице.

– Мартисон? Академик Анри Мартисон? Заместитель министра технологии, первый королевский репликатор? Ты решила стать репликатором? Как ты этого добилась?

– Все оказалось проще, чем я думала.

– Выкладывай со всеми подробностями.

– Я пошла к Эрми. Эрменеджильдо Блаватски, журналист, помнишь? Охотник за привидениями. Рассказала ему свою историю, и он загорелся. Написал и пристроил в разные газеты материал о том, как в наш просвещенный век ущемляют женщин-сенситивов. Ты разве не читал? Знатная была шумиха! Одни поливали меня грязью. Это было ужасно, но я не обращала внимания. Другие восхваляли и называли героиней. Это тоже было ужасно. Мне все время казалось, что я самозванка.

– Увы, я читаю только биржевые сводки, политические газеты и журнал «Исследователь-ориенталист». Но теперь велю Ванессе принести все подшивки.

– История заинтересовала Клару Перкин.

– О, помню. Мать всех суфражисток королевства?

– Именно. Представь мое удивление, когда она заявилась ко мне в гости! В доходный дом госпожи Файфел! Клара оказалась очень милой. Сказала, что сделает меня символом новой кампании по поддержке женщин, которые хотят преуспеть в мужской профессии. Я пригласила ее на обед к родителям. К слову, когда сестра узнала, что мои сбережения пошли ей на приданое, учинила матери скандал. Ее жених пообещал, что будет меня всячески поддерживать во время учебы. Но мама запретила. Она собралась продать лавку, чтобы я ни в чем не нуждалась. Тут уже я воспротивилась. Доктор Мартисон обещал неплохую стипендию. Вместе с Кларой мы сходили в Академию Одаренных. Сначала доктор Мартисон слушать не хотел. Хохотал во все горло. Мы с Кларой насели на него с двух сторон. Приводили разумные доводы, стыдили, увещевали, и даже грозили. Потом он смилостивился, согласился проверить мой дар, задал пару вопросов… в конце концов, чуть не плача умолял стать его ученицей.

Максимилиан смотрел на нее с таким восторгом, что Аннет раздулась от гордости. Он покачал головой, потер подбородок и медленно сказал:

– Мои поздравления, Аннет. Это потрясающие новости. Ты молодец.

– Все получилось только благодаря тебе, Максимилиан.

– Причем здесь я?

– Я решила последовать твоему совету. Не зарывать талант в землю. Не бояться поражений. Извлечь пользу из своего безрассудства. Перекроить сценарий жизни по своему усмотрению. И все получилось.

– Рад, что хоть немного оказался тебе полезен, – усмехнулся Максимилиан. – Но уверен: ты сама рано или поздно пришла бы к такому решению. Может, ты и никудышный хронолог, но очень талантливый репликатор. А храбростью превзошла всех генералов королевства.

Максимилиан поставил локти на стол, сцепил пальцы рук шалашиком и замолчал. Молчала и Аннет. Пауза затянулась, и Аннет опять упала духом. Она похвасталась, поделилась своими успехами. Он поражен, он рад за нее. И больше ничего ей сказать не собирается.

Он был любезен и обходителен, а ей хотелось, чтобы он принялся над ней подшучивать.

Он держался вежливо, а ей хотелось, чтобы он… подошел к ней, сжал ее лицо ладонями и поцеловал, и больше не говорил о ее успехах, а чтобы произнес совсем другие слова.

Максимилиан поглядывал на нее с интересом – словно ждал, что она сообщит ему еще что-то важное. Или ждал, когда она наконец уйдет, и он сможет заняться неотложными делами. Но сил уйти не было. Как можно расстаться навсегда, словно чужие люди?

Она сказала ему, что сама придет к мужчине, которого захочет видеть рядом с собой, и сама произнесет нужные слова. И как же, скажите на милость, ей это сделать? И что будет, если в ответ на эти самые слова он начнет смущаться, извиняться, и говорить, что он не тот, кто ей нужен, или «ты достойна лучшего» и «давай останемся просто друзьями»?

– Послушай, Максимилиан..., – начала она.

– Да? – отозвался он скучным голосом. Аннет сбилась и замолчала. Что делать? Как ей сказать, что она любит его? И нужно ли это говорить?

Вспоминалась всякая чепуха – подходящие кадры из фильмов, отрывки спектаклей…

Трепетная дева заламывает руки, закатывает глаза и бормочет о неразделимом союзе сердец. Ей становится дурно. Взмахнув фалдами фрака, герой срывается с места, прыскает на деву водой из графина (есть на столе Максимилиана графин? ...ага, вот он, подле пресс-папье), и когда герой наклоняется близко, чтобы расшнуровать корсет, алые уста сливаются, а через кадр звучат свадебные колокола.

Или вот: девица на дальнем фронтире залихватски сплевывает и заявляет загорелому погонщику скота в широкополой шляпе: «Ты мне по душе, приятель. Может, запряжем наших волов в одну телегу, а ночью вместе сходим на сеновал проверить, не забрались ли туда койоты?»

Да что за бред лезет в голову!

Максимилиан вежливо кашлянул.

– Мне пора, – промолвила Аннет и встала. – Еще раз спасибо, Максимилиан.

– Не за что.

Он тоже поднялся.

– Не забывай нас. Заходи в гости.

– Обязательно зайду. Если будет время, – пролепетала Аннет, отвернулась и на негнущихся ногах пошла к двери.

Она пересекла лишь половину кабинета, когда Максимилиан вздохнул и произнес:

– Нет, ты неисправима.

Она повернулась и увидела, что Максимилиан вышел из-за стола и уставился на нее сердитым взглядом. Затем заложил руки за спину, внушительно выпрямился и разразился речью.

– Я уверен, что будущее за такими женщинами, как ты, Аннет. Вы установите мир во всем мире, заберете себе мужские обязанности, профессии и в два счета обставите нас в любом состязании. Но одну обязанность вам передавать нельзя. Нельзя ждать, что вы сами будете нас добиваться. Если мы будем ждать, когда вы сделаете первый шаг, мир просто-напросто вымрет. Даже если вы станете самым сильным и передовым полом, все равно будете выдумывать всякую ерунду, молча страдать и надеяться, что мы сумеем прочитать ваши мысли. Нет, главная роль и инициатива в развитии отношений должна оставаться за нами.

– Что ты такое говоришь? Я не понимаю, – пролепетала сбитая с толку Аннет.

Максимилиан тяжко вздохнул и приблизился к ней. Затем аккуратно поддернул брючины и опустился на одно колено. Со страдальческим выражением на лице порылся во внутреннем кармане пиджака и извлек обтянутую бархатом коробочку. Откинул крышку, протянул Аннет и произнес:

– Госпожа Вик, надеюсь, вы окажете мне честь стать моей женой.

Аннет на миг забыла, как дышать.

Этого не может быть! Это розыгрыш. Или он всерьез? Она даже не думала о таком. Мечтала лишь оттянуть момент расставания. Провести вместе месяц, может год, а там как получится.

Она смотрела, как сверкает золотое колечко на алой подложке, и часто-часто моргала.

– Ты собираешься отвечать, или нет? Молчишь уже целую минуту. У меня затекли ноги.

– А зачем ты встал на колени? Это нелепо, – ответила Аннет растерянно.

У Максимилиана в ответ на это замечание дернулась щека, но он лишь терпеливо разъяснил:

– Я делаю тебе предложение. Ты должна сказать «да» или «нет». Так положено.

– Мне кажется, на колени нынче встают только в старомодных спектаклях.