Чтение онлайн

Снова медленное снижение.

– Пролети поближе к цветку, - попросил Такэо.

Когда до цветка оставалось не более восьми метров, прямо им в лицо метнулась разинутая голубая пасть. Все инстинктивно отшатнулись, но экраны уже были темными. Даже реакции автомата не хватило на то, чтобы успеть увернуться.

– Оно меня проглотило, - бодро доложил кибер, - сейчас пытается переварить. Я понял, как оно работает: стебель только кажется толстым, на самом деле он свернут в спираль и в нужный момент растение выстреливает цветком навстречу жертве. Оно сняло меня на высоте шести метров, но это для них не предел. Анализирую состав сока. Глупое, оно не понимает, что я несъедобен. Да, простите, вы же ничего не видите, перевожу ваш экран на инфракрасное зрение.

Экран порозовел. Кибер плавал в прозрачном, густом, тяжело булькающем сиропе. Закрывшиеся лепестки нависали сверху плотным, не пропускающим ни лучика света, сводом; внизу, на дне чаши, жадно шевелились метровые ворсинки, с нетерпением ожидая разложения добычи.

– Хватит, - первым не выдержал Николай, - заканчивай анализы и побыстрее выбирайся оттуда.

– У меня все готово, - последовал спокойный ответ, - ждал, пока вы налюбуетесь.

Он включил излучатель, и сразу плотный, казавшийся монолитным свод дрогнул и обмяк. Один из лепестков тяжело откинулся назад, открывая выход.

Сверху цветок выглядел теперь не очень привлекательно. Лепестки сморщились и потемнели, но все, кроме одного, были по-прежнему крепко сжаты. А этот один безжизненно повис, и в образовавшееся отверстие вытекал и тяжелыми каплями падал в грязь густой розовый сок.

– С местной флорой и фауной мы теперь в общих чертах знакомы, - подвел итог Свен, - сюда нужна большая и серьезная экспедиция космобиологов. Проводи картографирование и возвращайся на борт.

Они молча направились в кают-компанию заканчивать просмотр. А перед глазами все еще стоял поверженный хищник, полуживотное-полурастение, жуткий результат эволюции чужого мира.

Как только они вошли в кают-компанию, раздался взволнованный голос Страуса:

– Есть кое-что интересное на втором материке. Вы вернетесь в рубку или дать изображение сюда?

– Посмотрим здесь, - сказал Свен.

– Нам надоело сновать челноком между рубкой и кают-компанией, - добавил Николай.

Страус промолчал.

На экране появилась бескрайняя желтая пустыня с чернеющими на горизонте развалинами. Вскоре люди убедились, что это действительно полузасыпанные песком руины, и только в самой середине сохранился целым трехметровый купол, сделанный из какого-то голубоватого и, судя по состоянию остальных развалин, невероятно прочного материала. Кибер медленно проплывал над почерневшими и, казалось, обугленными безжалостным солнцем остатками строений. Но вот прямо под ними оказался купол, и все увидели, что на его вершине изображена система Энифа, а третья и четвертая планеты соединены стрелочками.

– Вот тебе и первые следы освоения ближнего космоса, - пробормотал Свен, - только состояние этих следов уж больно плачевное. И, словно в подтверждение, Страус сообщил:

– Развалинам более семидесяти миллионов лет.

Николай присвистнул. Такая огромная разница между возрастом корабля, встретившего их, и развалинами ужасала. Трудно было представить возможности цивилизации, возраст которой исчисляется десятками миллионов лет.

– Может, оставим просмотр на завтра?
– высказал общее мнение Николай. По-моему, на сегодня впечатлений больше чем достаточно.

ГЛАВА З

Не успели они проснуться, как Страус доложил, что он уже три часа кружится вокруг четвертой планеты, и добавил ворчливым тоном, что они могли бы и пошевеливаться.

– Есть что-нибудь новенькое?
– спросил Николай.

– Планета молчит, - с грустью ответил Страус.
– Судя по всему, на ней нет ни единой живой души. Я имею в виду - разумной живой души, - поправился он.
– А всяких неразумных живых тварей здесь хоть отбавляй.

– Время у нас есть, - сказал Такэо, - поэтому я предлагаю не торопиться. Сначала досмотрим то, что нам показывали на корабле, а потом решим - как и в какой последовательности будем знакомиться с обстановкой на сегодня. Нам ведь...

– Ваш кофе готов, - перебил его Страус.

– Что за невозможная манера перебивать говорящего!
– возмутился Николай.

Страус промолчал, а Такэо продолжил как ни в чем не бывало:

– ... необходимо знать, что изменилось там за последние несколько сотен лет, а для этого мы должны увидеть все, что нам собирались показать исчезнувшие обитатели планеты. А пока мы пьем кофе - Страус-сан, надеюсь, расскажет нам что-нибудь интересное, он ведь наверняка приберег кое-что на десерт.

Экраны центральной рубки управления наверняка засияли розовым.

– Кофе я сварил сегодня покрепче, - сообщил Страус, - именно такой, какой любит Тода-сан. И вообще, денек вам сегодня, по-моему, предстоит тяжелый. Идите пить кофе, пока не остыл.

Как только они собрались в маленьком корабельном камбузе, Страус начал излагать нынешнее положение дел на планете, точнее - свой взгляд на него.

– В древней песне поется, - издалека начал он, - "нам сверху видно все, ты так и знай", мне же сверху видно несомненно много, однако далеко не все.

– Короче, - попросил Николай.

– Что за невозможная манера перебивать говорящего, - произнес Страус голосом Николая и продолжил уже своим, но все в том же духе: - Я, например, не вижу, да и, вероятно, не могу увидеть, куда делось население Города, но то, что в настоящее время там нет ни одного живого существа, которое могло бы претендовать на звание разумного, а сама планета находится в весьма удручающем состоянии, - я разглядел хорошо. И судя по всему, она не имеет хозяев уже довольно давно. И самое замечательное: несмотря на полную дикость планеты в целом, одно место на ней по-прежнему находится в идеальном порядке. Это место - Город, который вы видели. Я чувствую, что вы взмокли от нетерпения. Хорошо, уговорили, постараюсь быть кратким. В отличие от вас, я все уже просмотрел до конца, еще когда вы транслировали это с корабля. Вокруг Города на сотни километров простиралась сельскохозяйственная зона, тщательно распланированная и заботливо обрабатываемая. Дальше шла производственная зона. Обслуживание их было полностью автоматизировано. Показывали, правда, довольно кратко, но я нигде в этих местах не увидел ни одного живого существа. Только машины, которые обрабатывали все это хозяйство, снабжали Город всем необходимым и, кроме того, сами себя контролировали, воссоздавали и совершенствовали.

– А сейчас?
– вырвалось у Николая.

– А сейчас все пространство вокруг Города заросло дичайшим лесом. От зданий промышленной зоны остались одни развалины. Мертвые руины, там и сям поднимающиеся над девственным лесом и оплетенные дикими ползучими растениями. Печальная картина, доложу я вам. Кроме того, я заметил десяток зон повышенной гравитации. Не думаю, что это осталось от бывших хозяев планеты. В этих местах деревья, везде довольно высокие, буквально стелются по земле, а руины выглядят особенно плачевно. Создается впечатление, что их довольно долго прессовали. Но вы это и сами увидите. Зато Город ничуть не изменился. Те же уровни, те же климатические зоны на каждом из них, кругом чистота и порядок. Но в отличие от того, что вы видели, это чистота и порядок мертвого города. Впрочем, кофе вы уже выпили, можете прийти ко мне в рубку и полюбоваться сами, мы как раз пролетаем над Городом.

– Нет. Мы пойдем твоим путем, - сказал Свен, - сначала досмотрим все до конца, а потом будем знакомиться с планетой.

Во всем, что Такэо видел на экране, он пытался найти зерно, хоть какой-то намек на решение вставшей перед ними загадки. А Свену было просто грустно. Грустно видеть на экране жизнь и одновременно сознавать, что ее уже нет. Что больше не кружат над Городом полупрозрачные разноцветные шары, в которых хорошо видны силуэты его обитателей. Что никто больше не прогуливается по степи, не любуется восходами и закатами Энифа, не живет, не дышит, не любит.