Чтение онлайн

– Что же ты предлагаешь, почтенный?

Старый спарпет, продолжая почесывать нос, оглядел своих соратников и снова задержал взгляд на императрице; Блейду показалось, что она чуть заметно кивнула.

– Я предлагаю гораздо большую власть, чем ты ищешь. Забудь о Бартаме; в конце концов, это лишь одна из частей мира, не более того. Мы придем туда, ты получишь все головы, какие захочешь, потом вернешься на запад. В Великий Кант, я разумею.

– Зачем?

Гинна Пал снисходительно улыбнулся.

– Как ты думаешь, чем сильна империя?..
– он выдержал паузу, но странник не отвечал: вопрос был явно риторическим.
– Не армией своей, не воинским искусством, не властью над многими землями и не союзом с варварами вроде альбагов... Великий Кант силен единством среди правящих родов! Среди Колесничих!
– спарпет торжественно поднял палец, словно призывая к вниманию.

Блейд кивнул. Как он и подозревал, у местного Аттилы было много голов, и не стоило даже надеяться, что он срубит их все. Но самые важные находились перед ним на расстоянии протянутой руки.

– Давным-давно мы поняли, - продолжал крючконосый, - что главный враг любого государства - междуусобица и отсутствие единой цели. Мы выбрали цель и договорись не грызть друг друга. Договорились и о том, что всякий способный человек, чистокровный ли кантиец, ханборд, фралл, сеулг или даже варвар, станет Колесничим и нашим соратником - если докажет, что согласен с нашей целью. Она тебе известна, бартамец?

– Покорение Ханнара?

– Да! От моря и до моря!
– Гинна Пал перевел дух.

– Кто же тогда становится императором?

– Это не так важно. Иногда - самый умный и сильный, иногда...
– он усмехнулся.
– Знаешь ли ты, Блейтул, что наш нынешний Великий и Победоносный вовсе не Фралла Куз? Светлейшая Тения, - поклон в сторону императрицы, - она в самом деле из рода Фралла Кузов, дочь и наследница покойного Патрада фраллы Куза. Когда он умер, мы избрали ей супруга, Гесталиона Дру Сейтала, не самого умного и сильного, но самого молодого среди нас. Мы надеялись на потомство, но увы...
– Гинна Пал развел руками.

– Значит, император только символ?
– спросил Блейд.

– Символ? Что ж, можно сказать и так! Он - знамя, видное издалека, знамя, за которым идет наша армия; Светлейшая - древко, а мы...

– Вы - руки, которые поддерживают флаг, - закончил странник.

– Ты быстро соображаешь, бартамец!

– Спасибо. Значит, ты предлагаешь мне стать одной из этих рук?

– Возможно даже, и знаменем.

– А что случится с нынешним, Великим и Победоносным?

Гимна Пал пожал плечами.

– Он вновь станет Дру Сейталом. Гесталион неплохой полководец, однако не твоего ранга... нет в нем искры Гирларла, понимаешь? Он может вести в бой рангару или две... вот и будет ими командовать.

– Вот как...
– Блейд бросил взгляд на неподвижно сидевшую императрицу. Его покупали в четвертый раз; децин Марл Рилат - за серебро, альбаг Хэмб - за золото, имперский казначей - тоже за золото, только мешок был побольше. Теперь же ему предлагали власть, несметные богатства и женщину. Ставки растут, Дик!
– сказал он себе.

– Хорошо, я согласен!
– его ладонь легла на стол, будто припечатывая незримый контракт.
– Я отведу вас в Бартам, получу долг крови, а потом вернусь на запад. Договорились?

– Почти. Наше решение должны подтвердить Фистаг Лон Азза, наместник Великого Канта, Сайлон Маркус Диг, правитель Либонны, и Эск Тидам Рока, который стоит со своими войсками в Ситлле... Разумеется, и Светлейшая Тения...
– легкий кивок в сторону императрицы.
– Ну, и еще одно...

Блейд кивнул.

– Понимаю. Утром я передам тебе, почтеннейший, опись дороги через Огненные Земли. Ты можешь ее проверить. Посередине пути есть озеро, огромное озеро на плоскогорье, где имеет смысл остановиться, отдохнуть и запастись водой. До него восемьсот нирратов от Ах Патара, что стоит на восточном силангутском рубеже... Пошли к озеру нескольких людей, лазутчиков поопытней - пусть убедятся, что я ни в чем не солгал.

– Не премину это сделать, доблестный Блейтул. Но эту опись ты передашь мне не утром, а вечером.

– Почему?
– странник приподнял бровь.

– Потому что утром и днем ты будешь спать. Тебя ждет утомительная ночь.

Он поднялся, усмехаясь, и вместе с ним встали Калатта Хар и Мантул Скрим. Все трое отвесили почтительные поклоны императрице и, оправляя туники и плащи, направились к дверям. На лицах спарпетов бродили улыбки, словно у купцов, заключивших выгодную сделку; и Блейд понял, что мантия Великого и Победоносного уже готова опуститься на его плечи.

Когда шаги полководцев затихли, из угла, где сидела Светлейшая Тения, раздался чистый и ясный голос:

– Ты не мог бы слегка задержаться. Доблестный Блейтул? Я хочу показать тебе верхний этаж виллы... посоветоваться насчет ковров, мебели и обстановки...

Блейд неторопливо допил вино и поднялся.

– Готов следовать за тобой, прекрасная. Я очень хорошо разбираюсь в коврах и мебели. Особенно - в кроватях!

Глава 10

Лазутчики отправились в путь не медля, через день после того, как Блейд удостоился чести разделить ложе с кантийской императрицей. Светлейшая Тения осталась довольна - и, что гораздо больше удивило странника, была довольна и его подружка, прелестная Энна Корана. Видимо, знатные женщины Великого Канта тоже заключили союз наподобие мужского; но если нобили-мужчины договорились не грызться за власть, то их супруги и дочери решили не проявлять ревности. Когда Блейд поделился со своей возлюбленной предстоящими переменами в его жизни, она лишь весело рассмеялась, заметив, что роль первой наложницы Великого и Победоносного ее вполне устраивает.

Сокол, высланный лазутчиками, прилетел через десять-двенадцать дней. В послании сообщалось, что озеро Фар'лон на месте, что воды в нем хватит с избытком на всю полумиллионную армию и что дорога к нему тяжела и сложна. Трое из восьми гонцов, вышедших в путь с целым табуном лошадей, распростились с жизнью в зыбучих песках, и еще один умер от укуса какой-то ядовитой твари. Из лошадей уцелело меньше десятка.

Пока лазутчики добирались до Небесного Озера, трехглавый кантийский Аттила не терял времени зря. Рангары одна за другой передвигались к городу Ах Патар, где около трех пирамид был выстроен новый лагерь. Там скопилось гигантское количество телег и вьючных животных, которые совершали регулярные рейсы в пустыню - на пятьдесят, сто, двести нирратов. Они перевозили продовольствие и воду в огромных бочках, которые закапывали в песок - во избежание испарения драгоценной влаги; кроме того, к первому участку зыбунов отправились Крепкорукие, чтобы попытаться навести переправу. Вся эта активность дорого обходилась силангутам; их гнали в Огненные Земли десятками тысяч, и назад не возвращался никто. Великий город Ах Патар обезлюдел.