Аукцион Грёз
Шрифт:
И тут нас закрыл Джек; лицом к нам, спиной к Леронту, широко раскинув руки. Все, что он сумел - это вовремя метнуться. Сделать одно-единственное резкое, точное, законченное движение.
Граф Изо ругнулся Сутью и Тенью, и исчез с глыбы льда, прежде чем в воздухе погас инверсионный след лазерного луча бластера; Анджи, моментально напружинившись, уже стреляла из станнера, выбивая яркие искры-осколки из льда, а я, перепрыгнув через упавшего юношу, бросился за графом. Тот был на диво резв…
– Крис!!!
Я вернулся и присел.
Дыхание перехватило.
– Джек, Джек… - Анджи шарила руками по телу парня.
Безнадежно.
Мертвая бабочка на воде. Мертвая колибри на светлом песке тренировочного плаца. Мертвая девушка в пластиковом гробу. Плато, залитое кровью Оллэны.
Спину Джека пересекала зияющая рана в форме буквы S, очень напоминавшая ту, что была швом “сороконожка” зашита на моей собственной спине. Но здесь все сложилось намного хуже. Извилистый след луча - так стреляет тот, кто нечасто позволяет себе палить из бластера, и не умеет точно направлять выстрел, - шириной сантиметра в три-четрые, дважды под углом пересекал позвоночник, начисто уничтожив несколько позвонков вместе со спинным мозгом, часть прилегающих ребер, ткани легких, сердца. Джек погиб мгновенно.
Закрыв нас.
Меня.
Видимо, когда Леронт увидел, что я закрыт от выстрела, он снизил мощность и попробовал убрать луч, - но убрал его не вверх, а вниз… и прошелся по парню. Просто нет опыта стрелять… просто не слишком знакомое оружие. Просто не повезло.
Я отпустил Джека и бросился в айсберги. Я не слышал и не видел глайдера. Леронт не стартовал, - был где-то здесь. Да он и не мог он стартовать, не попробовав отбить у нас лот. А то, что он попытался, лишний раз доказывало, что у него есть способ покинуть планету. Есть яхта.
Я превратился в ноги и глаза… слабость и дрожь отступили, тело слушалось меня, хотя действие обезболивающих препаратов слабело с каждым моим движением. Но ничего уже не исправишь. Ничего. Ничего. Воля Рока свершилась. Рыба проглотила бабочку, приняв за бисквит.
Я настиг Леронта уже на ровном месте. Он практически добежал до своего глайдера, который прилепился под одиночной глыбой льда. Услышав меня, Леронт повернулся и взял оружие наизготовку.
– Месть будет ужасна, Крис?
– Вы же в меня стреляли, граф? Вы не хотели убить мальчика?
– я немного потерял дыхание и разговаривал отрывисто, с трудом выпихивая слова.
– Разумеется, нет… я точно так же, как и вы, Саммарель, не тороплюсь бросаться достойными людьми… он очарователен… - Леронт находился в лучшей форме, чем я.
– Он был очарователен, - я выделил интонацией слово “был”.
– Сдавайтесь. Я вас просто арестую.
– Вряд ли, - раздался спокойный голос сбоку. И тут же - короткий негромкий свист станнера.
Я подскочил, как будто это лично мне выстрелили солью в зад. Как же я упустил, что на Грезе находится и такое серьезное действующее лицо…
Весьма эффективно действующее.
Действующее - без компромиссов и сомнений.
Леронт раскинул руки и упал на спину.
Ворон стоял совершенно неподвижно, не приближаясь к распростертому телу.
Я сделал несколько широких шагов, и встал возле Леронта на одно колено.
Ворону не было никакой необходимости проверять выстрел; точно в сердце, с учетом общей анатомии энифян и господина Изо в частности. Дальше - дело времени.
Но Изо еще жил. Энифяне вообще славились живучестью и длинными агониями. И очень важным считали перед уходом Сути в Тень как следует попрощаться.
Я протянул ему руку, сорвав перчатку.
Изо схватил и крепко сжал кисть.
– Ворон… Оранто эр Атия, Старый Король… кто бы мог подумать… а впрочем…
– Я тебе обещал, - негромко, но так, чтобы Изо услышал, сказал Ворон.
– Я помню. Спасибо. Отличный выстрел.
– Изо замолчал и вроде как кашлянул. Я ожидал появления крови на его губах, но пока ее не было.
– Ты, - взгляд Леронта остановился на мне.
– Ты… я правда не хотел подбивать малыша. А ты, я думал, увернешься, будешь просто ранен и временно выйдешь из игры… и я сумею как-то сладить с вашей теплой компанией… мне необходима коробочка. Я обменял бы ее на свободу от вассалитета… это ад - не принадлежать себе… поднимать шпагу по приказу… любить женщин… по приказу. Так долго… слишком долго.
– Я бы не увернулся. Я ранен, вы же помните богомола. У меня сейчас не хватило бы реакции. Вы оправдываетесь, граф?..
– грубовато спросил я.
– Не стоит. Все уже произошло. Мы прошли в иной Коридор, волей Рока. Как я могу облегчить вам путь на границу Сути и Тени?
– Добить?
– цинично усмехнулся Леронт. Вот теперь кровь и вправду появилась и запузырилась на уголках губ.
– Нет, не стоит. Мне дорога моя жизнь. Однако… у меня нет наследника. Пожалуй, я мог бы оставить тебе кое-что, внук Саммареля.
– Нет необходимости, Изо. Мне ничего не надо.
– Я восхищался твоим дедом… враждовал с ним… долго. Восхищался, как и этим чертовым аврорианином, который не подозревает, насколько чистая кровь течет в его жилах…
Ворон поднял голову и осмотрел нашу драматическую композицию - как мне показалось, иронично.
– Я знал, что один из этих двоих окончит мои дни… слушай. Я назову номер. Это номер банковской ячейки. А вот что за банк, тебе предстоит узнать самому, - и граф Изо четко выговорил число и пароль по-энифянски.
– Граф, а вы уверены в своей неминуемой кончине?
– спросил я.
– У вас там брони нету? Что-то уж больно долго вы… помираете…
Ворон заинтересованно поднял голову и даже вроде вознамерился сделать шаг в нашу сторону.
– Нет, все по-честному, - искривил губы Леронт.
– Просто я всегда… из любой ситуации… извлекал максимум. Постарайся поступать так и ты, внук Великого Канцлера.
– Да, господин граф, - послушно сказал я. Изо хрипло кашлянул, вроде каркнул. Лицо его начало быстро бледнеть.
– Нагнись…
Я нагнулся.
– Слушай. Это тебе особый подарок. Ответь мне, ирбис, что самое удивительное в том, как распределены на Грезе сокровища Бумбергера?
– Эээ…
– Ответ неправильный.
– Я бы сказал, толщина льда, в которой рассредоточены отдельные предметы.
– Толщина льда. Верно. Что меняет толщину льда?
– умирающий Леронт был терпелив, как педагог, работающий с дебилом.
– Что? Не разочаруй меня, Крис… не разочаруй… - глаза Леронта закрылись, и он словно расплылся по снегу. Воля перестала держать тело, а дух покинул свое прибежище позади глазных яблок, и отправился на тонкую грань Сути и Тени.