Чтение онлайн

Мы сразу же упали. И тут же нас подняли их волосатые длинные руки и вынесли из пещеры. Прошло только пять минут, как мы туда вошли.

Они понесли нас недалеко. От пещеры направо, потом налево. Потом они бросили нас, без слов, как тюки.

Моя голова сразу заработала: раньше я был в потрясении, а теперь знал, что мне нужно. Когда животное, которое меня несло, отвернулось, я поймал его за руку.

Он засомневался, я почувствовал на себе его взгляд, мы снова были в темноте.

Но он мог видеть, я благодарил Бога за это, я стал усиленно жестикулировать, засовывая пальцы в рот и делая жевательные движения. Тут же я пил воду из сосуда. Я не мог догадаться, понимает ли он меня, он повернулся и исчез.

Но у него явно был рассудок, так как, только я повернулся к Гарри и успокоил его, что, по крайней мере, он жив, мы услышали шаги. Они приближались.

Потом рядом с нами раздался стук.

Я быстро встал. Полный поднос! Думаю, я орал от радости.

— Сюда, Гарри, еда!

Он не мог двигаться. Я разорвал сушеную рыбу и накормил его, он ел рьяно. Потом он попросил попить, и я поднес сосуд к его губам.

Мы ели мало, так как долго голодали и много есть было нельзя. И мы не знали, получим ли еще рыбы.

Остатки еды я завернул в пончо, опустошив поднос.

Я лег на землю отдыхать, подложив пончо под голову.

У сил человека есть свои границы, и я заснул. Я спал рядом с Гарри, положив руки на него, он мог разбудить меня любым своим движением.

Когда я открыл глаза, Гарри еще не проснулся, и я не стал трогать его. Проспав много часов, чувствовал себя отдохнувшим и голодным. Я хотел пить.

Я развернул пончо, потом ползком изучил место.

Как я и ожидал, я нашел еще один полный поднос и воду. Только я выпил воды, как услышал голос Гарри:

— Пол.

— Да, парень.

— Я испугался, что ты ушел. Мне только что приснилась чертовщина с Дезире. Она как сумасшедшая танцевала на вершине горы, там был огонь, Пол! Пол, это был сон?

— Нет, парень. Я сам это видел. Успокойся, мы поговорим позже. Вот сушеная рыба на завтрак.

— Ах! Я… я вспоминаю! И она упала! Я…

Но больше я не хотел слушать бред, и я резко сказал:

— Гарри! Слушай меня! Ты ребенок или мужчина?

Говори нормально или заткнись. И не ной, как дурак.

Будь мужественным.

Это жестоко, но так было надо. И это сработало.

Мы помолчали, потом он спокойно сказал:

— Ты меня хорошо знаешь, Пол. Только… если бы это была не Дезире… я бы проглотил это. Я, наверное, был болен.

Бедный парень! Я хотел взять его руку в свою и извиниться. Но это сослужило бы плохую службу, и я просто сказал:

— Да, небольшая лихорадка. Но теперь ты в порядке. Сейчас ты должен поесть и попить. Не слишком разнообразно, но лучше, чем ничего.

Я принес поднос и сосуд с водой, сел рядом с ним.

Но он хотел говорить о Дезире, а я смеялся над ним.

Мало что можно было сказать, но он с надеждой пожимал мою руку и был очень благодарен, когда я сказал, что ее исчезновение могло быть каким-то трюком.

— Мы должны ее найти, Пол.

— Да.

— Прямо сейчас.

Но я был против.

— Нет, мы должны подождать. Сейчас мы совершенно беспомощны, потому что долго голодали. Мы сейчас как дети, если дойдет до драки. Попробуй встань.

Он встал на четвереньки и упал на землю.

— Видишь. Сейчас идти глупо. Конечно, они сейчас за нами наблюдают, каждую минуту. Мы должны ждать.

Он в отчаянии застонал.

Как-то проходили утомительные часы.

Гарри молча лежал, но не спал. Время от времени он задавал мне какой-нибудь вопрос, скорее для того, чтобы услышать мой голос. Мы ничего не слышали о своих врагах и не видели их, все говорило о том, что мы одни, но опыт показывал, что это было не так.

Я полуосознанно размышлял о характере и природе этого племени гномов.

Было ли возможным, что они были потомками инков, выдворенных из Хуануко Эрнандо Писарро и его конниками четыреста лет назад? Тогда я уже был уверен в этом, а скоро моя вера была подкреплена доказательством.

Возникали и другие вопросы. Почему они не говорили? Что они клали в урны, чтобы поддерживать огонь?

Откуда приходил воздух для десятков тысяч легких? Почему за все эти века они не вышли наружу?

На некоторые вопросы я ответил сам, другие остались во мне на месяцы, пока я не приобщился к более глубоким знаниям, чем располагал в тот момент. Было нетрудно догадаться, что для скрытых отложений гор требовалась только одна искорка, чтобы зажечь их.

Природа еще не готова встретить человека в таких диких местах. Здесь постоянно случаются оползни и камнепады, подземные потоки идут от восточных Кордильер и впадают в Тихий океан со стороны другого склона.

А воздух циркулирует в проходах, так же как и вода.

Их молчание было необъяснимым, видимо, так влияло на них окружение. Я и раньше говорил об эхе, которое следовало за каждым звуком, если это был не шепот. Иногда оно было буквально оглушающим.

Природный эффект, отразившийся на многих поколениях, который нес опасность и неудобство, видимо, заставил их замолчать и привел к потере способности говорить. Я был рад этому, ведь даже женщины не говорили! Но это еще впереди.

Некоторое время я был занят этими размышлениями, они меня хоть как-то развлекали. Но вовлечь Гарри в дискуссию оказалось невозможным. Его разум был каким угодно, но только не научным, и он был полностью охвачен страхом за Дезире. И было лучше, что Гарри волновался за нее, а не за себя.

Наши шансы спасти ее или выбраться самим были очень маленькими. От одного страха мы избавились — потомки инков не были каннибалами, но конец мог наступить и по-другому, и так же нелицеприятно. То, что они нас не связали, говорило о том, что они постоянно за нами наблюдают.

Часы шли. Регулярно нам приносили еду, и мы опустошали поднос, сохраняя то, что мы не могли съесть, в наших пончо.

Еда была одна и та же — сушеная рыба, твердая, как кожа, и с резким вкусом. Я попытался донести до одного из них, что неплохо было бы сменить диету, но или он не понял, или не захотел.

Постепенно к нам вернулись силы. А с ними и надежда. Гарри стал нетерпеливым, рвущимся к действиям. Я ждал двух вещей. Первое: отложить побольше еды, чтобы ее хватило на много дней, если мы убежим, и второе: глаза должны были привыкнуть к темноте.