Авантюрист и любовник Сидней Рейли
Шрифт:
Я мгновенно отрезвел. Стало очень холодно, и руки мои покрылись гусиной кожей.
— Вернемся к моему предложению… — женщина строго посмотрела на меня.
— О чем ты говоришь?! — я был возмущен до глубины души. — Ты хочешь, чтобы я женился на женщине, которая предала дело моей жизни? Которая продалась чекистам? Во! — и я, словно мужик из дворницкой, поднес кукиш к самому ее носу.
— Ну что ж, — Пепита оставалась абсолютно спокойной. — Я так и передам твоему сыну…
— Какому сыну? — оторопел я.
— Нашему с тобой сыну, — все тем же ровным голосом повторила она. — Сэмьюэлу Бобадилья, которому я хотела дать фамилию отца.
Я не верил ей. Ни одному ее слову. Конечно, она не могла родить… Во всяком случае, от меня. Но все же…
— Меня не купишь… — впрочем, прежней уверенности во мне уже не было. — Сколько ему лет?
— Тринадцать… Он родился в сентябре шестого года.
Я подсчитал. Мы с Пепитой встречались в Гейдельберге с лета по декабрь девятьсот пятого… Ну да. Она исчезла из моей жизни тридцать первого декабря, в самый канун Нового года.
— Но… — совсем смутился я. — Но… чем ты можешь это доказать?
Вместо ответа Пепита вынула из сумочки фотографическую карточку. Я уввдел худого и некрасивого подростка.
— Это же твое лицо… — тихо сказала женщина.
— Но… — все еще не мог поверить я, — отчего же ты не сообщила об этом раньше?
— Я искала тебя… — глаза Пепиты наполнились слезами. — Но не думала, что ты… встретишь меня так… что политика…
Она закрыла лицо руками.
Сын! Господи, у меня есть сын! Я даже представить не мог, что когда-нибудь у меня будет сын!
Через неделю мы с Пепитой обвенчались по католическому обряду…»
«В конце января 1919 г. колчаковская армия потерпела сокрушительное поражение. Даже командование Чехословацкого корпуса, оказавшегося в Сибири по воле Антанты, сочло необходимым отмежеваться от колчаковцев…
4 января 1920 г. «верховный правитель» отрешился от власти и издал «указ» о назначении своим преемником еще не добитого Деникина, а до вступления последнего на этот «пост» передал военную власть… бандитствующему атаману Семенову.
5 января в Иркутске произошло восстание, но власть захватил эсеро-меньшевистский «Политцентр». 6 января 1920 г. в Красноярске сдались в плен остатки колчаковской армии (20 тыс. человек). Эшелоны чехословацких легионеров, под охраной которых находился Колчак, оказались отрезанными.
15 января чехословаки передали Колчака «Политцентру».
…21 января власть в Иркутске перешла в руки образованного большевиками ВРК. 22 января 1919 г. ВРК сообщил начальнику 30-й стрелковой дивизии А. Я. Лапину, которому были подчинены все партизанские части, действовавшие в районе Иркутска, что Колчак и его «премьер-министр» Пепеляев находятся в тюрьме, золотой запас России, захваченный при задержании Колчака, перевозится в кладовые Госбанка».
(Из книги Д. Голинкова «Крушение антисоветского подполья в СССР».)
В России постановлениями ВЦИК и СНК была отменена смертная казнь.
В морозный день 7 февраля 1920 года красноармейцы под конвоем привели к реке и развернули спиной к проруби арестованных Колчака и Пепеляева и расстреляли их. Тела погибших упали в ледяную воду. Такую смерть принял российский вице-адмирал, участник обороны Порт-Артура, командующий Черноморским флотом в 1916–1917 гг., талантливый писатель, личность незаурядная во всех отношениях, Александр Васильевич Колчак.
Весть о гибели Колчака Вадим Железный воспринял как личную трагедию.
Глава 3
ПТИЦА ФЕНИКС
Давно не видевшийся с Савинковым Вадим отметил про себя, что Борис очень постарел. Да и характер у него изменился: он стал сдержаннее и рассудительнее, внимательнее к собеседнику и мягче в высказываниях.
Они встретились в штаб-квартире Русского политического комитета в Варшаве, которым руководил Савинков. Железный приехал в польскую столицу по его вызову: Борис по-прежнему оставался весьма деятельным человеком и лелеял мечты о смене власти в России.
— Мысль моя такова, — втолковывал Борис Вадиму, — чтобы попытаться придать более или менее организованную форму зеленому движению и вызвать обширное и массовое крестьянское восстание. С этой целью и следует послать в Россию эмиссаров. Посмотрите…
Он разложил на столе перед посетителями отпечатанные документы.
— Это, — Савинков взял одну из бумаг, — схема соподчинения боевых отрядов. Согласно моим планам, каждая волость должна составить отряд, во главе которого заблаговременно ставится начальник, являющийся руководителем организации. Волостные организации объединяются уездным руководителем, уездные руководители — губернским… Им вменяется в обязанность создание дружин специального назначения… Кстати, товарищ Железный, эти свои мысли я уже изложил в письмах господам Черчиллю и Сосновскому, военному министру Польши…
— Замечательно, — задумчиво сказал Вадим, просматривая бумаги. — Ну и что они?
— Сосновский, с легкой руки маршала Пилсудского, обещал помочь военной силой. А Черчилль молчит… Именно поэтому я и вызвал вас сюда — чтобы вы стали представителем центра в Лондоне и связались с Черчиллем. Вы ведь, кажется, лично знакомы?
— Знаком — это сильно сказано, — усмехнулся Вадим. — Я был у него на приеме в позапрошлом году… Вряд ли английский военный министр помнит о моем существовании…
— А вы напомните, — тоном, не терпящим возражений, сказал Савинков. — Когда заходит речь об интересах России, полагаю, требуется на время забыть о приличиях и ложной скромности… Вы согласны со мною?
— Во всяком случае, мне нечего возразить…
— Вот и хорошо. Ваша задача — сделать так, чтобы англичане возобновили интерес к русскому вопросу и выделили нам субсидии. С моей стороны, я приложу все усилия для составления единого и однородного отряда, до 5 тысяч штыков и сабель, чтобы он мог поддержать восстание в России. Между прочим, в лагерях и казармах Польши обосновались остатки армий Булак-Балаховича и Перемыкина, по моим подсчетам — около 15 тысяч человек. Думаю, их можно будет мобилизовать на новую войну…
Железный с восхищением посмотрел на Бориса. Вот кто времени даром не терял! Савинков — как птица Феникс, каждый раз возрождается из пепла. И откуда такая воля, такая уверенность, такая надежда в этом человеке?! Как ему удалось сохранить все это, несмотря на страшные поражения, через которые ему довелось пройти?
— …считаю необходимым внедрять своих людей в Красную Армию, — продолжал между тем Борис, — с целью создания военных противосоветских организаций, а также для проникновения в советские учреждения. Своим агентам я настоятельно рекомендую не просто проникать в армию и партию, но и стараться расти в них по служебной лестнице. Мною уже посланы люди в Петроград, Москву, Минск, Чернигов, Харьков, Киев, Курск…
До позднего вечера находился Железный в роскошном номере отеля «Брюль», где располагалась штаб-квартира Русского политического комитета. Он обнаружил, что, несмотря на многочисленные провалы эмигрантского и белогвардейского движения, от которого Вадим на время отошел после краха колчаковской армии и бесславной гибели адмирала, возглавляемая Савинковым организация активно действует. Это явствовало даже из непрекращающихся телефонных звонков и бесконечного потока посетителей, настроенных весьма по-деловому.