Чтение онлайн

Мурлычет коммуникатор.

– Крис, ты как, форму получил?

– Получил и уже примерил.

– И как?

Я включаю видео и вожу камерой портативного коммуникатора вдоль себя.

– Бог ты мой! Красавчик! И с кем ты пойдешь?

– Я… еще не думал…

– Тебе надо какую-нибудь хорошенькую девочку. Обязательно с локонами и с юбочкой до пола.

– А ты с кем пойдешь?
– я чувствую, как имевшееся во мне, красивом, напряжение, начинает уходить.

– О, я позвала шефа! Обожаю его. В прошлом году его у меня свела какая-то секретарша. А в этом году я никому не уступлю.

Все-таки Анджела чудо.

Естественно, каскад локонов, каблучки и осиную талию я нашел без труда в следующие десять минут.

Анджела пришла в платье и в туфлях. На сногсшибательно высоких каблуках. Сантиметров двенадцать, может, больше. В платье выше колена… нет, ниже ягодиц - всего на ладонь; просторном сверху, с открытой спиной и узком понизу, плотно охватывающем бедра. Весьма экстравагантная мода. Черная бархотка на шее, мускулистые руки задрапированы широкими недлинными рукавами, каскадом стекающими до локтя. Я любовался ею, кружа в танце свою эфирную партнершу.

А Анджела не танцевала - она опекала шефа. Бокалы, тарталетки, лакомые кусочки торта…

Шеф в форме смотрелся более чем импозантно. Портупея, эполеты, аксельбанты. Лысина, метр шестьдесят роста, сто десять кило веса.

Вдвоем они составили лучшую пару вечера.

…Когда я подошел к Анджи чокнуться, то увидел, что на своих стилетах она заметно выше меня. И последние сомнения насчет того, что я что-то делаю неправильно, и в чем-то важном не так давно ошибся, развеялись. Почти развеялись.

Погрешность в сценарии была. Я чувствовал ее.

Но какая?..

Да ладно. Праздник ведь.

Анджела смеется…

Я лью шампанское на горку выставленных бокалов, чтобы оно каскадом заполнило все, до самого нижнего, и тоже смеюсь…

С ней так легко смеяться…

***

Первое ощущение… боль. Адская боль - нос, скулы, подбородок, лоб, словом, лицо. Точно так же нестерпимо жгло кончики пальцев. Тело дало о себе знать во всех травмированных местах - щиколотка, колено, ушибленный при падении бок, голова - особенно с той стороны, куда пришелся удар, пах. Было так всесторонне больно, что я застонал.

В рот тут же полилась тепленькая водичка; я ее жадно глотал. И уже точно знал, в чьей компании нахожусь.

– Расовое братство, братство теплокровных, братство разумных… - проворчал мой спаситель грубым голосом.

Я прочистил горло водой от вязкой слизи, и просипел:

– Эйну?

– Я, - ворчливо отозвался Фрых.

– Ты откуда здесь?
– я зашевелился. Эйну снял с меня лишнее, как сумел, но комбинезон, естественно, ему не поддался. В палатке была просто жара, или мне так кажется?..

– Мое Право на Целину, - отозвался эйну. Он явно был чем-то удручен и совсем не рад моей компании.

– Но ты все же меня не бросил?
– спросил я.- Спасибо, лохматый…

– Мед. Понимаешь, мед. Мед нам нужен не только чтобы лакомиться, но и чтобы выживать. Мы, можно сказать, симбионты пчел, хотя все и не так примитивно. Мне нужен был любой мед, немного. Ты угостил меня медом, хорошим, цветочным, бармен не надул; а перед этим я две недели выпрашивал мед у всех подряд, - грустно сказал эйну.
– Наверное, я не обаятельный. Никто не давал. Поэтому я тебя не съел. А ты уже готов был… в общем-то.

Я ухмыльнулся. Чашка чаю с медом мне спасала жизнь впервые. Доберусь до цивилизации, заведу себе кисет с кусочком сот. На счастье.

Я устроился поудобнее. Я лежал на собственной дохе на полу палатки. В маленьком помещении стоял душный запах мокрой шерсти, запах зверя. Очнуться - это хорошо. Важно, чтобы эйну не передумал, не схлопотать лапой по башке. Хватит уже. Я свою порцию этого блюда получил.

– Ты от Палестры далеко?

– Пятьдесят два километра. Плато хорошее. Наст ровный. На снегоходе ерунда, - ответил эйну.
– Но у меня пока нет снегохода. Я сюда, на край Колючего Леса, приехал на наемном, начал копать, поставил палатку. Ну, а теперь-то могу и купить. Хоть пять штук. Теперь сюда пришлют Смотрителей, разметят дорогу и начнут продавать заявки.

– Что, щедро?
– спросил я.

Эйну показал лапой в угол.

– Да.

– А медикаменты у тебя есть?

– Человеческих нет, - ответил эйну.
– Да и никаких нет. Мы же почти не болеем. Только когда умираем совсем. Терпи. Я думаю, ты живучий. У другого бы нос уже отвалился…

– А у меня?
– забеспокоился я. Нос, определенно, был мне еще нужен.

Эйну выудил из блестящей кучи золотое блюдо, наполировал его лапой, и протянул мне.

Ну так себе видок. Нос на месте, но кожа слезет, даже если я доберусь до средств дядюшки Ашо.

Двигаясь с большим трудом, шипя, я достал микроаптечку. Противовоспалительное, обезболивающее. Регенератор, витамины.

Почти весь стимулятор я использовал еще по дороге, но последнюю дозу приберег. Как последний патрон в старинном револьвере. А регенераторный препарат можно было колоть только в состоянии покоя, тепла и хорошо пополнив запас жидкости в организме. А то в движении на морозе он такого нарегенерирует…

Проверил связь - ничего. Впору начинать беспокоиться о Марите… ну где она? Что с ней такое? Тоже мне, прикрытие… или долговязый рохля из рубки умудрился уронить сундук с туристами?..

Нашел крохотную капсулу мази от обморожения. Вскрыл, смазал лицо.

Эйну с интересом наблюдал.

– Да у тебя богато…

– Ну не так уж и богато… - проворчал я, - уже все и закончилось… - и протянул эйну остатки мази. Он подцепил мазь и натер блестящий обмороженный нос, а остатки попробовал рачительно размазать по лысым ладоням рук.

Эти средства действовали очень быстро. Думаю, мишке понравится.

– Есть что пожрать?

Эйну сглотнул.

– Вообще-то, только ты… да не дергайся, шучу. Поделюсь, только с одним условием. Я не хочу бросать палатку. Пойдешь в Палестру - будешь моим представителем. И пока мои дела не сделаешь, останешься там. Связи у меня нет.

Я еще раз осмотрел очень, очень тощего долговязого медведя. Тощего, но уже очень, очень богатого…

– Конечно. Не вопрос.

Эйну порылся в мешке в углу палатки, и протянул мне два бисквита. Ничего вкуснее никогда не ел.

Теперь оставалась одна задача - сделать так, чтобы мой гостеприимный спаситель не передумал, не сожрал-таки меня, любимого. Нельзя дать себя сожрать, пока не найду Анджи. Да и потом - нежелательно.

Что-то снова вертелось в голове, определенно лекция. Лекция по контактам высшей степени с негуманодиными расами. Я считал, что с негуманоидами мне работать не придется, и потому рисовал на последней страничке тетрадки русалок, размышляя, как у них все-таки устроен стык верха и хвоста. Подошел Чеддрик, читавший этот предмет как наикрутейший спец… дал мне по затылку… и два наряда… точно, на бархатцы и на десять кустов сирени… и заставил отвечать… вспомнил! Теперь я точно представлял себе, как вести себя с Фрыхом дальше.