Аттестат зрелости
Шрифт:
— Ты, бабка, куда свою рухлядь ставишь? Совсем из ума выжила?
— Бабка? Из ума выжила? — Зинаида Павловна ошарашенно замерла, подошла к милиционеру. — Хамло деревенское! Глазки свои поросячьи разуй! Ты б хоть номер на машине посмотрел!
— Что мне твой номер? — продолжал старлей. — Убирай немедленно машину! Или я её прямо сейчас на штрафстоянку определю!
Я бросил взгляд на номера. Никогда на них внимания не обращал, а тут… Номера были «77–77 ПРА». На черном фоне.
Милиционер, брызгая слюной, подскочил в Зинаиде Павловне, хотел ухватить её то ли за рукав, то ли за плечо, но не успел. Я раньше швырнул в него конструкт поноса — проверенный, действенный способ нейтрализации противника, абсолютно не вызывающий подозрений.
Старлей тут же прижал ноги друг к дружке, присел, ухватился за пах, развернулся и на полусогнутых поплелся в здание. О его состоянии сообщил неприятный запашок. Зинаида Павловна повернулась ко мне, вопросительно подняла брови, мол, твоя работа? Я в ответ только пожал плечами, типа, ничего не знаю, я вообще мимо на лошади проезжал!
— Полезное умение, — бросила Зинаида Павловна, не глядя на меня. — И своевременное.
Она отвернулась и, гордо выпрямив спину, направилась в здание, скомандовав мне:
— Антон! За мной!
За барьером дежурный майор встал, поздоровался, назвал её по имени-отчеству, спросил о цели прибытия.
— Помните еще меня, — улыбнулась Зинаида Павловна. — А этот хам откуда взялся?
Дежурный вздохнул:
— Он вас не знает, Зинаида Павловна, вы уж извините…
— Понаберут по объявлению, — сморщила носик Зинаида Павловна. — Я к начальнику. Он, — она небрежно показала на меня пальцем, — со мной.
— Второй этаж напротив центральной лестницы, — сообщил майор. — Проводить?
— Я помню, — небрежно кивнула Зинаида Павловна. — Не надо, сами дойдем, чай, не маленькие.
В приёмной девушка-секретарь в форме сержанта милиции даже встала, приветствуя нас, точнее Зинаиду Павловну.
— У себя? — спросила Зинаида Павловна, после приветствия.
— Так точно, ждёт вас!
— Идём, Антон!
Начальник ГАИ, полный полковник милиции встал из-за стола и пошел нам навстречу через весь свой огромный, словно актовый зал, кабинет. Он бережно пожал протянутую руку Зинаиды Павловны, потом небрежно-вяло пожал мою руку.
— Присаживайтесь, уважаемая Зинаида Павловна! — слащаво улыбаясь, предложил полковник. — Вы прекрасно выглядите! Кофе? Чай?
Он знаком указал на глубокое мягкое кресло возле журнального столика. Сам же разместился в другом кресле напротив. Я огляделся, присел на стул возле приставного стола.
— Юрочка! — стервозно-приторно улыбнулась Зинаида Павловна, усаживаясь в кресле, — конечно, кофе! Но сначала хотелось бы решить один вопросик.
— Для вас, Зинаида Павловна, — напыщенно ответил полковник, — всё, что угодно, всё, что пожелаете!
— Желаю! — Зинаида Павловна выложила из большой сумки папку, открыла её. — Юрий Иванович! Это мой племянник.
Она показала на меня.
— Очень близкий мне человек, — и повторила, — ОЧЕНЬ близкий. Даже, пожалуй, самый близкий мне человек. Я хочу переоформить свою машину на него.
Она достала из папки договор купли-продажи из комиссионного магазина, товарный чек, несколько квитанций, документы на машину. Протянула ему.
— Машина у подъезда. Надеюсь, гнать её на досмотровую площадку не надо. Проверить номера кузова и двигателя можно прямо здесь.
— Да бог с вами, Зинаида Павловна! — отмахнулся рукой полковник, забирая бумаги. — Разумеется, здесь посмотрим.
Он встал, подошел к двери, приоткрыл, крикнул:
— Лена! Алмазова ко мне! Быстро! И сделайте два кофе, пожалуйста.
— Три кофе! — поправила его Зинаида Павловна. — Антону тоже, пожалуйста.
— Три кофе! — поправился полковник. Первым пришел Алмазов — неулыбчивый капитан лет 35-и.
Полковник указал ему на документы:
— Оформишь на него!
И показал на меня.
— Понял?
— Так точно! — капитан вытянулся. Забирая документы, спросил, обращаясь к своему начальнику:
— А паспорт его?
Я поспешно протянул паспорт.
— И номер оставьте прежний! — скорее скомандовала, чем попросила Зинаида Павловна.
— Зин Пална, — попробовал возразить полковник. — Ну, поймите же меня! Не положено ведь. Его ж утилизировать надо!
— Не положено? А вы положите, Юрий Иванович! — сверкнула глазами Зинаида Павловна. — Или мне с генералом с вашим поругаться из-за того, что вы этот вопрос решить не можете?
— Есть оставить прежний номер, — буркнул за полковника капитан и добавил вполголоса. — Учетную карточку перепишем да и всё. Первый раз что ли?
Зинаида Павловна протянула ему ключи:
— Машина у подъезда стоит. Сам посмотри там номера, голубчик. Хорошо?
Капитан кивнул и вышел. Секретарша принесла три кофе на блестящем подносе, расставила чашки на журнальном столике, поставила сахарницу. Я встал, взял себе чашку, насыпал в неё ложку сахара, размешал. Полковник пил без сахара. Он взял свою чашку, пригубил и поинтересовался:
— А как ваше здоровье, Зинаида Павловна? Ходили слухи, что вам совсем плохо?
— Было совсем плохо, — согласилась она. — Да Зуйков Петр Юрьевич, знаете его? — она сделала маленький глоточек, закрыла глаза от удовольствия и продолжила, — начальник медсанчасти у чекистов. Привез откуда-то из Москвы хорошего врача. Тот целую поэтапную программу лечения разработал. За месяц меня на ноги поставил. Прямо-таки волшебник какой-то!
— Вас уж почти схоронили, — мрачно подтвердил полковник. — А вы словно помолодели даже!
— Догадываюсь, — Зинаида Павловна сделала еще глоток. — Говорили, мол, кончилась «железная Зинка», так? Оказалось, совсем не так. Восточная медицина творит чудеса!
Она посмотрела внимательно полковнику в глаза и сказала:
— Я ценю, Юра, добрые взаимоотношения. И своих никогда не бросаю. Ты знаешь.
Полковник сразу посерьезнел, кивнул.
— А дети как? Виктор уже, я слышал, генерала получил? — спросил он.
— Уже генерал-лейтенант, — уточнила Зинаида Павловна. — Работает там же, у вас в Главке. На пенсию не собирается. А Костя, младший, так и трудится в посольстве в Канаде советником по культуре.