Чтение онлайн

– Спасибо за комплимент, - сказал Торопыга и слегка улыбнулся.
– Я могу начинать, Вилли? Повторяю, время не ждет.

– Валяй, - разрешил Вилли.
– Только пива закажи дополнительно.

– Эй, Барри, полдюжины еще!
– потребовал новичок громко, на весь зал.
– И поживей, понял, да, Очкарик?!.

6. ЦХАЙ-КОСТОЛОМ

– Ты и вправду такой виртуоз, или это все досужие сплетни, как бывает иногда?..
– спросил комиссар, скептически и бесцеремонно рассматривая Цхая.

– Сплетни, наверное, - пожал плечами Цхай. Подумав, добавил: - Так бывает иногда...

– Почему же в Штаб-квартире мне посоветовали привлечь именно тебя? поинтересовался англичанин, доставая пачку сигарет.
– Куришь?

– Нет, спасибо. Бросил.

– Завидую...
– старший офицер закурил и хмуро поглядел на Цхая. Послушай, капитан, как там тебя кличут, я забыл...

Так я тебе и поверил, подумал Цхай. Как же, забудешь ты.

Цхай тоже слышал кое-какие "сплетни" об Инспекторе Мэллоуне. Так бывает... иногда.

– Костоломом, - ответил Цхай. Лицо его оставалось бесстрастным. Впрочем, оно почти всегда таким оставалось.

– Костоломом? Это почему же?..

– Кино такое есть, - терпеливо просветил Цхай комиссара, не подавая виду, что этот беспредметный разговор ему осточертел. Любят они поговорить, подумал он. Если б они так делали, как болтать умеют.
– Там парень один, лихой такой, здорово дерется.

– А-а-а... понимаю, - покивал англичанин. Будто ты не знал, ухмыльнулся про себя Цхай. Жить в Гонконге и не знать этого "кина"!..

– Вот меня и прозвали так, еще в спецшколе, - добавил вслух.

– Я понял, - комиссар выпустил дым колечками: штук десять подряд. И насадил их все на струйку дыма. "Мастер!
– восхитился Цхай.
– Всю жизнь тренировался, не иначе".
– Ну, как бы там ни было, другого человека мне не предлагали, стало быть, шеф считает, что ты справишься. Я просил самого лучшего оперативника, и мне назвали твое имя, а я склонен верить руководству, хотя...
– быстрый взгляд на Цхая.
– ...иногда это не очень разумно. Пока, во всяком случае, верю. Так что, буду надеяться, мы с тобой поработаем на славу.

Может быть, подумал Цхай. Я бы на твоем месте не был столь оптимистически настроен, комиссар. А вдруг я тебя подведу?

– Я бы хотел ознакомиться с заданием, - тихо произнес Цхай.
– И если можно, коллега, побыстрее. В Штаб-квартире мне сказали едва ли больше трех фраз.

Но насколько я уловил, они перепуганы до невозможности, вспомнил он. Будто на углях стояли там все, в Штаб-квартире, пританцовывая и подсигивая. Выдернули человека из заслуженного отпуска, с пляжа, можно сказать, похитили силами всей Конторы, с тела сняли, бессовестные, а теперь тянут резину, дудят в волынку, футболят из одного подразделения Конторы в другое... Стратеги.

– Если ты думаешь, что я скажу гораздо больше, то ошибаешься. Если бы я мог сказать обо всей этой заварухе пространно, то в таком случае твое участие было бы... излишним.

Достал ты меня своей болтовней, подумал Цхай. Вот как есть достал, парень. Меня нелегко достать, но ты сумел. До глубины души!

– Я весь внимание, - произнес он вслух.

– Полагаю, тебе известно, что я руковожу региональной штаб-квартирой И Пи в Гонконге?
– англичанин вопросительно уставился на Цхая. Будто детскую загадку ему загадал, и теперь ожидал ответа с нетерпением.

Цхай мысленно вздохнул.
– Да, - коротко ответил.

– И нет нужды тебе объяснять, что если руководитель моего ранга бросает свой... э-э, боевой пост, и мчится на другую сторону планеты, чтобы лично поговорить с... э-э, специалистом твоего профиля, то все это что-нибудь да значит...

Какие мы с тобой важные, надутые, аж лопнем счас от спеси, подумал Цхай.
– Несомненно, - сказал он.

– ...и поэтому я хочу тебя предупредить, что расследование, в котором ты с этой минуты принимаешь непосредственное участие, весьма существенно и значительно, в аспекте поддержания престижа международной организации, в которой мы с тобой имеем честь работать, и поддержать престиж должно на соответствующем высоком уровне...

А ты не можешь без нудных предисловий?!
– подумал Цхай. ЗА КОГО ТЫ МЕНЯ ДЕРЖИШЬ, парень, за какие грехи ты меня накачиваешь сиропчиком ведомственной пропаганды, будто сопляка какого-то, отправляемого на первое задание?!

– ...и результаты расследования впрямую скажутся на том, как будут воспринимать деятельность И Пи во всем мире. В первую очередь, конечно, здесь, ведь местная полиция, даже работая в упряжке с Бюро и Управлением, до сих пор не пресекла...

– Я все это отлично сознаю, - не вытерпел Цхай. Уж очень этот гонконговский джентльмен подействовал ему на нервы, вынудил изменить привычной бесстрастности.
– Но не могли бы вы приступить непосредственно к изложению моего конкретного задания, сэр? Поручаемого лично мне в этой операции.

– Хорошо, - оборвал свое словоизвержение англичанин.
– Излагаю. Вот уже четвертый месяц кряду исчезают люди. Пропадают бесследно. Никаких записок, никаких самоубийств и прочих подобных шалостей. Никаких похищений с целью получения выкупа. Ни одна подпольная организация ни официально ни неофициально ответственности на себя не берет. Люди просто не возвращаются. И никто их больше нигде не видит. Разные люди, из различных слоев общества. Но, заметь, не моложе пятнадцати лет и не старше сорока пяти все. Дети и старики не исчезают в массовом порядке, так сказать... только мужчины и женщины. Это единственный общий для всех фактор, расовых и прочих предрассудков неведомый похититель, по всей вероятности, не имеет. Так вот. Люди словно в океане тонут, милях в ста от ближайшего берега, и ни единой лодки в пределах видимости... И тут же их акула зверски проглатывает, со всеми потрохами и побрякушками. Следов - ни малейших. И статистика бесстрастно свидетельствует: за прошедшие семнадцать недель зарегистрировано в двадцать девять раз больше пропавших без вести, чем за все предыдущее десятилетие, в этом городе. Местные коллеги - в панике. Создается впечатление, что это какая-то чудовищная, но спланированная, четкая, кампания похищений. Если дело и далее пойдет таким образом и такими темпами, логично предположить, что людей в этом городе не останется вовсе. Если их не эвакуировать. И если они еще раньше не разбегутся сами в смертельном ужасе... Но кто поручится, что эпидемия исчезновений не переместится в другой город? _К_т_о_ это делает, инопланетяне, дьявольские силы самолично либо какой-то третий, неучтенный и никому неведомый покамест фактор, мы с тобой и обязаны разузнать. Во что бы то ни стало. И чем скорее, тем лучше. Вот, вкратце, суть задания.

Вполне возможно, узнаем, подумал Цхай. Если сами раньше чем узнаем не исчезнем.

– Позвольте поинтересоваться, сэр, - задумчиво спросил Цхай, - почему именно вы назначены... э-э-э, главным следователем?

– Я не главный следователь, - комиссар неожиданно остро и прямо посмотрел Цхаю в глаза.
– У нас с тобой - нечто вроде самостоятельной боевой единицы. Поэтому тебя и кантовали эти дни, морочили голову. По моей просьбе. Надеюсь, хоть немного сбили с толку возможных агентов... А я в этом деле потому, что моя дочь Диана исчезла еще четыре месяца назад, находясь в этом городе у подруги в гостях. Я занимаюсь этим делом с самого начала. И, мне кажется, я ухватился за кончик веревочки, привязанной к плавнику той акулы, которой все это нужно... С твоей... помощью, возможно, я окажусь в лодке, находящейся неподалеку от места, где акула соберется подзакусить.

7. СОЗДАНИЕ ОБРАЗА

– Что-о?!
– Очкарик сверкнул стеклышками из-за стойки.

– У вас тут все такие тугие на ухо?
– спросил Торопыга у Неудачника.
– И как вас нонки до сих пор не задавили, с такими кадрами в резерве-то?

Вилли промолчал. Новенький наглел на глазах. В ожидании развития событий Вилли решил держать нейтралитет. Пускай Барри самолично салагу отчехвостит. А я погляжу, подумал Вилли, как лихо у него это получится.

– Я сказал, полдюжины пива, и поживей!
– новичок лез на рожон с умопомрачительной скоростью. Сознательно?.. Вряд ли. Кабы он ведал, с кем сцепился...
– Двигай конечностями, Барри-глухарик!..