Атланты, Воин
Шрифт:
– Все нормально, - ответил Арес, старательно изображая честную мину.
– Что нормально?
– Эрот скривился, видно яблоко попалось слишком уж неспелое, и с брезгливым видом швырнул надкушенный плод в гребень медного шлема Ареса. Подобную наглость нельзя было больше оставлять безнаказанной.
– Паршивый недоносок!
– Арес с угрожающим видом схватился за золоченую рукоять меча.
Мальчуган мгновенно скатился с борта колесницы и выхватил лук.
– Поосторожней, папашка!
На лице Ареса нарисовалась заискивающая улыбка. Он уже имел возможность испытать сколь опасно связываться с Эротом. Рука, державшаяся за меч, скользнула по металлическому поясу, словно поправляя его.
– А что, ты собственно, разнервничался, приятель?
– А ничего!
– Эрот неторопливо убрал лук на место и вызывающе посмотрел на бога войны.
– Что ты там вынюхал?
– Да ничего особенного.
– Ну-ну, не темни! Что я, по твоему, зазря катался по этим пыльным горам? Мамашка велела мне разнюхать, почему это ты ни с того, ни с сего бросил своих шлюх и свалил в фессалию.
– Она тебе не мать!
– рявкнул, внезапно, рассвирепев Арес.
– А я и не называю ее матерью. Я, если хочешь знать, горемычный сирота. А что это вдруг ты так разволновался, папашка?
– Эрот осклабился, отчего его лицо сделалось еще более нахальным.
– Кончай темнить. Валяй, выкладывай, что вы там задумали. А не то влеплю тебе стрелу в зад и заставлю влюбиться вон в ту препротивную жабу.
– Мальчуган со смехом указал на покрытое бородавками бурое чудовище, немигающе вылупившееся на Ареса. Бог невольно вздрогнул.
– Ты ведь знаешь, папашка, сколь горька неразделенная любовь. Эта красотка через мгновение шмыгнет под корягу, а ты будешь всю жизнь сгорать от тоски по ней. Давай рассказывай, с каким заданием старик отправил тебя сюда!
– Дай яблоко, - попросил Арес.
– Держи.
Мальчуган ловко бросил богу-воину зеленокожий плод. Тот откусил и тут же сплюнул.
– Кислятина!
Эрот с угрожающим видом потянулся за луком.
– Папашка, не заговаривай мне зубы. А не то я рассержусь!
Арес снял шлем и уселся на землю, прислонившись спиной к борту колесницы. Запряженные в нее кони, равных которым не было во всем мире, почуяли раздражение хозяина и тревожно загарцевали. Крайний справа, Ужас покосился на него лиловым глазом.
– Слушай, малыш, почему ты столь усердно служишь красотке Афо?
– Ты сам ответил на свой вопрос. Она красотка. А какой мужчина не любит красивых женщин. Кроме того, мамашка добрая и всегда кормит меня медовыми пирожками. Так что давай, колись!
– Ну хорошо, хорошо, - примирительно сказал Арес.
– Я искал место, где вскоре может произойти величайшая битва. Если такова будет воля богов. Это ущелье займут эллины, которые будут сдерживать натиск подошедших с севера варваров-мидян. Ты хочешь узнать, почему битва произойдет в этом месте...
– Не держи меня за идиота, папашка! Я молод, но не глуп. Надо быть полным ослом, чтобы не понять того, что именно в таком месте горсть храбрецов может одолеть целую армию. Я не прав, папашка?
– Ну, в общих чертах, да...
– промямлил Арес.
Мальчуган поспешил вновь взять инициативу в свои руки.
– Продолжим наш интересный разговор. Что ты собираешься сказать старику?
Арес на мгновение задумался, затем ответил:
– Что мидян удобней всего встретить именно здесь.
– Понятно.
Эрот бесстрашно прогулялся туда-обратно по тропинке над пропастью, сбрасывая вниз мелкие камешки.
– Исходя из того, что старик, как мне сдается, собирается занять сторону мидян, он постарается, чтобы эллины не смогли обороняться в этом проходе. Так, папашка?
– Д-да...
– запинаясь, выдавил Арес, донельзя удивленный тем как здраво этот пацан судит о замыслах Зевса.
– Так вот, медный чугунок, скажешь старику, что море пересохло, а горы осыпались и эта позиция стала непригодной для обороны.
– Ты сам это придумал или тебе подсказала Афо?
– удивляясь все более и более, спросил меднобронный бог.
– Афо?
– Мальчуган рассмеялся.
– Мамашка хороший человек, но с воображением у ней туго. Но это между нами!
– Эрот поднял со значением палец.
– Настоящий мужчина никогда не должен говорить подобное о женщине. Особенно за глаза. Но разве можно сделать подобное признание мамашке, глядя в ее бесподобно-бездонные озера? Я, например, не смогу.
– Шалун слегка смущенно хлюпнул носом и высморкался.
– Все это философия. Вредит здоровью и ухудшает пищеварение. Конечно же, все это придумал я. Мамашка хочет, чтобы варвары проиграли. Почему бы не помочь ей? За добро воздается добром. Ты запомнил, что должен сказать старику?
– Это похоже на шантаж, - пробормотал Арес.
Эрот звонко хлопнул в ладоши, выражая этим высшую степень восторга.
– Великий Зевс, подумать только! Этот меднолобый недоумок знает такое умное словечко! А это и есть шантаж, гремящий ящик. И ты сделаешь то, что я хочу, иначе знаешь, что я с тобой сделаю?
– Что?
– на всякий случай поинтересовался грозный бог.
– Заставлю влюбиться в одну из горгон. Надеюсь, эти красотки тебе по нраву?
– Нет, только не это!
– Вот и хорошо. Приятно иметь дело с...
– Эрот ощерил белые молочные зубки.
– Чуть не оговорился, назвав тебя умным. С послушным человеком!
– Я не человек!
– Арес гордо расправил огромные плечи. Даже сидящий, он был много выше говорливого озорника.
– Прости, я забылся. С медным ящиком! Похоже, мы поняли друг друга и договорились. Договорились?
– Эрот подошел к Аресу и покровительственно похлопал ладошкой по медному наплечнику.
– Не слышу ответа.
– Договорились, - выдавил Арес.
– Я и сам ничего не имею против эллинов.
– Рад, что в тебе сохранилось здоровое чувство патриотизма. Скажешь старику, что здесь не триста локтей, как ты намерил, а десять раз по триста. Это его вполне устроит. Десять по триста...
– Мальчуган в задумчивости прогудел носом короткий мотивчик.
– В самый раз! Теперь, я думаю, ты узнал все, что хотел. Поехали?
– Да, сынок, - заискивающе протянул Арес.
– Э-э-э, папашка, какой я тебе сынок! Неужели моя голова похожа на котелок?
– Дался тебе мой шлем, - проворчал Арес, взбираясь на колесницу.