Чтение онлайн

Несмотря на активные массовые бомбардировки, доходившие одновременно до 130 самолетов, в них участвующих, результаты авиационных атак были мизерными. Например, в январе 1943 года при нанесении нескольких мощных ударов по Лориану было сброшено 4636 тыс. бомб. При этом было потеряно 34 самолета. В результате бомбардировок порт был превращен в развалины, практически сровнен с землей, а убежище для подводных лодок осталось совершенно невредимым.

После этих налетов у союзников, как и раньше, возникли разногласия между командованием ВМФ и ВВС. Начальник Главного морского штаба настаивал на бомбардировках, так как «разрушения, уже причиненные Лориану, должны уменьшить возможность по обслуживанию и введение в действие подводных лодок. Это, разумеется, объясняется не только материальными разрушениями, но и тем неоспоримым фактом, что рабочие верфей и экипажи подводных лодок не в состоянии поддерживать производительность труда на прежнем уровне, испытывая напряжение от постоянной угрозы мощных воздушных налетов».

Представители ВВС утверждали, что наносить удары по укрытиям лодок — пустая трата боезапаса и лишний риск потери самолетов.

Как бы там ни было, подводные лодки продолжали выходить в океан. А так как достаточного количества кораблей эскорта конвоев и самолетов еще не было в начале 1943 г., то лодки наносили ощутимые удары по конвоям.

Члены комитета обороны военного командования Англии не могли поверить, что такие мощные бомбардировки проходят безрезультатно для действий подводных лодок. Прислушавшись к доводам начальника Главного морского штаба, комитет обороны решил распространить бомбардировки на другие порты Бискайского залива: Бордо, Ла-Паллис, Брест. Министерство авиации встретило это решение в штыки.

Специально проведенные исследования показали, что налеты на Сен-Назер вообще никакого ощутимого воздействия на боевую деятельность подводных лодок не оказали. Налеты на Лориан подействовали на срыв выхода в океан только 3 подводных лодок, что означало спасение пяти-шести судов конвоя (тогда статистика нанесения ударов лодок по конвоям еще подтверждала это).

С января по май 1943 г. английская авиация сбросила на бискайские военно-морские базы 5429 фугасных и 3704 зажигательных бомб. Было потеряно 98 самолетов.

После этого комитет обороны принял решение — действия авиации перенести на Центральную Атлантику, прикрывая конвой, вести поиск и уничтожение подводных лодок там, в открытых районах, резонно полагая, что почти 100 погибших самолетов смогли бы уничтожить значительно больше подводных лодок, чем было уничтожено их в базах при налетах нескольких сот самолетов.

Однако командующий ВВС Германии считал, что авиация должна использоваться не в море, а при бомбардировках промышленных центров Германии, от чего эффект ее ударов будет более значительным.

Так что фактически для боевых действий в Атлантику была направлена лишь незначительная часть авиации, что давало возможность немецким подводным лодкам свободно себя чувствовать на океанских просторах до поры до времени.

Основные силы бомбардировочной авиации были брошены на бомбардировки Кёльна, Гамбурга, Вильгельмсхафена, Берлина, Эссена, Штутгарта, Киля, Франкфурта-на-Майне, Мюнстера.

Интересно проследить, какое количество самолетов участвовало в налетах и сколько бомб было сброшено, например, за последние 5 месяцев удержания немцами баз в своих руках.

На Гамбург было совершено 8 налетов, в которых участвовало 2218 самолетов, сбросивших 7264 тонны бомб. На Бремен было совершено 12 налетов с участием 1475 самолетов. Сброшено 3884 тонны бомб.

Особенно ожесточенные налеты на Гамбург были 8, 11,31 марта и 8, 9 апреля 1945 г., когда в среднем в каждом налете участвовало от 300 до 450 самолетов, сбросивших от 900 до полутора тысяч тонн бомб.

На Бремен массовые налеты были 24 февраля, 11 и 30 марта. В налетах участвовало каждый раз от 400 до 430 самолетов, сбросивших от 1000 до 1300 тонн бомб.

Однако в результате этих налетов подводные лодки, находящиеся в укрытиях, не пострадали.

Одним словом, все эти мощные удары разрушили до основания заводы, доки, фабрики, жилые дома, но железобетонные перекрытия для подводных лодок успешно выдержали все бомбардировки. Спасала лодки от уничтожения в укрытиях толщина железобетона 2,5 — 3 м, как в Гамбурге, не говоря уже о Киле и Бергене, где толщина перекрытий была 3,4 — 4,5 метра.

Все эти военно-морские базы в послевоенное время служили для подводных лодок «Бундесмарине» — в Германии, а во Франции и Норвегии — для подводных флотов этих стран.

У нас в Севастополе (Балаклава) была прекрасно оборудованная база в подскальных укрытиях. Во что она была превращена после развала СССР, было как-то показано по телевидению — полная разруха.

В период «холодной войны», в частности в 70-е годы, шло интенсивное строительство уникальных подскальных сооружений для базирования атомных подводных лодок, в частности стратегических, на Северном и Тихоокеанском флотах. Там же располагались хорошо оборудованные защищенные командные пункты флотов. По объемам выполненных работ, по грандиозности масштабов этих сооружений им не было равных в мире.

Размеры этих укрытий были рассчитаны на большое количество атомных лодок любого водоизмещения, в том числе и таких, как подводные стратегические ракетоносцы проекта «941» (система «Тайфун») водоизмещением около 50 тыс. тонн, длиной 172 м, шириной 23 м и осадкой 11 м.

Для размещенных в этих укрытиях подводных лодок не были бы страшны никакие ядерные взрывы, Однако с началом «перестройки» и либерально-реформаторских «преобразований» все это было загублено и «циклопоскопические» по масштабам уже выполненные работы пошли насмарку.

Так что теперь наши стратегические подводные ракетоносцы, как и все другие атомные и дизельные подводные лодки, стоят у открытых причалов, прекрасно просматриваются из космоса и не защищены не только от космического оружия, но и от обыкновенных крылатых ракет АПЛ (в частности ракет «томагавк» новых модификаций).

На одном из кладбищ Германии покоятся рядом бывший главком «Кригсмарине», заслуженный подводный ас Третьего рейха гросс-адмирал Карл Дениц и его супруга Ингеборг Дениц. Памятники на могилы покойных изготовил талантливый скульптор, доктор философии, близкий друг семьи Деницев Генрих Шретелер, тоже бывший участник войны, командир подводной лодки, командовавший последовательно двумя лодками «U-667» и «U-1023».

На «U-667» Шретелер прослужил 4 года и был назначен Деницем в штаб подводных сил. Служа в штабе (в Берлине), он познакомился с дочерью адмирала Рольфа фон Дер Мар-вйца и женился на ней. Штабная служба не понравилась Шре-телеру, и, пользуясь дружбой с Гюнтером Хеслером — зятем Деница (тоже бывшим командиром ПЛ и кавалером Рыцарского креста), тоже служившим в это время в штабе, он добился, чтобы снова получить назначение командиром ПЛ.

Став командиром новой лодки «U-1023» «VIIC» серии, оборудованной «шнорхелем», в начале марта 1945 г. он из Норвегии вышел на боевое патрулирование в Северную Атлантику. Обнаружив конвой «SC-171», он вышел на него в атаку, выпустив три торпеды, но неудачно. В середине апреля обнаружил второй конвой у южной оконечности Ирландии. Выпустил по судам конвоя три торпеды. И, хотя командир донес в штаб, что потопил транспорт (8000 тонн), но, очевидно, снова атака была неудачной: ни в каких документах подтверждения не нашлось. Через 3 дня — снова конвой. На этот раз — «ТВС-135». Снова атака. В донесении штабу значится, что двумя торпедами потоплен транспорт водоизмещением 10 000 тонн. Фактически он повредил английский сухогруз «Ривертон» водоизмещением 7300 тонн. На основании донесений командира лодки о потоплении 3 судов общим водоизмещением 26 000 тонн Дёниц наградил его Рыцарским крестом. Известие о награде командир «U-1023» получил в море. При возвращении в базу в районе Английского канала Шретелер встретился с маленьким английским тральщиком «NVMS-328» (335 тонн) и последней самонаводящейся торпедой «Т-5», оставшейся на борту, потопил его. По приказу Деница «U-1023» через 49 суток после выхода из базы пришла в Портленд и сдалась английским властям.