Чтение онлайн

В ответ на столь непарламентскую откровенность сэр Джон Конвэй снова застонал.

– Эдвард, дружище, - воскликнул он, - не собираетесь же вы признать...

По усталому лицу Эдварда Ферриера скользнуло подобие улыбки.

– К сожалению, Джордж, - сказал он, - бывают случаи, когда приходится говорить правду. Сейчас именно такой случай.

– Все это, как вы понимаете, строго конфиденциально, мосье Пуаро, поспешил напомнить сэр Джордж.
– Ни слова...

– Мосье Пуаро прекрасно все понимает, - прервал его Ферриер и медленно продолжал:

– Но один момент я хотел бы подчеркнуть: на карту поставлено будущее Народной партии. Джон Хэмметт, мосье Пуаро, и был визитной карточкой Народной партии. Он воплощал те качества, за которые нас любили в народе, честность и порядочность.

Не скажу, что мы все делали правильно - дров мы на своем веку наломали немало. Однако мы старались, как могли, защищать интересы людей и всегда были приверженцами честной политики. И вот, пожалуйста, символ нашей партии. Честный малый par excellence <В полном смысле слова (фр.).>, оказался отъявленным негодяем.

У сэра Джорджа вырвался очередной стон.

– Вы сами ничего не знали о его махинациях?
– прямо спросил его Пуаро.

По усталому лицу опять скользнула улыбка.

– Можете мне не верить, мосье Пуаро, но я, как и все прочие, был введен в заблуждение. Все удивлялся, почему моя жена с такой прохладцей относится к своему отцу. Теперь-то я понял... Она просто знала, что он собой представляет. Когда правда начала выходить наружу, - добавил он, помолчав, - я был в ужасе и никак не мог поверить... Мы настояли на отставке моего тестя по состоянию здоровья и принялись разгребать всю эту грязь.

– Чистить Авгиевы конюшни!
– простонал сэр Джордж.

Пуаро встрепенулся.

– Боюсь, что нам теперь не выпутаться, - признал Эдвард Ферриер.
– Как только факты станут достоянием общественности, разразится скандал. Правительство - в отставку, потом выборы, а к власти, по всей видимости, вернется Эверхард со своей партией. Ну, а его стиль вы знаете.

– Провокатор! Настоящий провокатор!
– выпалил сэр Джордж.

– Эверхард - человек способный, - раздумчиво произнес Эдвард Ферриер, - но при этом безрассудный, воинственный и совершенно бестактный. Сторонники его безынициативны и крайне нерешительны, так что все сведется к диктатуре.

Пуаро кивнул.

– Если бы все это можно было замять...
– заныл сэр Джордж.

Премьер медленно покачал головой, признавая свое бессилие.

– Вы считаете, что замять это невозможно?
– спросил Пуаро.

– На мой взгляд, дело это слишком скандальное и слишком многие о нем знают, чтобы его можно было замять. Короче говоря, у нас только два пути: либо Применить силу, либо прибегнуть к подкупу, но я не думаю, что это реально. Министр внутренних дел помянул только что Авгиевы конюшни. Чтобы их почистить, понадобилась мощь нескольких рек. Боюсь, что для решения наших проблем тоже потребуется нечто сверхординарное...

– Собственно говоря, вам нужен Геракл, - уточнил Пуаро, с удовлетворенным видом кивая головой.
– Меня, если вы помните, зовут Эркюлем, - добавил он после выразительной паузы.

– Вы в состоянии совершать подобные чудеса, мосье Пуаро?
– спросил Эдвард Ферриер.

– Но ведь за этим вы меня и пригласили?

– В общем, да.., я отдавал себе отчет в том, что спасти нас может только самое что ни на есть фантастическое и нетривиальное решение. Но, быть может, мосье Пуаро, - помолчав, продолжал Ферриер, - вы полагаете, что Джон Хэмметт заслуживает разоблачения? Раз он был проходимцем, легенду о честном малом Джоне Хэмметте следует развеять во что бы то ни стало. В самом деле, можно ли построить хороший дом на кривом фундаменте? Но - хочу попытаться. Любой политик жаждет власти, - добавил он с горькой усмешкой, и, как всегда, из самых высоких побуждений.

Пуаро поднялся с места.

– Мосье, - сказал он, - я долго работал в полиции и знаю, что собой представляют политики... Будь Джон Хэмметт у власти, я ради него и пальцем бы не шевельнул. Но что касается вас... Я слышал от одного блистательного ученого, и при этом мудрейшего человека, что вы - человек надежный. Я постараюсь вам помочь.

Поклонившись, он вышел из кабинета.

– Надо же, какая наглость...
– взорвался сэр Джордж.

– Это был комплимент, - улыбнулся Ферриер.

На лестнице Пуаро остановила высокая светловолосая женщина.

– Зайдите, пожалуйста, ко мне в гостиную, мосье Пуаро, - сказала она.

Поклонившись, Пуаро последовал за ней.

Хозяйка дома прикрыла дверь, пригласила Пуаро сесть и предложила ему сигарету. Усевшись напротив, она ровным голосом произнесла:

– Вы только что виделись с моим мужем, и он рассказал вам.., о моем отце.

Пуаро внимательно смотрел на собеседницу. Перед ним сидела стройная, все еще красивая женщина, в которой чувствовались ум и сильный характер. Миссис Ферриер была известной личностью. Как жена премьер-министра она всегда была на виду, а то, что она была дочерью Хэмметта, только добавляло ей популярности. Дагмар Ферриер была воплощением идеальной англичанки.

Она была преданной женой, любящей матерью и разделяла мужнин вкус к сельской жизни. Ее интересы были сосредоточены именно на тех сферах, которые общественное мнение склонно было отдавать на откуп женщинам.

Одевалась она хорошо, но без малейшего намека на экстравагантность. Много времени и сил она уделяла благотворительности и всячески старалась облегчить жизнь женам безработных, предложив целый ряд специальных проектов. Страна обожала Дагмар Ферриер, и она справедливо считалась главным козырем Народной партии.

– Вы, мадам, должно быть, очень встревожены, - сказал наконец Пуаро.

– Еще бы... Не могу описать как... Уже много лет я со страхом ждала чего-то подобного...

– Вы не знали, что творилось на самом деле?
– спросил Пуаро.

– Нет, не имела ни малейшего представления. Я знала только, что мой отец - не тот человек, каким его считают. Я с детства поняла, что он.., совсем другой... А теперь из-за женитьбы на мне, - сказала она горько, Эдвард всего лишится.

– Есть ли у вас враги, мадам?
– мягко спросил Пуаро.

Она удивленно подняла на него глаза.

– Враги? Не думаю.

– А по-моему, есть...
– задумчиво произнес Пуаро.
– Хватит ли у вас храбрости, мадам? Против вашего мужа, да и против вас, ведется настоящая война. Вы должны быть готовы к обороне.

– Речь не обо мне, - воскликнула миссис Ферриер.
– Главное - это Эдвард!

– Все взаимосвязано, - сказал Пуаро.
– Не забывайте, мадам, вы - как жена Цезаря <Имеется в виду пословица "Жена Цезаря должна быть выше подозрений". Эту фразу приписывают римскому политическому деятелю, полководцу и писателю Гаю Юлию Цезарю (100-44 до н.э.), которую он якобы произнес, разводясь с женой Помпеей, замешанной в скандале.>.