Чтение онлайн

– О как глаза загорелись, и спина распрямилась, теперь ты похож на парня, а секунду назад я наблюдала какого-то забитого тушканчика.

Взгляд мастера не предвещал мне завтра ничего хорошего, скорее всего я завтра умру на этой площадке. Но сейчас гуляем, широко улыбаюсь наставнице:

– Где будет проходить мое обучение?

Мне возвращают улыбку:

– Следуй за мной.

Шли довольно долго: лес уж поредел, склоны стали круче, а почва из одних камней, когда мы, наконец, вышли к горе, нет, не горе, а скорее…

– Этот замок - наследие времен первородных эльфов, что жили в этих местах до того как наш народ разделился. Он был моим домом долгое время... пока совет эльфов не разделился на "светлых" и "темных", - на лице эльфийки проскользнула тень презрения, - поэтому когда "темные" ушли, а я осталась, ненависть "светлых" обратилась на меня. Моя твердыня стала тем, что напоминало им о "темных", изгнанниках, о которых они предпочли бы не знать. Совет принял решение уничтожить эти стены, - теперь взгляд Элеоноры потеплел скользя по зеленому от мха внизу, и сером как тучи сегодня, камню, вверху, - но я отказалась передавать им ключ от охранной системы заклинаний, более того я пригрозила им разборками, - лицо эльфийки приобрело местательно-озорной оттенок, - большими разборками всех их грехов, и "светлые", затаив на меня злобу отступили.

Я стоял, широко открыв рот, и думал, что за это великолепие мог бы убить и не раз.

Округлые, немного как бы неприбранные очертания башен, что перекликались с окружающими нас каменистыми холмами, витые кованные решетки что были как будто одним целым с лозами забравшимися по стене, и широкий ров, в котором отражались хмурые небеса, - все это пробуждало во мне какие-то странные, совершенно непонятные мне чувства.

– А почему ты решил, что я никого не убила, - прошептали губы наставницы на ухо.

По моему телу пробежала дрожь, - пошли, - с прежней холодной, и нечего не значащей улыбкой позвала меня Элеонора.

Когда мы поднялись по мраморным ступеням в главный зал, наставница упала в роскошное кресло на высоком постаменте, а мне же указала на одно из кресел попроще, что были разбросаны по залу.

Я, усмехнувшись, затаскиваю одно из них на возвышение и сажусь рядом с Элеонорой.

– А ты скромностью не страдаешь, - чуть нахмурилась эльфийка.

– Так мне лучше вас будет слышно, - поясняю с легкой улыбкой на губах.

– Хорошо, - улыбка становится чуть теплее, но мгновением позже обращается в лед, - а теперь серьезно, я веду тронную партию и мне нужен убийца, поэтому я взялась за твое обучение, - и явное ожидание чего-то.

– Я ничего не понимаю, убийца, тронная партия, что это?
– я ответил как никогда честно.

– Ты не знаешь что такое Трон, - скорее утверждение, чем вопрос, - значит, мы будем уделять время одной партии каждый день. А про тебя все просто: я сделаю из тебя человека способного уберечь свою семью, а взамен потребую полного послушания на десять лет.

– Но я и так могу защитить свою семью, - возразил я.

– Уверен? – глаза эльфийки опасно сузились.

– Да, - твердо ответил я, принимая вызов.

Что-то мелькнуло перед глазами, и резкий удар по голове, ч-ч-черт! Я подвешен за воротник куртки под потолком зала. Когда это произошло?!

Спокойный голос снизу - это наставница, так даже и не встала с трона (откуда я знаю значение этого слова).

– Итак, по порядку: я захватила контроль над твоим мозгом за один удар твоего сердца, это доказывает, что ты беззащитен как младенец, заставила тебя забраться под потолок тронного зала, чтобы продемонстрировать возможности захвата чужого сознания, и наконец, забила в твой мозг знание древне-эльфийского языка, поэтому у тебя болит голова. Твой первый урок на тренировку воли: спустись оттуда...

Вот черт… Похоже мне везет в жизни на садисток. Ну как я спущусь вниз, если я ни руками, ни ногами дотянуться до стены не могу. Тут ворот рубашки угрожающе затрещал, подсказывая свой выход. Я смотрю вниз: три, четыре, пять или шесть шагов до пола, по-эльфийски пять отрезков, но мне от этого не легче! Если я сейчас грохнусь, то переломаю ноги. Что же делать, демон меня забери?! А может Наставница…

– Даже не надейся, - обнадежилруг.

– Не друг, - наставница нехорошо усмехнулась, - союзник, это тот кто после победы над общим врагом обратит оружие против тебя.

– На кой мне тогда ему помогать?

– А кто сказал «помогать», я сказала «не нападать» до поры до времени.

– Хорошо, я не буду нападать на врага моего врага, пока мой враг не умрет.

– Да нет, черт! Какой ты наивный! – Элеонора похоже была искренне расстроена, - да даже Мия по сравнению с тобой опытная интриганка!

Я угрюмо посмотрел на нее:

– Почему?

– Потому что даже она знает основное правило общества: каждый сам за себя.

– Это мне понятно, ну тогда почему…

– Мой мальчик, - устало проговорила эльфийка, - ты должен научиться пользоваться окружающими тебя людьми в своих целях.

Что? Но тогда разве я не буду…

– Подлецом? Будешь. Но для благородства ты слишком слаб, запомни благородство это роскошь доступная немногим! Ладно, а теперь возьмемся за географию.

Чт! Она всю ночь меня заставляла учить эту долбанную географию, чуть ли не до рефлексов. В результате с утра я помнил лишь имя нашего континента: Лунный - в переводе с эльфийского, назван в честь того что имеет форму новорожденной луны. Но это все, и еще у меня такое ощущение, что если сейчас не посплю, то умру. С этими мыслями я откинулся на спинку кресла… и вырубился.

Черт! Очнулся от пристального взгляда мастера. А картина хоть маслом пиши…

Лежу я на роскошной кровати под балдахином, а на мне спит Элеонора, по лицу сама невинность, а вот лицо гнома выражает далеко не невинность, скорее в нем можно прочитать мою близкую и неминуемую смерть.

А потом череда, похожих на первый, дней: с утра до вечера из меня выжимают все в плане физической подготовки, а ночью в плане умственной. Я спал три часа в сутки, хорошо, что с эльфийкой, а плохо то, что именно спал.

Гном тоже видимо понял это, и больше меня так не гонял как во второй день. Просто когда за мной в тот день пришла наставница, я лежал ничком на земле и ни на что не реагировал. Вы думаете ее это остановило? Да ничуть, заклинания типа берсеркер, и я опять веду заведомо проигрышную партию в Трон под едкие замечания Элеоноры.

Таким образом, шли дни, но в моей жизни ничего не менялась, пока не наступил осенний праздник равноденствия.

Утро началось уже необычно. Я проснулся от поцелуя. Я, который обычно просыпается от того что его тащат за ногу в направлении озера, проснулся от поцелуя в лоб. Открыв глаза, созерцаю удаляющуюся спину наставницы.