Чтение онлайн

– Однажды ты напомнила мне о том, что я женат, - усмехнулся Дитрих. Он говорил так, словно каждое слово дается ему с трудом. – Так вот, я вспомнил, что женат. Сейчас вспомнил. На одной очень хорошей женщине. И это разобьет ей сердце. Поэтому бери плащ и уходи…

Сказать, что я была шоке, ничего не сказать. От того, что я только что услышала, я потеряла дар речи.

– Но… вы… же сами говорили… что не любите… ее, - прошептала я хриплым голосом.

– Понимаешь, - выдохнул Дитрих, прижав руку к ране, а потом глядя на кровь. – Я любил, люблю и буду любить только одну. Ее больше нет. Но есть и другая. Пусть в ней нет сумасшествия и страсти, пусть она не сумасбродна и не так прекрасна, как ты, но…

Моему удивлению не было предела. Он отказался от мечты ради … жены? Ради маленькой швеи?

И тут я увидела, как он поднимает фантик от конфеты и комкает в руках. Так, а у нас, оказывается, не прибираются!

– … но я не променяю ее на одну ночь с тобой, - усмехнулся Дитрих, глядя на меня. О, каких усилий ему стоили эти слова. Страстное желание горело в его глазах, но он просто сжал кулаки.

– Даже если я сниму маску? – спросила я, удивляясь, все больше и больше. «Не вздумай снимать маску! Он тебя узнает! И убьет!», - прошила меня здравая мысль. – «Вряд ли он готов к правде?».

– Хочешь, я сниму маску? – улыбнулся Дитрих.
– Я такой же, как и принц. Мы оба ужасно азартны. Единственная разница в том, что я не убиваю. Мы оба измываемся над женщинами, чтобы отомстить одной. Принц мстит жестокой матери. Я мщу жестокой красавице.

Он сглотнул. Теперь осталось выяснить самое важное.

– Я знаю о вашей любви к Вильгельмине Анне Генриэтте Лингер, - произнесла я, глядя на него.

При звуке моего имени, Дитрих вздрогнул, словно его пронзил удар в спину.

– Откуда? – выдохнул он.

– И я знаю, как она измывалась над вашими чувствами, - продолжила я.

– Воистину, - выдохнул Дитрих. – Ты знаешь все секреты. Даже не спрашиваю откуда! Я ведь никому не называл ее имя…

Сказать ему правду или нет? Сердце металось, но я чувствовала, что мне нужен совет! Три женщины. Одну он любит, вторую уважает, а третью – безумно желает. Готов ли он услышать правду?

Что-то мне подсказывало, что не готов. А, быть может, не готова я.

– Уходи, пока все слишком далеко не зашло. Исчезни. Растворись. Вон из моей жизни… Я … - Дитрих посмотрел на меня, сгреб мои руки и поцеловал. – Умоляю тебя исчезнуть… И больше никогда не возвращаться.

На меня взглянули безумные глаза, а потом меня схватили, набросили плащ и стащили вниз по ступенькам.

– Отвези ее, куда она скажет! – толкнули меня в сторону кареты.

– Дитрих, - прошептала я. Я чуть не соврала маску, но опомнилась. Мадам Пикок теперь в розыске. Принц если выживет, от своего не отступится… Так что пора завязывать с Пикок. Платье, туфли и все остальное сжечь!

– Я сегодня милосерден, - послышался задыхающийся голос, а дверь кареты грохнула, словно выстрел.

Карета тронулась, а я опомнилась только на углу. Я знаю как, вопреки здравому смыслу … О, богиня! Я люблю его. Люблю. И ужасно боюсь его потерять… Лязг железа стоял в ушах, а я помню, как готовилась умереть вместе с ним, если вдруг он проиграет. И это тот самый человек, которому я хочу отомстить больше всего на свете. Тот, кому я желаю смерти… Как же так можно? Неужели такое бывает? Что мне делать?

Я чуть не заплакала, как опомнилась, сделала глубокий вздох, успокаиваясь.

– Остановись здесь! – крикнула я, вываливаясь из кареты, почти на ходу. Ночь окутывала все. В ней слышался звук уезжающей кареты. Эта холодная и тихая ночь скрывала даже мой расшнурованный корсет, припухшие от поцелуев губы, слезы, застывшие на щеках, словно льдинки и сердце, которое умоляло сделать хоть что-нибудь, чтобы не потерять любимого.

Черной тенью я скользнула в переулок. Сейчас с Мадам Пикок будет покончено. И будет просто Вин. Маленькая Вин, которой снятся кошмары. И будут сниться еще долго.

Как же тяжело порой сказать правду… Холод улицы отрезвлял, а я открыла ателье ключом. Лишь на секунду я замешкалась, видя, как за углом метнулась тень.

Может, мне показалось?

Я выдохнула, закрылась и сняла платье, содрала маску и туфли. Умывшись, я посмотрела на себя.

– У меня есть жена, - улыбнулась я, скалывая волосы в привычный неряшливый пучок.

Накинув плащ, я вышла, видя, что в часовне все еще горит свет. Значит, Бесподобный Елауарий еще не спит.

– Бесподобный, - попросилась я, видя, как он молится богине. Я застыла, понимая, что помешала.

– Проходи, дитя мое, - ласково позвали меня, улыбаясь. Я прижалась к старику и заплакала. Его руки бережно гладили меня.

– Ты так не плакала с того самого дня, когда мы с тобой познакомились, - улыбнулся Бесподобный. – Что стряслось?

– Я… - это все, что я смогла выдавить из себя. И больше ничего. Силы мне изменили, а я смотрела на Бесподобного, в надежде, что он меня поймет! Три женщины никак не могут снова стать одной, единственной, и мне было страшно при мысли, что будет, когда вся правда вылезет наружу?

О, если бы я не боялась его потерять, я бы призналась во всем. Но сейчас… Сейчас любая ошибка может стоить мне сердца.

– Ну не плачь, дитя мое, - заметил Бесподобный Елауарий, пока свечи тихо капали воск на разложенные лепестки. – Как-то все образуется… Богиня любви, она все видит…

– Правда? – спросила я, глядя на свет.

– О, она все слышит, и все видит,- заметил Бесподобный. – Знаешь, однажды сюда пришел юноша… Это было много лет назад. Он молился ей, шептал имя той, которую любил больше жизни. И просил богиню, чтобы однажды они стояли здесь, перед алтарем вместе… И богиня исполнила это желание. Он и правда привел сюда любимую. Совсем недавно. Точнее, притащил. И они стояли перед алтарем. Он и она, как он и просил. Правда, что-то рожа у него была не сильно довольная. Как, собственно, и ее лицо… Но, как видишь, желание исполнилось.

Мои глаза расширились, а я застыла, глядя на свет.

– А это не вы случайно вписали наши имена? – спросила я, глядя на Бесподобного Елауария с подозрением.

– Ну, может и я чуть-чуть помог. Дождался, когда он разбогатеет окончательно, и чуть-чуть помог. Но в основном это, конечно же, молитва богине! – лукаво улыбнулся Бесподобный. – Но до этого мальчик приходил еще один раз. Он стоял на коленях перед алтарем, и я видел своими глазами слезы на его лице. «Я не хотел… Я убил ее… Но я этого не хотел… Я хотел просто сорвать помолвку! Ее отец отказал мне, и я просто хотел, чтобы он дал мне еще немного времени. Еще совсем чуть-чуть… Мне нужно было купить эту газету! И еще пара месяцев, чтобы я приехал в красивой карете и попросил ее руки… Почему ты не дала мне это время? Зачем ты отняла ее у меня?».