Атман-автомат
Шрифт:
Сипро восемь-девять-восемь вплотную встала у стекла и принялась разглядывать детали его лица: карие глаза, тонкий нос, слегка выпирающие скулы. Но как бы она ни старалась его вспомнить, даже параллельно проматывая память Оксаны, заостряя внимание на единственном его там имеющемся образе, но имя так и не всплыло.
– Что ты делаешь? – удивлённо спросил Сипро три-шесть-три.
– Он знает Оксану, а она его, – ответила Сипро восемь-девять-восемь и сделала шаг назад от камеры.
– Так ты Оксана или нет?! – нервно спросил заключённый. – Я – Букин! – наконец-то назвался он.
Сипро восемь-девять-восемь вздрогнула.
– Иван? – настороженно уточнила она.
– Да! – ответил он, ударив ладонями по стеклу. – Оксана, почему ты в теле Сипро? Кто изъял твой мозг из главного хранилища корпорации?
Это шокировало не только её, но и второго Сипро. Они оба недоумевали и смотрели в сторону заключённого.
– Я не совсем она. Мой манас создан в две тысячи пятьдесят первом, перед самым отбытием в просторы космоса, – ответила Сипро. – Память Оксаны появилась внезапно…
– Если она появилась, то этому есть только одно объяснение: в твоём Атмане её мозг! – Иван выглядел весьма взволнованно.
– Если это так, то я не могу знать, как он оказался моим. Почему стерли память, и почему она пробудилась на Заки. На Земле решат эту проблему. Мне уже подготовили новый манас, – жёстко ответила Сипро восемь-девять-восемь.
Она сама не ожидала от себя, что так холодно отнесётся к утверждению Букина. Ей, точнее, Оксане, вроде бы должно быть радостно от встречи со старым знакомым, но он ей оказался безразличен.
– Мне кажется, твоя память не полностью восстановлена. Я могу тебе помочь с этим, – сказал заключённый, и Сипро восемь-девять-восемь почувствовала, как Оксана заинтересовалась этим.
– И как именно ты мне поможешь?
– В информации, что я похитил у корпорации, есть секретные данные об Оксане Мор. Если ты их изучишь, загрузишь себе в манас, то, возможно, станешь собой…
– Нет. Оксана просто поглотит тебя, – обеспокоился Сипро три-шесть-три. – Ты – не она, ты – искусственный интеллект под номером восемь-девять-восемь – Атман-автомат!
– Ты никуда не денешься. Вы сольётесь воедино! Это словно пребывать в амнезии, считать себя одним человеком, а потом внезапно вспомнить всё, что произошло с тобой до аварии! – Букин не отступал, словно на кону стояло его будущее.
– Он прав, – неожиданно для себя утвердительно сказала Сипро восемь-девять-восемь. – На данный момент я именно так себя ощущаю. Я вспоминаю отрезки из прошлой жизни. Да, ты сам предлагал мне не заменять манас!
– Да, но я поразмыслил и осмыслил всё происходящее. Если корпорация узнает, что ты – Оксана Мор, они от тебя не отстанут.
– Право каждого – свобода – свобода выбора – свобода действий. Я просто откажусь работать на корпорацию и буду жить так, как сама того пожелаю… Может быть, я захочу остаться на Земле вечно и работать над другими проектами, которые ещё лучше преобразуют мир.
– Куда лучше, – задумчиво произнёс Сипро три-шесть-три.
– Есть куда! Не всё так гладко, как всем кажется. Почему в корпорации главный акционер скрывается? Почему они скрывают тайну гибели Оксаны Мор и почему так яростно охотятся на базу данных, которая находится в моих руках? А они ведь твердят из всех динамиков, что открыты перед обществом! – на лице Букина вновь появилась ехидная улыбка.
– Они защищают свои границы и своих граждан. Вы преступник! – фыркнул Сипро три-шесть-три.
– Тайный аукционер – это и есть вся корпорация в целом, – сказала Сипро восемь-девять-восемь, так их всегда учили.
– Корпорация в руках одного человека! – заявил Букин. – А мы все – стадо баранов, которых гладят по головке, когда надо, кормят, когда надо, и которым постоянно пудрят мозги якобы идеальным миром!
– Ты говоришь, как все пираты. Ты живёшь ради наживы! Сипро восемь-девять-восемь, прекрати его слушать! – Сипро три-шесть-три забеспокоился. Его коллега заинтересовалась словами заключённого.
Не сказав ни слова, она развернулась и быстрым шагом направилась к лестнице, ведущей на второй ярус корабля. Букин попытался её остановить, выкрикивая имя «Оксана», но она ушла, не обернувшись, и Сипро три-шесть-три проследовал за ней. Букин со всей силы ударил кулаком по стеклу, но оно осталось абсолютно целым, в отличие от костяшек на его руке: кожа содралась, а металл слегка помялся.
Сипро восемь-девять-восемь присела в кресло позади пилота и, скрестив руки на груди, принялась глядеть через окно вдаль. Звезды проносились мимо на бешеной скорости, образуя белёсый поток света в бескрайней иссиня-чёрной вселенной. Оксана в ней не могла успокоиться: она требовала продолжения переговоров с Букиным и испытывала некое двоякое ощущение. Он ей неприятен и в то же время интересен, как собеседник. Ему известно о ней больше, чем она сама знает о себе. Ей хотелось выяснить несколько вопросов: узнать о судьбе своих родителей и о сыне. Но Сипро восемь-девять-восемь мешала Оксане вырваться. Она своими действиями нарушала протокол. Нельзя говорить с заключённым о личном, нельзя требовать от него информацию. У неё нет на это полномочий.
– Что у вас там произошло? – поинтересовался Сипро девять-шесть-ноль. – Вы так громко там говорили. Заключённый буянил?
– Нет, наша Сипро клюнула на его уловки, – недовольно ответил Сипро три-шесть-три, присаживаясь в соседнее кресло.
Сипро не слушала своих коллег. Она размышляла о своём. На Заки должен прибыть Филатов, а значит, она уже с ним не столкнётся в ближайшее время. Но она может дождаться его возвращения на Землю. Записаться к нему не представит труда, Сипро уверена, что имя Оксаны Мор ему не будет безразличным.
Филатов занимался непосредственно Атманами. Разрабатывал программы по улучшению жизни на планете Земля и следил за уровнем жизни на планетах других галактических союзов. Его фамилия широко известна, просто раньше Сипро восемь-девять-восемь не задумывалась о его жизни и родстве с Создателем. Она надеялась, что он окажется именно тем Игорем Сергеевичем Филатовым, который приходился дядей Оксане Мор, иначе это невероятное совпадение совокупного имени, что не исключено.
К сожалению, архивная книга биографии об Оксане старого выпуска, за две тысячи восемьдесят шестой год, и о Филатове, как и об остальных родных и близких Оксаны, там более подробной информации не имелось. Кто когда умер или кто кем стал? Сипро восемь-девять-восемь, как Оксана, хотела верить, что её родители и сын заменили свои тела на Атманы.
Оказаться вновь на набережной Сипро не ожидала. Она, видимо, уснула и погрузилась в воспоминания Оксаны Мор. Подул лёгкий ветерок, её белокурые локоны легли на лицо. Сипро посмотрела на свои руки, они сделаны не из металла. И ощущение от пребывания в живом теле иные. Это хоть и сон, но так реален до дрожи.
– Как мило с твоей стороны завещать большую часть проекта не своему отцу, а мне, – голос Филатова раздался за спиной. Сипро развернулась к нему лицом, и их взгляды столкнулись. На лице Филатова светилась довольная улыбка. – Так когда ты умирать собираешься? Уже не терпится всем завладеть, – усмехнулся он.