Чтение онлайн

– Мне откуда знать... Всегда были. С другой стороны читал?

– Не-а. Там, где я вышел к Кварталу, ничего подобного не торчало. А чего там накалякано, с другой-то?

– Увидишь, - пообещал бывалый мужик Вилли-Неудачник.
– Давай, что ли, в дорогу снаряжаться, салага...

Руководствуясь мудрыми советами ветерана, новичок приступил к немаловажной в процессе выживания церемонии: обвешиванию разнообразными "игрушками", с помощью которых, по идее, люди должны бы играючи отбиваться от воинственных нонок, отправляясь на прогулку по их территории.

Вначале, само собой, Торопыга скинул свою легкомысленную одежонку, остался в трусах; и на правом запястье у него еще какой-то браслет серебрился. Вилли по достоинству оценил мускулатуру напарника, хотел сделать комплимент, но в воспитательных целях воздержался. Вот еще! всяким выскочкам необстрелянным, в деле непроверенным, награды словесные раздавай! Разбалуется, тип. И БЕЗ КОМПЛИМЕНТОВ КРУТОЙ ДО НЕВОЗМОЖНОСТИ...

– Слышь, - спросил Вилли, не заметив ухмылки Грэя, - чего у тебя кожа такого цвета, Торопыга? Я у нонок таких видал, копченых. Не черный, не цветной, какой-то непонятный...

– Это загар, - ответил Грэй.
– Свежий воздух, солнца и туризм закаляют организм.

– Чего-чего?!

– Пословица такая, - пояснил новичок, - про нас... э-э-э, туристов. Эту кожу солнца прокоптили. У тебя, бледнотелая жертва урбанизации, в точности такая будет, коли сбросишь все свои одежки капустные и пару дней на пляже поваляешься. Только осторожно, порциями, не то сгоришь.

– Перестань ругаться!
– раздраженно велел Неудачник.
– Я и слов таких не знаю! сам придумал, да?

– Эх-хе-хе, - вздохнул новичок. Хороший ты мужик, Вилли, однако дикий, что твой мумбу-юмбу.

– Сам такой, - оскорбился Вилли. Нечестно Торопыга поступает. Даже если б выпердком обозвал, еще ладно, хотя непростительно, в рожу прикладом за "выпердка" получить можно. Но - "мумбу-юмбу" этот, кто таков? Может, нонкин раб похуже выпердка?.. Убивать за такие слова...
– Счас врежу по кумполу, будешь знать, как незнакомыми словами обзываться!

– Молчу, молчу, - ухмыльнулся Торопыга и взял в руки штаны.

– Попробуй одежду снять, - проворчал, остывая, Вилли, - а ну как нонки наскочат, себе дороже, снимать-то...

– Сначала сапоги, или это?
– спросил Грэй.

– А без разницы... Оденешься, на человека похож станешь, удовлетворенно пробубнил Вилли.
– Без одежек наших, салага, подохнешь в течении трех минут, когда со стервами патлатыми не посчастливится сцепиться...

– Поглядим, поглядим, - брякнул самоуверенный новичок.
– Жизнь покажет.

– Ага. Если успеешь увидать. Жизнь - непредсказуема как...

"...как нонка", - едва не выговорил Вилли, но вовремя спохватился и прикусил язык, не позволил с него сорваться кощунственному сравнению. Жизнь - штука хорошая. Нонка - плохая. Нонку со смертью сравнивать надобно. Но факт: нонки твари непредсказуемые, особенно когда у них течка. "Нонки коварные, как смерть, - подумал Вилли, - никогда не знаешь, за каким углом подстерегает".

Натянув штаны и куртку, вбив ступни в сапоги, а ладони зачехлив перчатками, торопыга стал наполовину выглядеть нормальным мужиком, в черную кожу облаченный-то. Поверх одежды натянул прозрачный комбез из специального кевлированного плостика и стал смотреться как человек, вознамерившийся совершить вылазку на вражью территорию, поубивать дюжину-другую вражин рода человечьего.

– Теперь нагружайся, - велел Неудачник.

– Все брать?!

– А ты думал?!
– взорвался Вилли.
– Не надорвешься, тип здоровенный!!

...обвешанный подсумками, патронташами, мешочками, чехлами, с карманами защитного комбеза, набитыми боеприпасами, с тремя кольтами в кобурах на поясе, с мачете в ножнах на боку и с мечом в ножнах за спиной, с двумя автоматами на ремнях, наброшенных на плечи, с малой базукой, поцепленной на ремне за шею, с винчестером-обрезом в левой руке и ракетницей в правой: новичок выглядел теперь как заправский боец. Чем-то он был похож (комплекцией, что ли?) на Святого Шварца, еще до того, как тот стал одним из первых мужиков и спасал всяких заблудших ребенков и прибабахнутых баб. Но говорить новичку этого не следовало, чтобы не задрал нос. Однако боевой дух поднять не помешает...

– Совсем на меня похож, - не удержался от комплимента Вилли.
– Сейчас шлемы на черепа надернем, химзащитные, маскировочные накидки и отражающие чехлы нахлобучим, и все нонки в округе от страха затрясутся.

– Или от экстаза, - глупо пошутил Грэй, сунул дробовик и ракетницу за пояс, взял в лапы шлем.
– Верблюды хреновы, - добавил.
– Ишаки суринамские.

– Мало того что шутишь так, что ни в одной приличной компании с тобой не появишься, еще и ругаешься опять?! По черепу врежу!!
– угрожающе рявкнул Вилли.

– Ничуть, - угрюмо ответил Торопыга.
– Констатирую факт.

– Пошел ты, констататор...
– обласкал Торопыгу Неудачник и натянул пятнистый серо-бурый балахон.
– Кончай болтать, время не ждет.

– Точно!
– ухмыльнулся Торопыга, зловеще осклабился и погрозил сжатым кулаком желто-красному щиту.
– Дрожите, нонки, мы ползем вас давить!..

Пока напарники возились под щитом, поблизости хлопнула парочка гранат. В этот миг, будто в ответ на угрозы Грэя, футах в пятидесяти материализовалась еще одна, совсем близко, и рванула с оглушительным треском.

– И не обрыдло ж ей пулять, - заметил Вилли, когда они поднимались с асфальта, к которому припали мигом, спасаясь от взрыва, - упорная, кошка драная.

– Работа у ней такая, - философски сказал Грэй.

– Чтоб тебя премиальных лишили!
– погрозил неведомой телекинетичке Вилли.

– Она на сдельной, наверное, - загадочно выразился Грэй.

– Ну ее, - отмахнулся Вилли и посмотрел на "тройку".
– Жаль машинку бросать. Она мне уже как родная.

– Ненадолго расстаемся, - обнадежил Грэй.
– Понадобится, кликну. Прилетит.

– Не по-онял...
– недоуменно протянул Вилли.

– Поймешь. Слушай, Неудачник, вы почему к нонкам без радиопередатчиков ходите, пеленга опасаетесь?

– Угу. На кой таскать с собой собственную смерть?.. Это ж ходячий маяк получается, а не мужик. Вернешься, честь тебе и хвала. А "Mayday!" орать, ежли в лапы к тварям угодишь, все едино бестолку. Кто ж тебе поможет...

– Полагайся, словом, на себя, свой верный глаз, чутье и крепость руки. Ясно. А телепатического пеленга не опасаетесь?