Айк Дикий
Шрифт:
Эрна взяла в руки нижнюю сорочку, внимательно разглядывая её, затем перевела взор на графа и прищурилась.
– Может отвернёшься? – в голосе всё ещё скользило недоверие и удивление.
– С чего бы? – ухмыльнулся мужчина, в обсидиановых очах полыхнул дикий блеск. – И не подумаю!
Эрна хмыкнула с вызовом и развернулась к нему спиной, затем рывком стянула с себя платье из грубой мешковины, ранее принесённое управляющим. Айк на мгновение застыл, узрев абсолютно нагую пленницу. Как же красиво девица сложена, он буквально пожирал взором её округлые ягодицы и изящную спину… Бархатистая кожа цвета слоновой кости изумительно сочеталась с медными локонами, а на лопатке проступал небольшой шрам. Айк судорожно выдохнул, ощутив жгучий прилив тепла внизу живота, он уже и сам пожалел, что позволил Эрне переодеться в своей опочивальне. Граф поневоле представил, как скользит устами по белоснежной коже и зарывается пальцами в густые рыжие косы…
Эрна мгновенно натянула на себя нижнюю сорочку, а поверх неё и платье, затем обернулась к Айку лицом, поправляя кожаный поясок на талии. В изумрудном взоре плясали радостные искорки, сейчас девушка скорее походила на изумлённое дитя, которое приобрело новую игрушку.
– Сносно… - хрипло молвил Айк, оценивающе взирая на пленницу, но про себя отметил, что ей невероятно идёт зелёный цвет под стать изумрудным очам, сейчас Эрна невероятно красива… Хочется взирать до бесконечности… - Дрого проводит тебя на кухни…
– Чему же я обязана такой чести? – едко полюбопытствовала девушка, склонив голову на бок.
– Каша твоя понравилась, - ухмыльнулся довольно мужчина, одаривая её своим жгучим взором. – Ступай, Эрна…
Граф вздохнул с каким-то странным облегчением, когда девушка выскользнула из его покоев. Он плеснул в кубок вина, ощущая, что хоть как-то загладил свою вину перед Эрной, которую ранее несправедливо обижал.
«Ведь дитя же совсем, отроду лет девятнадцать ей… Затравлена жестоким отцом… А сколько невзгод легло на эти хрупкие плечики… Воин? Но это ведь смешно! Маленькая, но не сломленная девочка, которую нужно оберегать и лелеять, а не посылать на поле боя… А о том, что отец её ярл Торвальд лучше пока никому из наших не знать, ведь ещё более возненавидят…» - размышлял Айк, пригубив из кубка красное вино. По телу разливалось приятное тепло, а перед очами графа полыхнули воображаемые языки пламени золотистых локонов Эрны и изумрудные пляшущие искры в её очах.
Глава 10
Эрна сумела довольно быстро освоиться на кухне. Компания поварих оказалась сносной, ведь куда приятнее ночевать в тёплой коморке с девицами, нежели с конюхами. Старшая по кухне Аннис уже оправилась от хвори, она постоянно недовольно ворчала и периодически прикрикивала на молодых кухарок, подгоняя в работе.
Для девиц-стряпух было выделено отдельное помещение, в соседнем же трудились молодые повара-юнцы, они занимались разделкой и приготовлением мяса. Эрна старательно трудилась с утра до вечера и, хотя работы на кухне хватало, но всё же это не тяжкий изнурительный труд на конюшнях… Она почти каждый день вместе с Сан навещала конюхов, прихватив с собой харчей и по возможности немного пенного эля.
Когда время близилось к полудню, Агата доваривала на кухне похлёбку из лосося, остальные поварихи куда-то разбрелись по замку. Дрого улучил момент и зашёл в помещение, застав девушку одну. Агата вздрогнула при виде управляющего, но демонстративно отвернулась к печи, продолжая помешивать в чане похлёбку длинной деревянной ложкой.
– Я хотел поговорить с тобой, Агата, - голос мужчина казался спокойным и немного виноватым.
– И о чём же? – она резко развернулась к Дрого, прищурив обиженно свои серые очи. – О том, что Вам стряпня моя не по нраву?
– По нраву, Агата… Я был тогда не в духе… Пришёл прощения попросить, - он медленно шагнул к девушке, а в стальном взгляде Дрого была твёрдая решимость. – Так простишь меня?
– Не пойму Вас, господин Дрого… - девушка пожала плечами, удерживая в руке деревянную ложку. – То не нравится моя стряпня, то теперь нравится…
– Говорю же, был не в духе… - хриплый голос управляющего и горящий дикий взор насторожил Агату, она сделала шаг назад. – И виной тому ты, Агата… Не могу больше так… Душу мне рвёшь, по ночам спать спокойно не могу…
– Но господин Дрого… - она удивлённо замерла, округлив глаза, мужчина рывком схватил девушку и прижал к себе, накрывая желанные уста жадным поцелуем. Агата попыталась вырваться, но одержимый страстью Дрого лишь усилил хватку и напор, прикусывая и терзая нежные губки кухарки. Девушка явно не ожидала такого от управляющего, от страха откуда-то взялись силы, она оттолкнула от себя мужчину, огрев его со всей дури деревянной ложкой по голове.
– Я Вам не девка подзаборная, что Вы на меня набрасываетесь, как животное оголодавшее! – крикнула Агата, её трясло от страха и гнева, щёки полыхнули алым румянцем, а очи наполнились слезами. Дрого отскочил, потирая ушиб на голове, шишка уж точно выскочит.
– Да сдалась ты мне, полоумная! – рявкнул обиженно мужчина. – Таких, как ты много! – он буквально вылетел из кухни, с грохотом захлопнув за собой дверь.
– Нечисть косматая! – крикнула в гневе Агата ему в след. – Глаза б мои тебя не видели! – она всхлипнула и коснулась пальцами своих припухших и горящих от поцелуя губ, такой напор мужчины Агату явно испугал, ведь она была ещё целомудренна и не успела познать любовную страсть.
***
В воскресное утро Саннива потащила Эрну в церковь на богослужение, намереваясь просветить заблудшую душу язычницы в вере Христовой.
– Наш Господь добрый, - назидательно вещала Сан. – Когда уверуешь в Христа и будешь молиться Пресвятой Деве, так и жизнь наладится. Проповедь послушаешь, может кое-чего возьмёшь для себя… Святое Писание плохому не учит…
– Да пойдём уже, Сан, - хмыкнула Эрна, поправляя поясок на платье. – Поглазею на ваших жрецов да на церковь, там же весь люд из графства собирается, уж интересно-то!
Сан лишь вздохнула и укоризненно покачала головой, тяжело же будет привести Эрну к Господу да наставить на путь истинный…
А вечером опосля ужина и тяжкого рабочего дня Эрна взяла с кухни морковку и направилась к конюшням, ей захотелось проведать своего коня Дубка и побаловать любимым лакомством. Путь озаряли водруженные в землю смоляные факелы, девушка кралась с морковкой в руках, оглядываясь воровато по сторонам.
Как раз в это время из центральной башни на улицу вышел Айк, ему захотелось немного прогуляться да подышать весенним воздухом. Мужчина прикрыл веки, наслаждаясь дуновением тёплого ветерка и стрекотанием сверчков, а затем он увидал крадущуюся к конюшням Эрну.
«К конюху своему бегает…» - внезапная мысль полоснула Айка вспышкой ярости, воображение уже рисовало рыжеволосую пленницу, извивающуюся под Гарриком где-то среди стогов сена. – «А говорила, что девственница… Ведь солгала…»
Айк мимо воли сжал пальцы в кулаки, одержимый приступом ненависти и злобы, словно его обвели вокруг пальца. Захотелось схватить эту девку за горло и прижать к стене, а лучше и вовсе придушить… Проклятая лгунья, а ведь слёзы лила перед ним и уверяла, что девственна…