Чтение онлайн

Мы отчаялись. Больше мы не могли. Мы потеряли несколько бесполезных минут в поисках мягкого места, чтобы лечь, — камыши, мох, все, что угодно. Мы ничего не нашли, конечно. Но даже скала была хороша для наших уставших тел. Мы лежали рядом, подложив под голову пончо, хотя бы наша одежда была сухой.

Я спал — не знаю, как долго. Меня разбудило что-то, но что?

Не было ни звука. Я сел, уставился в темноту, меня трясло без причины. Потом я подумал, что человеку, который находится перед лицом смерти, бояться нечего, и вслух рассмеялся — потом содрогнулся от звука собственного голоса. Гарри глубоко спал рядом со мной, он дышал размеренно и спокойно.

Я снова лег, но спать не мог. Какой-то давно забытый инстинкт заставлял меня дрожать. Он говорил, что мы были не одни. И вскоре я уловил это ухом.

Вначале это был не звук, а какой-то отзвук. Он был ритмичным, тихим, стучащим, как пульс. Что это могло быть? Я снова сел, прислушиваясь и смотря в темноту. И в этот раз я уже не ошибался — я слышал звук, шипящий и шуршащий.

Он становился все громче или приближался, он раздавался уже в метре от меня, отовсюду, низкий и угрожающий. Это было дыхание кого-то живого, человека или животного, что-то ползло рядом, все ближе и ближе.

Вокруг был ужас и темнота. Я сидел парализованный и совершенно беспомощный, но страх не овладел мной, слава богу! Я не слышал шагов, ни звука, кроме быстрого дыхания. Но теперь было ясно: кто бы это ни был, он был не один.

Я слышал его со всех сторон, ближе и ближе. И наконец мне задышали прямо в лицо. Я содрогнулся от отвращения, даже не от ужаса.

Я вскочил на ноги и заорал имя Гарри, бросился к нему.

Не было ни звука, ни шагов, ничего. Но мое горло обхватили жуткие, волосатые пальцы.

Я попытался сопротивляться и тут же упал на землю под тяжестью огромных вонючих тел.

Пальцы на моем горле сжимались. Мои руки повисли, мозг отключился, и я не знаю, что было дальше.

Я пришел в сознание с чувством тошноты и нереальности всего происходящего. Жил только мозг, все тело онемело, как парализованное. Вокруг по-прежнему темнота и тишина, мне казалось, я нахожусь там же, где упал.

Я попытался двигать руками и понял, что и ноги и руки туго связаны. Я потянул веревки, раздался тихий звук, и тут же я услышал шепот:

— Ты очнулся, Пол?

Я был в полудреме, но узнал голос Гарри и просто ответил:

— Да. Где мы?

— Бог знает! Они нас несли. Ты был без сознания несколько часов.

— Они несли нас?

— Да. Тысячу километров. Думаю, на своих спинах.

— Кто… кто они, Пол?

— Я не знаю. Ты их видел?

— Нет. Слишком темно. Они сильные как гориллы и все покрыты волосами. Они не издали ни звука за все это время. Они с половину меня размером, но один нес меня как ребенка, а я вешу восемьдесят пять кило.

— Чем ты связан?

— Не знаю, как будто кожей. Пытаюсь развязаться уже два часа, но ничего не получается.

— Ну, понимаешь, что это значит. Тупые животные не связывают людей.

— Но это невозможно.

— Все возможно. Но слушай!

Раздался звук — быстрые шаги, они приближались.

Вдруг надо мной кто-то наклонился. Я не мог ничего видеть, но чувствовал давление на тело и жуткий запах. Я почувствовал движение у своих кистей, веревки потянули, и руки были свободны. Существо отошло от меня, у моей головы раздался стук, а потом тишина.

Гарри выругался:

— Сволочь! Он порезал мне руку! У тебя руки свободны, Пол?

— Да.

— Тогда перевяжи меня — кровь сильно течет. Это зачем?

— У меня есть идея, — сказал я, отрывая полосу от рубашки и перевязывая рану, которая оказалась небольшой. Потом я пошарил вокруг себя и утвердился в своей догадке. — Гарри, здесь еда. Но что это такое? Господи, это сушеная рыба! Теперь…

Но мы не теряли время на разговоры, так как почти помирали с голоду. Еда была неплохой; учитывая наше голодание в течение примерно тридцати шести часов (о времени у нас было плохое представление), это был просто банкет. Рядом стояла посудина с водой.

— Неплохие парни, — из темноты раздался голос Гарри. — Но кто они?

— Спроси Филипа, — ответил я, но к этому времени был уверен, что знал, откуда и кто они. — Как я сказал, тупые животные не связывают людей веревками и не кормят их рыбой. Это все, конечно, здорово, но человек должен быть готов во что-то верить.

— Но, Пол! Ты имеешь в виду…

— Именно. Мы в руках инков из Хуануко — точнее, их потомков.

— Но это было четыре сотни лет назад!

— Твое знание истории великолепно, как осведомленность Дезире о географии, — сухо сказал я. — И что?

Они просто выбрали жизнь под землей; довольно мудрое решение, скажет циник, — не говоря уже о том, что они в тюрьме. Мой дорогой, никогда не разрешай себе ничему удивляться. Это слабость. Вот мы здесь в полной темноте, похоронены в Андах, окружены волосатыми выродками, которые, наверное, кормят нас для того, чтобы съесть, и у нас нет никакой надежды снова увидеть солнечный свет. И какая мысль приходит мне в голову? Вот такая: мне нужна только карбаджальская сигара и спичка.

— Пол, ты говоришь — чтобы съесть…

— Наверняка они каннибалы. Богу одному известно, как они развлекаются в своей пещере. Конечно, мысль не из приятных: перед тем как расчленить нас, они должны будут справиться с нами.

— Это очень плохая шутка, — сказал Гарри, горячась.

— Но это — голая правда, мой мальчик. Ты меня знаешь, я просто так ничего не говорю. Нет ничего удивительного в том, что они могут нас съесть; единственное, что плохо, — то, что кто-то должен умереть первым. Мы все хотим жить, и у нас есть шанс. Теперь мы знаем, что воздуха и еды нам хватит. Почти с уверенностью можно сказать, что нам отсюда не выбраться. Но что за опыт! Я знаю с десяток антропологов, которые все бы отдали за это. У меня у самого прибавляется энтузиазма.

— Но что, если они…

— Ну, говори. Съедят нас? Мы можем драться. Было бы странно, если бы мы не смогли перехитрить этих животных. Теперь тишина, я начинаю. Слушай внимательно! Эти животные не производят ни звука, но, если они рядом, мы слышим, как они дышат.

— Но, Пол…

— Никаких разговоров. Слушай!

Мы долго лежали в молчании, еле дыша. Ни единый звук не доносился до нас в полной темноте. Наконец я потянулся, и дотронулся до плеча Гарри, и встал на колени.

— Уже хорошо! Мы одни. Придется ползти. Держись прямо за мной. Нам нельзя разлучаться. Сначала надо найти острый камень, чтобы разрезать эти веревки. Ощупывай землю руками по ходу.