Чтение онлайн

– Вы так смотрите на меня, Олег Владимирович, – игриво повел бровью Пеннек, – что я аж волноваться начинаю. Хотя, вообще-то, страдание – это моя партия. Это я тут существо безвинное, с работы вытащенное. И не саксами, заметьте, – Пеннек обвел пальцем огромную каюту саксонского штурм-крейсера, выделенную специалистам из РФМ. – А практически родным ФАЭТ.

Он сделал глоток кофе.

– У меня временами такое чувство появляется, что я теперь работу сменил. С конторой заодно.

– А что такого? – прикурил сигарету устроившейся в кресле Мальцев. – Нам такие кадры нужны. Переходи. Чего тебе там в вашей шарашке делать? Иди к нам. У нас весело.

– А у нас тоска, – совершенно неприлично гыкнул Пеннек. – Воем с утра до ночи от скуки. Не передать.

– Шутки шутите, – проворчал Неданков. – А я вам говорю: вот попомните мои слова. Что-то странное затевается.

Взгляд Пеннека посерьезнел.

– Олег Владимирович, да мы уже поняли. Я уже говорил, что думаю по поводу ваших прогнозов. Но делать-то что? Информации – ноль. Мне хотя бы понять, в какую сторону смотреть. Вот и сидим тут, ждем. Мы в этой партии пока черными играем.

– Чую, доиграемся, – проворчал Неданков, но хмуриться перестал.

Он прошелся по каюте и остановился перед большим экраном, на который выводилась картинка внешних камер. Неизменная чернота космоса, приколоченная к мирозданию сверкающими гвоздями звезд, лишь изредка нарушалась пролетающими то тут, то там грузовиками, которые всегда сопровождались конвоем из двух-трех судов.

Внутрисистемные перевозки вели штурм-боты, а для перевозок дальше прибывали крейсера. Вот и сейчас вдалеке перемещалось небольшое созвездие, нарисованное выхлопами грузовика и нескольких крейсеров. Везли что-то серьезное.

– Не сунется он сюда, – сокрушенно покачал головой Неданков. – Зря сидим.

Пенек не успел ответить на упадническую реплику, на его ухе чуть шевельнулась пластина суперфона, и Кирилл, извиняющимся жестом показав на ухо, вышел из каюты, принимая звонок.

– Да, шеф, – бодро сообщил он пустому коридору.

– Как дела? – поинтересовался спокойный, чуть ироничный голос. – Не скучаете?

– Никак нет, – вытянулся в струнку Пеннек, хотя собеседник никак не мог его видеть. – Несем службу бодро, не тяготясь лишениями.

– Вольно, – улыбнулся голос в суперфоне. – И чего вас там лишили? Пива?

– Никак нет, – еще раз отрапортовал Кирилл, – Что ж они, звери какие? Пива как раз много. Работы не дают. Говорят, нету. С момента последнего доклада не произошло ничего значимого.

– А незначимого?

– Про карточные долги докладывать? – поинтересовался Пеннек.

– Позже, – разрешил голос. – Я тебя по другому поводу беспокою. Я сейчас иду к вам на «Павлине», буду к вечеру. Вы все трое сейчас собираетесь, готовитесь передавать дела смене, которая у меня на борту. ФАЭТ в курсе, Неданкова сейчас тоже оповестят.

– Договорился, – медленно выдохнул Пеннек.

– Ты про что? – не понял голос.

– Про Неданкова, – пояснил Кирилл. – Только сейчас вспоминал его привычку каркать.

– Этот может, – потеплел голос. – Хотя, насчет «каркать», это ты погорячился. Не все так грустно. А будет ворчать, скажи, что Соловей уже обо всем подумал и все решил. Да и вообще, месяц держать таких спецов без дела – это роскошь. Все, давай, собирайся, вечером забираю вас.

– Есть, товарищ полковник, – еще раз вытянулся во фрунт Пеннек.

Когда Кирилл вернулся в каюту, на лице Мальцева и Неданкова было написано выражение, которое сообщало, что дальнейших комментариев не требуется.

– И почему я всегда оказываюсь прав? – ворчливо поинтересовался у Пеннека Неданков.

– Все просто, – улыбнулся тот. – Когда ты что-то делаешь, то начинаешь соприкасаться с жизнью во многих и многих местах. И почему-то так получается, что положительный результат всегда только один, и находишь его в самом конце, да еще и без гарантии. А проблем много, и они всегда случаются быстро. И если прогнозировать, что проблемы будут, то прав окажешься всегда. А на победу закладываться сложно и долго. Да еще и не дай КосмоБог ошибешься….

– Это ты сейчас к чему? – насупился Неданков.

– Соловей Сергей Петрович кланяться велели, – передал шутовской поклон Пеннек. – И говорят, собираются получать удовольствие от общения. На «Павлине» нашем давно не катались?

– Я на вашем «Павлине» катаюсь чаще, чем на транспортах ФАЭТ, – насупился Неданков. – Что опять Соловью от меня понадобилось?

– Не знаю, – пожал плечами Пеннек. – А вам уже довели?

– Только то, что я неопределенный период перехожу в распоряжение полковника Птаха, – недовольно поджимая губы, сообщил Неданков.

– Это плохо? – подал голос из угла Мальцев.

– Не столько плохо, – повернулся к нему Неданков, – сколько … беспокойно.

– Никто не обещал, что будет легко, – чуть развел руками Кирилл. – Ну, что? Готовимся сдавать дела?

– В смысле передавать по описи пустые папки и стирать игрушки на уникомпах? – коротко хохотнул Мальцев.

– Сдавать рабочее место в полной готовности к активному этапу операции, – сдвинул брови Пеннек. – Олег Владимирович, как вы думаете, у нас получится?

– Постараемся уж, – вздохнул тот. – Давайте, пакуйтесь, а я пока обновлюсь по ситуации и схожу, оповещу местное командование, если их еще не оповестили.

Штурм-крейсер ФАФ «Павлин» носил свое название не только из-за чьей-то любви к миру орнитологии. Он относился к классу «ОУВ», оперативное управление войсками, и нес на себе более чем внушительный набор оборудования, позволяющий осуществлять любой вид связи в практически любом уголке галактики. А схожесть с прототипом из мира птиц ему придавали приемо-передающие антенны трансляторов, которые в развернутом состоянии и в самом деле напоминали павлиний хвост.

Сейчас они были развернуты во всю ширь, и Пеннек с Неданковым и Мальцевым могли наблюдать эту красоту на обзорных экранах посыльного бота, который забрал их с базы саксов и теперь нацеливался на разверстый люк в брюхе крейсера.

– Работают, – кивнул Кирилл, показывая на развернутые антенны.

– Даже странно, – ухмыльнулся Неданков.

– Ну, одна-то из них точно ваша, – Пеннек поудобнее устроился в кресле. – Так сказать, все для успешного выполнения поставленной задачи.

– Опять эта ужасная каюта? – недовольно вопросил Неданков.