Чтение онлайн

Аннет посмотрела на колбу с опаской. Мед Механисбурга ей совершенно не понравился, да и местные пчелы тоже доверия не вызывали. Карл тем временем взял колбу, поднес к глазам, встряхнул и принялся разглагольствовать:

– Это удивительные создания. Очень похожи на людей. Они умеют дружить и умеют убивать. Им не чужд исследовательский дух, они любопытны, но в то же время расчетливы. Вы знаете, что пчелы общаются друг с другом посредством танца? Разве это не поэтично? Их мир подчиняется строгим правилам. У каждого члена пчелиной семьи есть свои функции и роли. Пчелиное общество развивается и меняется. Быть может, однажды они станут умнее людей, создадут свою цивилизацию… быть может, более счастливую, чем наша. Впрочем, – Карл резко отставил колбу и отвернулся, – вряд ли мне нашлось бы место в таком обществе. О слабых и увечных пчелы не заботятся. Выбрасывают их из улья и оставляют умирать. Жестокий закон природы. Среди людей, по крайней мере, я нашел свое место и свое призвание.

Сказано это было с глубокой горечью, и Аннет невольно вздохнула.

Карл покосился на оторопевшую гостью, улыбнулся и замахал руками:

– Кажется, я вас расстроил своими откровениями! Еще раз простите. Плохой я хозяин! Давайте лучше пить чай.

Посреди помещения стоял круглый столик, покрытый зеленой скатеркой с ромашками, на которой исходил паром чайник, белели аккуратные чашечки и тарелочки с печеньем.

К этому столику и повел ее Карл. Аннет все еще поглядывала на него с опаской. Странный он все-таки человек. И, кажется, очень несчастный.

– Вы живете здесь один? – участливо спросила она, пока хозяин разливал чай.

– Да, иногда мне компанию составляет Петр. Ночует в гостевой, помогает в работе, следит за порядком в коттедже. У него золотые руки. Но я обхожусь без экономки. Во-первых, она обязательно что-нибудь переложит или испортит, когда будет прибираться в мастерской, а во-вторых, я не очень богат. Я получаю жалованье как городской механик, еще ремонтирую часы горожан. Однако в Механисбурге каждый житель сам себе механик, поэтому мои услуги требуются нечасто. Все мы, наследники мастера, бедны и ищем способы подзаработать. Луиза водит экскурсии, Петр крутит шарманку, Пендельфедер выращивает овощи на продажу. Впрочем, энтузиазм, с которым он копается в своем огороде, имеет еще одну причину. Наш доблестный полицейский втайне мечтает отыскать вход в мастерскую Жакемара. Ну а кто не мечтает? Мы все мечтаем. Если кто и найдет эту мастерскую, так это господин-золотые-клыки, то бишь Форс. Вот начнет рыть вдоль и поперек и наткнется на что-нибудь эдакое…

– Тайного хода точно нет в этом доме? – осторожно спросила Аннет, помешивая чай ложечкой. Ангренаж придвинул ей вазочку с медом, но она сделала вид, что не заметила. Хватит с нее диких галлюцинаций.

– Совершенно точно нет. Этот коттедж чуть ли не кирпичику перебрали за эти два столетия. Нашли немало тайников, но ничего похожего на проход в мастерскую. Кушайте мед, Аннет. Он безвредный. Вашему коллеге Вальвазору он пришелся по вкусу.

Карл зачерпнул полную ложку меда, отправил в рот и зажмурился от удовольствия.

– Доктор Вальвазор бывал у вас в гостях? – поинтересовалась Аннет, вновь насторожившись. Нужно расспросить об этом подробнее. В гибели прежнего хронолога фирмы было немало странного. Он пропал на прогулке, тела так и не нашли. И, кажется, не особо усердно ищут.

– Был, и не раз, – пожал плечами Ангренаж и отхлебнул из чашки. – Он пожелал изучить некоторые вещи, принадлежавших Жакемару. Доктор Вальвазор был необычайно талантлив. Он призвал свой дар и описал утро Жакемара, когда тот собирал часы-карусель, что стоят в гостиной. Рассказал, во что тот был одет, сколько картофельных оладий съел на завтрак и какие мелодии насвистывал во время работы. К сожалению, у Вальвазора не было специальных технических познаний, и описать суть манипуляций мастера он не сумел. А так бы с его помощью можно было исследовать тайные механизмы автоматонов Жакемара. Здесь бы пригодился сильный, прошедший специальную подготовку репликатор. Но где такого взять! Их всего десять в королевстве, и все служат либо за границей, либо в военном ведомстве.

Аннет осторожно пригубила чай, обожглась, отставила чашку и спросила:

– Не знаете, Вальвазор успел провести экспертизу Лазурного поэта и других автоматонов, которых хочет купить Молинаро?

Карл задумчиво потер висок.

– Кажется, он провел предварительную экспертизу, акт не был подписан. Если вас интересуют детали, расспросите бургомистра. Они близко сошлись, доктор даже остановился не в гостинице, а у него дома.

– Он был доволен результатом? Его ничто не беспокоило?

Механик глянул на нее настороженно.

– Он не говорил. Аннет, вы ведь неспроста это хотите узнать, верно? Вы что-то увидели на той хронограмме… у вас было озадаченное лицо после экспертизы. Вы считаете, что Поэта подделали? Это невозможно, да и зачем?

– Нет, нет, – поспешила уверить его Аннет. – Все было в полном порядке. Просто я не очень толковый хронолог и часто допускаю ошибки. Кажется, мне пора, – спохватилась она и поискала глазами часы. Долго искать не пришлось: в мастерской, как и в других частях дома, их было полным-полно. Пара часов в виде солнца и луны свисали с потолка, дальнюю стену украшали ходики с маятником-черепом, а у окна тикал причудливый агрегат со стрелками, напоминающий механический скелет слона.

– Благодарю за чай и экскурсию, Карл. Ваш дом мне очень понравился.

Карл неожиданно нагнулся, цепко ухватил ее за руку, удержал и проникновенно произнес:

– Послушайте, Аннет… Обещайте, что если вас что-то насторожит… если вы услышите или увидите что-то странное, вы придете ко мне и расскажете. Я живу в этом городе всю жизнь. Я знаю все – или почти все – его тайны. Я могу предостеречь вас и прийти на помощь.

Он отпустил ее и успокоился.

– Простите, не буду вас провожать. У меня было тяжелое утро, разболелась нога. Ну, отправляйтесь к своему господину Молинаро. Берегите себя, Аннет. Всего хорошего. Жаль, что ваш визит оказался таким коротким. Мы ни о чем толком и поговорить-то не успели… надеюсь, вы придете ко мне еще раз.

Аннет поднялась, скомкано попрощалась и поспешила вниз по лестнице, все еще недоумевая. Визит в «Логово мастера» принес новые вопросы, но не дал ответа ни на одну из загадок.

Она подошла к выходу, взялась за ручку, но тут же отпустила, крепко хлопнула себя ладонью по лбу, развернулась на каблуках и поспешила обратно. Хороша сыщица! Попила чаю, поговорила о ерунде, а о главной-то цели своего визита забыла. Она пришла расспросить Карла о брелоках и символах, хотела порыться в его библиотеке! С чем она явится к Максимилиану? Легко представить, как тот будет потешаться над ее забывчивостью! Нужно вернуться и задать Карлу пару вопросов. Но стоит ли? Механик выглядел усталым, измученным и рассеянным, да и сам об этом не вспомнил. Может, прийти в другой раз вместе с Максимилианом?

Постояв секунду в раздумьях, она все-таки пошла к выходу, но, не дойдя пары шагов до вестибюля с камином, замерла, прислушалась и осторожно отступила в тень. В гостиной, которая была абсолютно пустой минуту назад, кто-то расхаживал! Вытянула шею и увидела знакомый клетчатый шарф и седые космы. Петр! Откуда он там взялся? Он не мог войти снаружи: дверь не хлопала, колокольчики молчали. Он все это время прятался в доме? Невозможно. Она бы его заметила, если он только не отсиживался в шкафу или под кроватью, пока она обследовала дом. Нет, и это невозможно. Аннет смутилась, вспомнив, как в порыве любопытства открыла платяной шкаф в спальне и не обнаружила там ничего, кроме долгополых ночных рубашек, колпаков и мужского нижнего белья. Если бургомистр предпочитал кальсоны василькового цвета, то Ангренаж отдавал предпочтение оттенкам сиреневого. Увы, это были вовсе не те секреты жителей города, о которых ей бы хотелось знать.

Со своего наблюдательного пункта она увидела, как Петр, кряхтя и бормоча, поднял с ковра перед камином длинный предмет, завернутый в грязную парусину. Под тканью отчетливо брякнуло.

Шарманщик вызывал острые подозрения. Напавший на нее черный человек (если его не породило одурманенное воображение) был жилист и долговяз. Как и Петр. Шарманщик сбежал в город, но кто докажет, что он не прятался в этот момент где-нибудь в театре? Его внезапное появление в гостиной, да еще с непонятными железяками, не поддавалось разумному объяснению.