Чтение онлайн

– Петер?.. Вас обоих?

– Да.

– Неужто… После всех этих лет, неужто он наконец-то понял? – она хлопнула в ладоши и сжала руки в кулаки. – Он подумал над моими словами и принял роль Разрушителя! Побеждающий смерть, нетленный и вечный Рудра, разрушитель самого разрушения, через это дарующий освобождение! Как удачно… Простите мой прагматизм, но как уместно, что вы разнополы.

От резкой смены темы у Полыни закружилась голова. Она переспросила:

– Что уместно?

– Вы – его орудие! Пойдёмте, пойдёмте скорее, я выведу вас наружу.

Она развернулась и зашагала вглубь Плёнки; подпрыгивать от радости ей мешал только низкий потолок.

Монотонный хаос живых тканей сливался в сплошной красно-белый шум. Тем сильнее раздражала глаз неправильность – большой металлический квадрат, врезанный в одну из стен. Плоть словно разбежалась в стороны от него, не желая касаться твёрдой и холодной поверхности.

Старший Инженер остановилась у него и оглянулась на спутников – они отстали на много шагов и теперь ковыляли последние метры пути.

– Что… Что это?.. – просипел Джоз. Он склонился и опёрся рукой о колено, пытаясь восстановить дыхание.

– Это лифт, конечно же.

С этими словами Сара коснулась пальцем одной из сторон квадрата – его вдруг разрезал вертикальный шов. Две половинки разъехались и утонули в стенах, выпустив в тоннель уже знакомый, невыносимо белый свет.

Полынь прикрыла многострадальные глаза и прошипела все известные ей ругательства.

– Лифт? Вот так просто? – недоумённо спросил Джоз.

– А почему должно быть сложно? – спросила в ответ Сара. – Это не игра с препятствиями и ловушками, это научный комплекс. Всё здесь должно быть удобным, быстрым и логичным.

– Эти тоннели не выглядят удобными.

– Их достроили позже. Уже после того, когда Рудра разрушил старую логику в умах людей. Проходите, проходите!

Сара шагнула в мелкую комнатку, сразу заняв большую часть свободного пространства; ей пришлось согнуться почти в два раза. Джоз зашёл вслед за ней и с улыбкой протянул руку Полыни:

– Ты ведь не будешь скучать по этому месту, правда?

Полынь оглянулась. Глаза, привыкшие к яркому свету, увидели в тоннелях позади лишь темноту.

Она сняла с пояса цеп, размахнулась и зашвырнула его так далеко, как только смогла.

– Скучать не буду, но это место определённо будет мне сниться, – сказала она и шагнула в лифт.

Стены были неподвижны – но давили всё сильнее и сильнее. Джоз не выдержал и уселся на пол. Полынь упрямо осталась стоять, не желая уступать Старшему Инженеру хотя бы в этом; но лодыжки уже онемели, словно наконец-то обратились в костяные копыта.

Непрерывный скрежет и стук где-то над головой, за пластинами потолка, медленно истачивал разум, ни на секунду не давая расслабиться и отдохнуть.

– Неужели до Города так далеко? – спросил Джоз.

Замершая в полной неподвижности Сара шевельнулась и медленно покачала поросшим грибами шлемом:

– Нет-нет, мы поднимаемся выше.

– Мы сейчас над Городом?!

– Да.

– Как жаль, что тут нет окон…

В тесной кабине снова повисла тишина.

– Мы могли бы остановиться и передохнуть в Городе, – сказала Старший Инженер, – но этот лифт проходит через жилище одного странного каястха. Не хотелось бы с ним встречаться. Иногда я забираю у него тела с потухшей высшей нервной деятельностью. Обратно привожу ему чистое мясо.

– Но зачем? – невольно заинтересовалась Полынь.

– Возможно, он его ест.

– Кажется, я знаю, о ком речь… – буркнул Джоз с побледневшим лицом.

Шум над головой затих. Тело на мгновение полегчало, словно попыталось оторваться от твёрдого пола.

– Никакие слова и никакая подготовка вам не помогут, – вдруг очень серьёзно сказала Сара, – но не беспокойтесь. Сетчатка восстановится. Вам просто надо будет посидеть на одном месте. И не стесняйтесь кричать.

Полынь даже не успела возразить – палец Старшего Инженера коснулся стены, и та снова разошлась по вертикальному шву.

В глаза ударило белое пламя. Словно двумя раскалёнными прутами оно прожгло череп насквозь через глазницы и оставило после себя только боль. Полынь с криком рухнула на пол и попыталась прикрыться руками, но ничего не увидела. Сияние забрало глаза, а взамен оставило только себя.

Медленно, очень медленно перед глазами начали появляться цветные круги. Они плясали и кружились, сливаясь в обширные пятна. Вскоре эти пятна вытеснили сияние и заполнили собой всё вокруг.

Полынь уставилась в бездонную синеву.

От гигантской синей бездны её отделяла только составленная из треугольников решётка. Полынь протянула руку, но пальцы схватили только пустоту – решётка оказалась очень, очень далеко.

– Небо!.. – послышался голос Джоза. – Это Яркое Солнце и Чистое Небо! Небо цвета твоих глаз, смотри!

Он схватил Полынь за руку. Она отчаянно заморгала и прищурилась. Мир неторопливо покачнулся и перевернулся – исчерченная решёткой синяя бездна уплыла вверх, а внизу показался привычный серый пол. Огромный зал простирался во все стороны; далёкие стены не приносили облегчения от огромной пустоты – они оказались прозрачными, словно собранными из застывшей воды. Тонны и тонны стекла, такого прозрачного, как будто его и нет вовсе.

Хотелось лечь и свернуться клубком, собрав себе привычные близкие стены из собственных ладоней, хотелось закрыть болящие глаза, чтобы сбежать во тьму от жадной сияющей пропасти. Но Полынь упрямо заскрипела зубами.

– Это и есть снаружи? – спросила она. – Мы вышли, мы свободны?

– Нет-нет, – ответила Сара с лёгким смешком. – Это всего лишь фойе. Вам не повезло, сегодня довольно солнечный день. Следуйте за мной, наш транспорт прибыл.

– Это же монорельс для чиновников! – воскликнул Джоз.

Полынь оглянулась. Длинный и просторный зал обрывался ровным вертикальным отрезом; у него лежала на боку большая цистерна с множеством стеклянных окон.

«Поезд, – подсказала память. – Так вот как выглядит поезд на самом деле».

– Кажется, это будет моя первая поездка на монорельсе, – продолжил Джоз, – наверху… То есть, внизу я предпочитал ходить пешком.

– Главное, чтобы эта поездка осталась последней, – ответила Старший Инженер. Она раздвинула двери вагона и со скрежетом протиснулась внутрь.