Чтение онлайн

– Они с Шан-Тар ушли на Рынок, а немного погодя случилось это, – она развела руками, а выражение лица было такое, что она как будто в чем-то виновата и пытается извиниться. В груди у Тар-Айна все сжалось, ему не хотелось верить в то, что их больше нет. «Погоди», – он моментально одернул себя. Жестокие и долгие годы боев закалили его, никто не мертв, пока не найдено тело, как говорил его уже погибший армейский друг, был истерзан выдирателем, его подцепили на самом крайнем фасе Степного рубежа и таскали вдоль позиций и вне радиуса огня артиллерии весь Свет…

Цикадник Степняков вблизи Степного Укрепрайона

Так или иначе, он должен был отправиться на Рынок, а потом в морг, найти их.

Вскочив на цикаду рванул на Рынок. Он был недалеко, жили они рядом. Он постоянно прокручивал одну и ту же мысль: А что если они не успели или передумали и пошли не на Рынок, а на Южный край города? Тар-Айн оказался на Рыночной Площади. Здания вокруг уже выгорали, от Ратуши осталось лишь дымящиеся пепелище. Водонапорная башня уже полностью пустая, покачивалась из стороны в сторону. Префектура, которая служила ей опорой, была полностью разрушена. Вся площадь была заполнена сотрудниками аварийных служб, здесь и разборщики завалов, и префекты, лекари на месте распределяли раненых по степени тяжести и скорости необходимых процедур и операций, ампутации делали в первую очередь, и, надо заметить, очередь была длинной. Рядом было также несколько катафалков, и когда уже следователи заканчивали осмотр сектора и фиксацию следов и вещдоков, разрешали забирать тела, после чего их везли к патологоанатому. Необходимо было определить тип бомбы и кто ее сделал, а для этого сначала отделить частички самой бомбы от других осколков, сперва достав их из тел. Словом, весь город в Долине от Северного края до Южного буквально жужжал как рой разъяренных ки-жарцев.

На входе и по площади уже было выставлено оцепление префектов, но форма офицера Р.В.К. служила универсальным ключом, и его пропустили, не задавая вопросов. Он оказался на рынке, вблизи все было еще ужаснее. Разборщики завалов обнаружили тело очередного префекта, погибшего при обрушении здания, и поволокли его к катафалку.

Он был ветеран и многое повидал на войне, но это было все там, за Грядой, в Равнинах, не в его доме. Он по факту не был готов «повидаться» с войной на улочках городка, где родился и вырос, где сейчас росла его дочь. Он буквально не верил своим глазам, Статуя Хранителя была разрушена до основания, вместо фонтана у Ратуши стояла лишь расколотая чаша, закопченная и с сильными кровяными подтеками. По какой-то причине тело все еще не убрали из фонтана, и это довершало ужасающую картину происходящего. Кругом лежали изрубленные, обгоревшие тела, с оторванными руками и ногами, у кого-то не было головы, какие-то тела были разорванными на несколько частей. Вонь стояла удушающая, гарь и копоть буквально въелись во все. В центре площади рядом с местом взрыва стояли Гар-Хат и Старший следователь города Долины и обсуждали случившиеся, когда к ним подбежал Тар-Айн, он жестом прервал следователя и спросил:

– А ты чего здесь делаешь? Как же семья?

Тот промолчал, лишь взволнованно шарил глазами по грудам изувеченных тел.

– Они были здесь, – сдавленным голосом еле-еле выдавил он, на нем не было лица. Озираясь вокруг, он, опять-таки полагаясь на военный опыт, понимал все больше: выжить здесь было практически невозможно, 3/4 площади было просто изрублено, изрешечено осколками бомбы и шрапнелью, а также осколками статуи и другими обломками, и тут он наткнулся взглядом на вполне себе целый лоток с пряностями и подумал, что только те, кто были у входа на площадь, пострадали в меньшей степени. Пока он в прострации складывал логическую цепочку, Гар-Хат опять начал расспрашивать следователя, и тот спешно затараторил в ответ. Вдруг Тар-Айн, перебив обоих, спросил:

– А куда отправляют легкораненых, тех, кто на своих ногах?

На него посмотрели как на сумасшедшего. Он сказал это весьма громко, все вокруг говорило о том, что ни о каких легких ранах вообще не может идти речь. Ему даже сказали, что таких нет, есть только 37 погибших и 55 раненых. Однако на этих словах к нему подошла лекарь и негромко сказала:

– Я принимала сегодня обожженную девочку с переломом и с легкими ранениями мать, они находятся в 4-ом убежище южной части.

Поблагодарив ее, Тур-Айн развернулся на месте и, ничего не говоря, – ему было больно видеть его город таким, магазинчики и лотки, в которых когда-то покупали припасы, разрушенными, а знакомых еще с детства торговцев – израненными и убитыми, – пошел прочь с Площади. Пройдя через оцепление, он в один миг оседлал цикаду и умчал к южному убежищу.

***

– Подытожим, – сказал Гар-Хат, – взорвалась телега, которая приехала в город где-то около окончания Всхода и начала Света, случайность это или нет, но тот факт, что она взорвалась здесь, – он указал на воронку за статуей, – и повлек такое количество жертв, страшно придумать «шутки» злее – их всех убила Сколопендра-Хранитель.

Чем была загружена телега, неизвестно, возничего тоже было уже не спросить, его разорвало на две части, а пламя от взрыва превратило эти две части в бесформенные груды мяса и костей, сложно было даже сказать его пол, не то что возраст или внешний вид. Телегу словно испепелило, а ее части были разбросаны по округе, какие-то в фасадах зданий, лотков, какие-то в телах погибших… Он жестом указал следователю, что их разговор окончен, и, отходя, окликнул следователя и сказал:

– Не забудьте после баллистических измерений вынуть тело бедолаги из фонтана, а то это просто ужасно.

Картина вырисовывалась удручающая. Дезертир, убивший напарника, да еще и террорист, и он все еще в Долине? В этой версии был ряд нестыковок. Зачем было дежурить почти сутки и только потом бежать, а также что дал взрыв не на позициях? И самое главное – что именно взорвалось? Фестиваль был уже совсем близко, и пиротехника всегда использовалась.

Его чутье не давало ему покоя, он не верил в то, что это дело рук его подчиненного, взрыв был явно мощнее нескольких телег, заполненных пиротехникой и хлопушками, и хлопушки не делают со шрапнелью. Его ход мыслей прервал Мор-Харм, ворвавшись на площадь, он направился прямиком к Гар-Хату, его лицо говорило о том, что выражение «беда не приходит одна» сейчас актуально как никогда.

– Что еще случилось?! – заметив тревогу своего друга, сказал Гар. Тот, подбежав к начальнику, сказал ему на ухо:

– Он ушел через 13-й блокпост.

– Что? – у Гар-Хата стали округляться глаза, Мор-Харм продолжал:

– Он не просто ушел – он вырезал гарнизон, а одному отрезал голову и унес с собой, он псих какой-то, как мы его пропустили? Кроме того, – он продолжал, – следов борьбы нет, он был в форме Разведчика Внутреннего Караула, и они пустили его, это была их ошибка, возможно, на Гряде его уже ждали. Это случилось до взрыва, 13-й аванпост не поднял тревогу, потому что все уже были мертвы. Я распорядился взять слепки следов и уже отправил специалистов для изучения места происшествия на опушке у берега, на стоянке разведчиков, также нам пришлют выводы экспертов, взрывотехников, лекарей и патологоанатомов. Очень скоро мы получим первые данные, и, может, я покажу себя параноиком, но я не верю, что это мог сделать Разведчик Внутреннего Караула, отшлепавший пехотинцем всю свою службу, воюя с Равнинными, – Мор-Харм выпалил это, но осекся, да, это был его друг, но и его командир, и именно ему скоро отчитываться, и высказываться, не услышав мнение начальства, попросту неумно. На самом же деле Мор-Харм словно читал его мысли. Гар-Хат тоже считал эту версию «размытой», он не мог это объяснить, но эти выводы про дезертира – они словно специально лежали на поверхности, оставалось их просто взять, только то, что им оставили, так или иначе, ему казалось, что здесь что-то сложнее, что-то глубже.

– Слушай мою команду: скачи на Южный край и узнай, хватает ли воды, если нет, организуй еще подвоз воды, телеги бери у кого угодно под мою ответственность.

Пожар еще свирепствовал в городе, и сейчас тушение его было первой задачей. Мор-Харм незамедлительно покинул Площадь и ускакал в Южный край.

Гар-Хат еще раз обвел взглядом разрушенный рынок, не мог не заметить и множество убитых, и частей тел, которые все еще лежали там всюду, и пошел прочь… Выйдя через оцепление, он оседлал свою цикаду и отправился на аванпост 13. У него из головы не выходила фраза: «Одному он отрезал голову и унес с собой». Конечно, это в духе Степняков, но они не способны к такого рода специальным операциям, да ещё и скалолазание через Гряду, это не могли быть Степняки. Пребывая в раздумьях, он не заметил, как оказался на Южной окраине города. Свернув направо, он какое-то время скакал вдоль крайнего ряда домов и по пересеченной местности к спуску в овражек, в котором и располагался 13-й аванпост. Он был вне зоны прямой видимости.

На аванпосту уже закончили работу следователи по военным инцидентам, потому что на аванпостах служат солдаты регулярной армии, приписанные к той или иной Цитадели, и всеми проблемами и инцидентами в первую очередь занимаются офицеры этих Цитаделей. А для них самое главное – чтобы аванпост быстрее начал функционировать. Он опоздал, к моменту приезда уже убрали все тела, кроме одного, того, что без головы. Его успокоили, что дадут исчерпывающие сведения об этом инциденте и что все зафиксировано. На самом деле он ехал сюда, чтобы посмотреть именно на это тело. Солдат был ничем не примечателен, лежал на спине, вокруг небольшие кровоподтёки, видимо, он выпал из наблюдательного гнезда над Залом Коменданта аванпоста. Гар-Хат молча рассматривал тело. Срез ровный, чёткий, и непонятно, почему нападавший взял голову… Осмотр места среза на шее погибшего воина ничего не дал, кроме того, что на теле ран нет, падение и смерть случились в одно время, таким образом, он умер в воздухе, пораженный неизвестно чем, предположительно в голову, и, вероятно, из-за этого её и забрали. Версия с предателем и дезертиром теперь точно казалась ему неправдоподобной. Осталось убедить в этом руководство. Он кивком головы дал понять, что он закончил, тело убрали, а после два солдата стали раскидывать порошок, который уничтожал остатки крови на предметах. Порошок вместе с кровью съедал и часть цвета так, что постройки аванпоста предстояло подкрасить. Старший в группе пояснил, что уже через час здесь будут расквартированы новые солдаты, которые и станут нести гарнизонную службу дальше, конечно, их предупредят о том, что здесь произошло…

– Я думаю, всех теперь предупредят, – закончил за него Гар-Хат и пошёл к цикаде. Ему надо хорошенько всё обдумать, завтра ему предстоит поездка в Сердце, он в этом даже не сомневался. Цитадель Краба, в предместье которой был Штаб Внутренней Разведки, находилась от 13-го аванпоста строго на юг. Правда, на пути встретится ещё и пологий подъём, и один аванпост, но для отдельно взятого цикадника этот маршрут по пересечённой местности был более удобен и быстр, нежели возвращаться на тракт и скакать по нему.