Чтение онлайн

Две женщины преклонного возраста сцепились между собой, а еще четыре пытались растащить их в разные стороны. Интересно, что они не поделили? Меня чуть не сбили с ног, но я успела вовремя отпрыгнуть в сторону и заприметила приоткрытую дверь, ведущую внутрь здания.

Аккуратно обойдя стороной толпу, я прошмыгнула в коридор, ведущий к подсобным помещениям.

– Сюда посторонним вход запрещен, – раздалось у меня за спиной.

Я обернулась и увидела женщину в синем халате с ведром и шваброй. На ее добродушном лице не было ни оттенка агрессии, лишь небольшая усталость.

– Извините, – смутилась я. – Как найти заведующую?

– Ее сейчас нет на месте, – пожала она плечами.

– Вот как, – расстроилась я. – А когда она вернется?

– Через неделю, – хмыкнула женщина.

– Я не могу ждать неделю, – на меня накатила усталость.

– А по какому вы вопросу? – участливо спросила уборщица.

– Хотела узнать, кто приносит нам корреспонденцию, – откровенно поделилась я.

– Не принесли какой-нибудь журнал? – обеспокоено поинтересовалась женщина.

– Нет. Прислали письмо и не указали обратный адрес. Теперь не знаю, как отправить ответ. Письмо очень важное. Если начальник узнает, что я не ответила на него – уволит, – вдохновенно соврала я.

– Понимаю, – задумчиво протянула женщина.

Было видно, что она о чем-то размышляет.

– Может, вы знаете, кто приносит нам письма? – осторожно спросила я. – Это действительно очень важно.

– Можно посмотреть в журнале, – задумчиво пробормотала женщина, – но боюсь, что по головке меня за такое самоуправство не погладят.

– Пожалуйста, – взмолилась я. – Если бы это не было так важно, я не стала бы ломиться сюда.

– И то верно, – улыбнулась уборщица.

– Вы мне поможете? – спросила я с надеждой.

– Ладно, – махнула она рукой, – пошли.

Мы прошли вглубь коридора и остановились у двери, на которой была прикреплена табличка: заведующая.

Уборщица достала из кармана халата большую связку ключей и открыла дверь.

– Входи. Сегодня работаем только я и Машка, но она сейчас в зале пытается растащить озверевших пенсионерок, поэтому опасаться некого. Представляешь, эти клуши не поделили очередь в окошко и из-за этого устроили драку, – возмущенно покачала она головой.

– Кошмар, – возмутилась я, чтобы поддержать женщину.

– И не говори, – хмыкнула она.

Уборщица открыла ящик стола и достала журнал.

– Говорите свой адрес, – велела она мне.

Я назвала адрес старой квартиры.

– Так, – женщина перевернула страницу, – вам приносит почту Филимонова Аделаида Ивановна.

– Спасибо вам огромное, – захлопала я в ладоши. – Как ее можно найти?

– У нее сегодня выходной, а с завтрашнего дня начинается отпуск, – сообщила собеседница.

– Может, вы подскажете ее домашний адрес? – взмолилась я.

– Не положено.

– Я никому не скажу, откуда у меня эти сведения, – заверила я.

Женщина задумчиво пожевала губами.

– Пожалуйста. Начальник зверь. Убьет и не заметит, – сложила я руки в молитвенном жесте.

Уборщица махнула рукой и взяла ручку. Написав несколько слов на бумаге, она протянула ее мне.

– Спасибо вам, – проникновенно поблагодарила ее я, прижимая листок к груди.

На улице я взглянула на полученный адрес и обрадовались. Нужное здание было в нескольких минутах ходьбы от почты. Надеюсь, я застану почтальона дома. Женщина в законном отпуске и вполне могла такой погодой рвануть на дачу или в деревню. Я ринулась к перекрестку, и, перебежав дорогу, рванула на соседнюю улицу. В крови шумел азарт, а в душе была надежда, что уже сегодня я смогу узнать имя отправителя. Я скрестила пальцы на удачу, надеясь, что мне повезет, и постучала в дверь нужной квартиры.

– Кто там? – раздалось за дверью.

– Аделаида Ивановна, я к вам по рабочему вопросу. Меня зовут Саша, – крикнула я, пытаясь унять, бешено стучащее сердце. Спрашивается, чего было так бежать, пару минут никак бы не повлияло на ситуацию.

Дверь приоткрылась и в приеме показалась голова женщины с бордовыми завитыми волосами.

– Что вы хотите? – окинула меня изучающим взглядом почтальон.

– Вы приносите нам корреспонденцию…, – начала я.

– Я что-то не доложила? – обеспокоено перебила меня Аделаида.

– Нет, – протестующе замахала я руками.

– Тогда в чем дело? – нахмурилась женщина.

– Вы принесли мне письмо, а на нем нет обратного адреса, – поспешно выпалила я, боясь, что она захлопнет дверь прямо у меня перед носом.

– А я тут при чем? – удивилась она и поправила рукой пышные кудряшки.

– Мне жизненно необходимо узнать, кто его отправил.

– Чем же я могу вам помочь? – недоуменно приподняла бровь Аделаида Ивановна.

– Понимаете, это рабочее письмо и если я не дам на него ответ, то начальник меня уволит, – огласила я уже выдуманную легенду. – Может вы видели того, кто отправил письмо? – умоляюще спросила я, затаив дыхание.

Женщина окинула меня взглядом и что-то пробормотала себе под нос.

– Помогите, пожалуйста, – взмолилась я в который раз за последний час.

Она сочувственно вздохнула, открыла дверь и посторонилась.

– Проходите. Попробуем разобраться.

– Спасибо, – проникновенно поблагодарила я.

– Можете не разуваться. Я все равно буду сегодня делать уборку, – махнула она рукой и направилась в сторону кухни, откуда шел умопомрачительный запах булочек с корицей.

– Будете кофе?

– С удовольствием, – обрадовалась я.

Аделаида заварила крепкий кофе и поставила на стол блюдо с булочками.

– Угощайтесь, – гостеприимно предложила она.

Я сглотнула слюну и, с радостью вцепившись зубами в горячую свежую выпечку, застонала от наслаждения. У женщины определенно дар к готовке. Булочки получились воздушные и буквально таяли во рту, а кофе был крепким и в меру сладким. Я сама не заметила, как проглотила плюшку, прикрыв глаза от удовольствия.

– Вкусно? – с ласковой улыбкой спросила Аделаида.

Я чертыхнулась. Вот ведь, пришла по делу, а сама сижу и наслаждаюсь выпечкой, забыв обо всем на свете.

– Безумно, – честно ответила я, смущенно потупив взор. – У вас талант.

– Не смущайтесь, Сашенька, кушайте, – заботливо пододвинула ко мне блюдо с булочками женщина.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? – насторожилась я.

– Вы ведь сами представились мне, что бы я открыла вам дверь, – усмехнулась Аделаида.

– Точно, – хлопнула я себя рукой по лбу и рассмеялась. – Совсем перестала соображать на этой жаре.