Чтение онлайн

час дня. Пускай она готовит свою шифрограмму, чтобы

не терять времени на радиостанции. А он позаботится

о том, чтобы там никого не было, пока Наташа будет

вести передачу. |

В двенадцать часов по местному времени Наташа передала в эфир:

"Мы с профессором находимся на неизвестном корабле, в Средиземном море, нас увозят в неизвестном направлении. Следует ли верить Вадиму Сергееву, который утверждает, что все делается с вашего ведома и по указанию Советского правительства?"

Полчаса спустя из Москвы пришел шифрованный ответ:

"Трофимову и Николаевой. Относитесь к Сергееву с полным доверием. Он действует по нашим указаниям. Счастливого плавания".

Через несколько минут в радиорубку вошел 07.

– Ну как, дорогая Наташа, что тебе ответила родная Москва? Ты убедилась, что я похититель и разбойник?

Наташа спрятала расшифрованный ответ в сумочку.

– Вадим Сергеев,- сказала она.- Если вы не похититель и не разбойник, то это еще не дает вам права

обращаться ко мне на "ты" и называть меня "дорогой"!

07 предупредил Наташу, что некоторое время, возможно даже несколько дней, ей и профессору придется постоянно находиться в своих каютах, не выходить на палубу и даже не просить об этом. Этого требуют интересы дела.

Наташа обняла Константина Трофимова и почти сквозь слезы сказала:

– Профессор! Вы ужасно обидели Вадима Сергеева!

То, что он говорил нам сегодня утром,- правда, истин

ная правда! Все эти странные вещи действительно делаются по приказу из Москвы! Я собственными ушами слышала ее голос, сама лично расшифровывала радиограмму! Тут нет никакого обмана, дорогой профессор, это правда!

И она расплакалась, теперь уже от радости.

Но профессор почему-то не обрадовался этой правде. Услышав ее, он, казалось, стал еще бледнее, глаза его помрачнели, он весь сник.

Константин Трофимов замкнулся в себе, он почти не разговаривал, ел так мало, что едва держался на ногах.

Когда они достигли Танжера, судно стало на якорь не в самой гавани, а у входа в нее, вдали от других судов. 07 сошел на берег и, возвратившись, принес Наташе восточных сладостей, арабскую шелковую шаль и очень милого, потешного ангорского кота.

Чтобы не огорчить Сергеева, Наташа приняла подарки.

А он, прийдя в отличное настроение, так расчувствовался, что разрешил ей часок-другой побыть на палубе.

На пороге стоял 07.

Аввакум чувствовал на себе его взгляд - глаза впились в него, словно хищные звери. Аввакум продолжал набивать трубку.

– Пауль Шеленберг?
– спросил 07.

– Профессор Пауль Шеленберг,- спокойно ответил

Аввакум.

07 закрыл дверь. Он подошел поближе и небрежно протянул руку. Точно так же небрежно Аввакум протянул ему свою.

– Садитесь,- сказал он.

Трубка была набита, теперь можно ее и раскурить.
– Если я не ошибаюсь, вам пятьдесят лет?
– спросил 07.

– И несколько месяцев сверх того,- добавил Аввакум.

– Странно!
– заметил 07.- Не будь этой седины на

висках, вам больше сорока никак не дашь!

– Ох, уж эта мне седина, дьявол ее возьми!-посетовал Аввакум.- И седеть-то начал всего год назад.

С тех пор, как они тенью стали ходить за мной.- Он вздохнул и покачал головой.- Малоприятная история...

07 нахмурился.

Из Фонтенбло ему сообщили, что профессор действительно немного страдает манией преследования, но высказывалась надежда, что это должно исчезнуть.

– Здесь вас никто беспокоить не будет,- заверил

его 07.

– Надеюсь! Меня в этом убеждали и там, в Пари

же, когда уговаривали взять на себя эту" миссию!

Сделав вид, что сказал лишнее и вдруг опомнился,

Аввакум поднял глаза на 07 и спросил недоверчиво:

А, вы, собственно, кто будете? С кем я имею честь

разговаривать?

07 вздрогнул: ну и взгляд! Словно шип вонзается в мозг.

– Я?
– 07, человек не робкого десятка, поспешно

отвел глаза в сторону.- Я на этом корабле единственный, кто знает, зачем вы здесь, кто вас сюда направил

и с какой целью.

– Ваше имя?

– Зовите меня Гастон Декс.

– Господин Декс,- сказал Аввакум,- ваш капитан, этот Франсуа, мягко выражаясь, невоспитанный

человек. Никакого такта. Ведет меня по улицам Танжера, будто пленного, а в шлюпке, когда мы добирались

сюда, нахлобучил мне на глаза какую-то грязную шляпу. Я, черт возьми, десять лет преподавал в Мюнхенском

университете!

07 закурил сигарету.

– Франсуа поступил умно,- ответил он наконец.

Это было сделано в интересах вашей же безопасности.

– Я прибыл сюда в качестве вашего сотрудника,

заметил Аввакум.- И требую к себе уважения и соответствующего обращения.

– Что, собственно, вам надо, профессор?
– хищники

в глазах 07 притаились.

– Бог мой!
– пожал плечами Аввакум.- А я все же

о вас, французах, лучшего мнения.

– Чего вы хотите?
– пробормотал 07.

– Ничего особенного!
– рассмеялся Аввакум.- Я бы

хотел сойти на берег, но только не с Франсуа, а с вами.

07 даже наклонился к нему.

– А зачем вам понадобилось сходить па берег?

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

В эти мгновения Аввакум ощутил под ногами легкое

дрожание, как будто в каюте вибрировал пол.

– Зачем?
– повторил Аввакум.

Пол продолжал вибрировать. В воздухе стоял тихий, едва уловимый гул, будто жужжала невидимая муха: это заработал винт.

07 не сводил с пего пристального взгляда.

– Так зачем же вам понадобилось сходить на берег?

– Меня интересуют некоторые книги,- спокойно

сказал Аввакум.- Сегодня утром я их увидел в Международном книжном магазине. Одна - о четности элементарных частиц, другая - о свойствах симметрии. Эти

книги мне очень нужны.