Чтение онлайн

— До встречи, маленькая.

Я залетела в актовый зал, когда ведущий объявлял номер Келли, и стала протискиваться к месту, которое заняли мне парни.

— Какая безответственность, Лина! — Сэм с наигранно укоризненным тоном ткнул меня пальцем в бок.

— Я учусь у лучших.

Сделала вид, что затягиваюсь сигаретой и тушу окурок о коленку Сэма, затем улыбнулась и поиграла бровями, глядя на него, а парень прыснул от смеха, едва сдерживаясь.

Номер начался. Келли было не узнать в черном парике и средневековом платье, но ей очень шло. Выступление состояло из нескольких монологов и диалогов. Мне особенно запомнился пронзающий душу монолог Кэтрин в исполнении моей подруги: “…у каждого есть ощущение, что наше "я" существует — или должно существовать — не только в нас самих, но и где-то вовне. Что проку было создавать меня, если бы я вся целиком была только здесь? Самыми большими горестями в моей жизни были горести Хитклифа. Самой большой думой в жизни был он, и только он. Если все прочее сгинет, а он останется — я еще не исчезну из бытия; если же все прочее останется, но не станет его, вселенная для меня обратиться в нечто огромное и чужое, и я уже не буду больше ее частью…”

Когда выступление Келли закончилось, а зал отгремел аплодисментами, парни повставали с кресел и ушли за сцену готовиться к своему номеру. Спустя десять минут ко мне присоединилась уже переодетая Келли. Мы ждали, когда же на сцене появится рок-группа, и тихонько переговаривались, комментируя блестящие и не очень номера наших конкурентов. Мальчик-фокусник из средней школы, у которого что-то пошло не так во время выступления (жаль мальчика, он старался); очень милая девочка из младших классов, которая пела своим потрясающе глубоким для ее возраста голосом кавер на какую-то известную песню (я даже раздумывала не стоит ли отдать свой голос этой девочке); танцевальный номер девушек запаса из группы поддержки (основной состав уехал на соревнования) — красиво, но пошло (чувствовала себя в борделе и недоумевала, как организаторы вообще пропустили этот номер); еще один номер-монолог из актерской секции Келли (моя подруга все равно выступила лучше, а если кто-то так не думает, то пусть идет в баню); чтец стихов, по всей видимости, из ботаников (мы с Келз не поняли как, почему и зачем — нам, школьникам, далеко до такого); юмористическая — по замыслу — сценка стендаперов (местами смешно… местами печально).

Наконец, вышли наши друзья. Группа выбрала для выступления песню, которая называлась Dead end friends (*англ. “Тупиковые друзья”).

Во время их выступления зал стоял. Многие прыгали, пританцовывали и выкрикивали слова песни. Мы с Келли были не исключением. Парни выкладывали синглы на своей странице в соцсети — уже набралось на небольшой альбом (а Сэму было все мало). У рок-группы к этому времени было много поклонников в школе, а значит априори будет много голосов.

За победителей голосовали все, кто смотрел выступление: учителя, школьники, их родители, иными словами, люди из зала и те, кто смотрел трансляцию онлайн. Школа шла в ногу со временем, поэтому голоса собирались через интерактивную форму на сайте. Свой отложенный голос я уже пометила за Келли, посетив сайт с мобильного во время скучных номеров. Как только голосование запустится, мой слот активируется. Я была уверена, что рок-музыканты сегодня займут одно из призовых мест и без моего голоса.

Когда песня ребят закончилась, я поаплодировала, прокричала “Вы лучшие!” и побежала за сцену. Не было времени смотреть другие номера. Мне нужно было аккуратно переодеться и настроиться.

В гримерке меня вдруг накрыло предательским волнением. Я давно не выступала на публике, не меньше двух лет. Но я знала, что это безумное беспокойство покинет меня, как только зазвучат первые аккорды песни. Мое спасение — погрузиться в музыку целиком, не замечая, где я и в каком времени. Для своего номера я выбрала песню из последнего альбома группы Nothing but thieves. По небезызвестным причинам я очень полюбила их музыку в последнее время.

Прозвучало мое имя. Под звуки аплодисментов я вышла на затемненную сцену и села на пол, сгруппировавшись. Зал затих. Сквозь закрытые веки почувствовала, как мою фигуру высветил яркий белый прожектор и заиграло медленное вступление песни Take this lonely heart. Я раскрылась и растянулась в шпагате, выписывая плавные движения руками, делая наклоны, то подтягивая ноги, то вновь разводя. В этот момент я ощущала пробуждение собственного сознания, впитывая каждую строчку песни. По телу забегали мурашки, мне снова предстояло пережить это. На этот раз не понарошку, а всерьез, ведь они смотрят на меня. Это твой момент, Лена!

"С каждым днём я будто ощущаю себя моложе,

Ведь чем старше я становлюсь,

Тем яснее понимаю, что совсем ничего не знаю об этом мире.

Я пыталась держать хвост по ветру,

Но где бы я ни скиталась,

Всегда понимала, что мне там не место."

Аккорды делались жестче, и вместе с ними мои движения становились более резкими, динамичными.

"Порой ты чувствуешь, как весь мир

Рушится на твою голову,

Люди смотрят на тебя свысока,

Норовя утащить за собой в трясину.

Старая метка черными чернилами

Сияет на моей ладони,

И, думаю, ее уже не вытравить."

Когда музыка начала набирать обороты, я несколько раз перекатилась по сцене. Останавливаясь, я выгибала спину, прижималась к полу, резко привставала. Мои пластичные движения передавали мучения, будто я не могу оторваться от земли.

"Мы разрываемся на куски,

Чертим линию на песке,

Говоря себе: “Не пересекай, а иначе…”,

Но затем забываемся и поднимаем белый флаг.

О, как же мы любим преклоняться тому,

Чего не можем понять,

И это ещё опаснее, чем кажется."

На следующем мощном аккорде я вскочила на ноги и стала исполнять танцевальную связку, чувствуя как быстро нарастает ощущение полета. Да! Вместе со мной по сцене металось несколько лучей прожектора, усиливая настроение моей внутренней борьбы под припев песни.

"У меня есть сообщение, и ты не можешь не услышать.

Возможно, я уже не та, кем была раньше,

Забери его, забери моё одинокое сердце,

Ведь мне…

Ведь мне оно больше не нужно.

Я чувствую голод, который ни с чем не сравнить,

Страстно жажду чего-то, что больше не покинет меня,

Забери его, забери моё одинокое сердце,

И тогда…

Тогда оно наконец оживет."

После этих слов я посмотрела за кулисы, кивнула и ловко поймала выброшенную мне красную ленту. Я распустила намотку во всю длину, начав выписывать красивые классические фигуры под спокойный куплет.

"Кто-то забрал мое ЭГО,

И это было так давно,

Что я уже не скучаю по его утрате.

Теперь моя наивная юность испарится,

Так что пожелай мне спокойных снов,

Всё будет хорошо.

Потому что сейчас я пью только хорошее вино.

И наконец, выхожу чуть дальше кровати,

Теперь я позволяю себе любить

И не боюсь, что это кончится.

Я принимаю любую новость с достоинством

И готова пережить все это снова,

Ведь, быть может, пришло время перемен."

Я постепенно усложняла движения, показывая все свои умения. Всячески выпускала из рук ленту, то делая мостик, оставляя ее на полу, то в кувырке забирая обратно.

"Моя шея изнывает,

Потому что я без конца смотрю вверх

В поисках грядущего,

Но оно не снизойдет с небес.

Ведь в моей груди дыра,

Подобная вспышке на солнце,

Так скажи же, что меня ожидает?

Я готова увидеть, что будет дальше."

Я выкинула ленту вверх, подпрыгнула и поймала ее в прыжке, обрамляя себя в круг перед приземлением. Затем, встав на одну ногу, начала закручиваться в тулуп. Все быстрее и быстрее, поднимая руки вверх и вытягиваясь в конце в изогнутую линию.