Чтение онлайн

Нарезав небольшими кусочками грудинку, закинула её в сковородку. Пусть поджарится пока. Почистила картошку. порезала небольшими брусочками и закинула к скворчащему мясу. А сверху лук и соль. Вполне сытный ужин, ещё и крынка молока есть. Нам хватит и картошку запить, и позавтракать.

Пока жарилась картошка, нарезала тонкими ломтиками ветчину и свежего, белого хлеба.

Глаза Кита загорелись, когда он увидел хлеб и мясо. Это была редкость в доме Василия. Не потому что жадный. Точнее, бывший муж был жадным, но это не причина, почему такие продукты отсутствовали на столе.

Здесь, в Боровиках, люди жили как-то сплоченнее что ли… На моей памяти и драк-то особо не случалось, если только два пьяных друга что-то не поделили. Да и старостами всегда выбирали деятельных мужиков. Вот прошлый староста и предложил построить мельницу, а поля засеять пшеницей. Потом кто-то увидел, как в соседнем городке коптят мясо, и предложил такую новинку односельчанам.

В деревне Василия мельницы не было, а пшеничная мука стоила в разы дороже ржаной. Так что, покупали муку и пекли ржаной хлеб. А о копчёностях там вообще, наверное, никто не слышал. Просто солили сало и мясо, чтобы положить на хлеб.

– Потерпи немного, улыбнулась я. – Сейчас уже будем кушать.

Пока картошка доходила, я решила кое-что проверить. Бабушка не одобряла воду в доме, поэтому мылись мы всегда в бане. И теперь мне интересно, в каком она состоянии. Уберегла ли бабушка и её так, как дом.

Уберегла… Я вдохнула запах детства и на мгновенье прикрыла глаза, представляя себя маленькой. Горячий пар, прохладную водичку и берёзовые веники. И я, маленькая, сижу на лавке, вдыхая запах трав, отваром которых бабушка поливала камни.

Приходя в себя, тряхнула головой. Это не я была – Астра. Но её воспоминания ощущались как моими. Не просто воспоминания, а те чувства, которые она тогда испытывала.

Накидав в печку дров, я подожгла кору и прикрыла дверцу. Пока мы будем кушать, банька нагреется. Протапливать до нестерпимого жара я её не собираюсь. Нам бы просто помыться.

Вернувшись из бани, я быстро разложила картошку по тарелкам и налила молоко.

– Идём кушать, – позвала Кита, который ходил по комнатам, разглядывал, щупал…

Ребёнок уселся за стол и охотно взял ложку, торопясь приступить к еде. Глазёнки жадно сверкали, глядя то на картошку, то на хлеб, то на мясо.

Именно в этот момент я поймала себя на мысли, что сделаю всё, лишь бы этот рыжеволосый мальчик был счастлив.

Мыться в бане было для Кита не в новинку. Но раньше это было буквально по праздникам. Поэтому сегодня я не торопила мальчишку. Пусть наслаждается жаром, тем более жар слабый.

Пока Кит отдыхал, я вернулась домой и накидала углей в утюг. Мне хотелось сделать для ребёнка всё, чтобы он чувствовал себя хорошо и уютно.

Стянув с кровати простынь, я прошлась по ней утюгом. Да, тепло она не сохранит, но горячий металл смягчит жесткий лён.

Подготовив чистую одежду, сбегала в баню и поторопила мальчишку. Завтра довольно сложный день. Впрочем, не только завтра. Нам придётся постараться, устраиваясь на новом месте. О том, что было буквально вчера, старалась не думать.

– Пей молоко, – протянув Киту кружку, села на край кровати, поправляя одеяло. – И ложись спать.

– Ты со мной ляжешь? – с тревогой спросил мальчишка.

– Нет, милый. Я тоже хочу сходить в баню, а потом буду готовиться к завтрашнему дню. Ты помнишь, что мы завтра идём в лес?

– Помню, – рыжая головка кивнула. – А потом? Ну, когда всё сделаешь?

– Нам не хватит тут места, но я никуда не уйду, буду спать в соседней комнате. И, если тебе станет нестерпимо страшно, то просто приходи ко мне. Договорились?

– Хорошо, – шепнул Кит, отдавая мне кружку и ложась на кровать. Ещё секунда. и мальчишка укутался с головой, явно чтобы я не заметила его слёз.

Обидела… Вздохнув, погладила по спине и вышла из комнаты. Ничего, сегодня был насыщенный день. так что уснёт он скоро, а мне и правда не стоит терять время. Не хотелось бы мыться в холодной бане.

Расплетя волосы, я прошлась по ним гребешком. Длинные, густые, но абсолютно не ухоженные. Надо бы наточить ножницы и убрать секущиеся кончики. Кожа тоже сухая, безжизненная. Это нормально для деревенской женщины, но я ведь травница, а значит вполне способна ухаживать за собой. Главное, собрать травы. А для этого мне стоит порыться в бабушкиных книгах, прежде чем идти в лес.

Быстро помывшись и заплетя волосы в толстую косу, я надела бабушкино платье и вернулась в дом. Кит спал, стянув одеяло с головы. Настолько устал, что даже не дернулся. когда я случайно хлопнула дверью. Поправив одеяло и чмокнув ребенка в лоб. приготовила себе чай и отправилась в спальню бабушки. Я знаю, что под кроватью, в сундуках, лежат книги. Но самое главное, там лежит дневник травницы. И ни один учебник не сравнится с толстой тетрадью, которую травницы ведут всю свою жизнь.

Бабушка писала дневник не только для себя, но и для меня, как преемницы. Так что, перечитывать все записи в поисках необходимого просто нет нужды, хватит и оглавления.

Найдя необходимый месяц, я принялась читать. Список трав и рецепты тоже были поделены. Одна часть – лечебные, вторые – косметические. Конечно, назывались они “Для придания красоты”, но смысл понятен. Но рецепты я буду изучать позже, а пока мне стоит заучить, какие травы собирать. И какая часть трав мне нужна.

Повторив несколько раз описания и внимательно рассмотрев картинки, я наконец отложила тетрадь в сторону и задула свечу. Только не смотря на усталость, сон не шел. Стоило закрыть глаза, как я вспоминала про Василия и страшную ночь. Нет, я не винила себя или Кита, но… В прошлом мне никогда не приходилось подстраивать несчастные случаи, а дети никого не убивали при мне.

– Мама! – громко закричал Кит.

Подскочив, направилась к сыну. Кит хныкал сквозь сон, не в силах проснуться.

– Тише, милый, тише, – зашептала. поглаживая по взъерошенным, мокрым волосам. – Мама рядом и никуда не уйдёт.

Когда сын затих, я отправилась к себе, но не надолго. Не успела задремать, как всё повторилось. Крик, слёзы, мой шепот.

Сколько раз я бегала к нему? Сколько раз меня выдёргивало из сна? Множество. Но не подойти, оставляя ребенка с собственными страхами, я не могла.