Чтение онлайн

День прошел без новостей. Казалось, вот оно решение. Еще маленько и вычислю убийцу. Стало скучно. Решила пойти и посмотреть, что у меня на почте. Может что-то Макс прислал…

Прислал он мне новую загадку. Пистолет, который я обнаружила, засветился в убийстве двадцать лет назад. Значит, эта история двадцать лет тянется? Как долго мог убийца злость копить? Месть — это блюдо, которое подают холодным. Двадцать лет назад пистолет стрелял и еще как: на нем пять трупов. И не абы кого положили с этого ствола, а московского авторитета с подельниками. Где теперь брать информацию?

— Никита, представь, пистолет стрелял…

— Открою, Иришка, тебе великий секрет. Пистолеты делают для того, чтобы стрелять. Не орехи же ими колоть…

— Найденный мной пистолет стрелял. Из него людей убили.

— Когда? — заинтересовался Никита.

— Двадцать лет назад.

— И кого из него замочили?

— Авторитета одного с его шестерками.

— Менты, конечно, никого не нашли?

— Никого.

— Ничего не меняется.

— Слушай, Никита. А мне вот интересно. Чисто лингвистически. У нас же один умник переименовал милицию в полицию. Так?

— Ну так.

— А почему все называют ментов ментами? Они же теперь должны быть понты! Или я что-то не понимаю?

— Люди по привычке называют. Помнят, что была приличная милиция. Как сатирик говорил. Милые лица. А теперь что? Поганые лица?

— А когда-то в России была жандармерия.

— Постоянно переименовывают бедолаг. Когда им просто работать дадут? То объединяют службы, то разъединяют, то укомплектовывают, то упраздняют. Реформаторы сраные. Тьфу, блин, чертовы. Кто-то наверное, на реформе неплохие бабки поднял. И на переименовании, и вообще…

— Не переименовывать надо было, а чистку проводить. И часто менять начальников. А то набрали управленцев, вот и мучаются граждане. И сами дела расследуют…

— Ты знаешь, Иришка. Мне ментов жалко. Они бы и рады расследовать, но у них такой завал. Слишком много преступников на душу населения…

— Согласна. Люди кинулись обогащаться любыми способами. И честь, и совесть где-то потеряли. И украсть рады у любого, и убить готовы ради денег. Откуда такая жажда наживы? Распоясались…

— Слишком долго народ нищенствовал. Человек, который долго голодал, начинает жрать как не в себя. У кого денег не было, те от денег и дуреют. Начинают золотые унитазы ставить…

— По-моему, это смешно. Цыганщина какая-то. Представляю в обычной квартире лепнину и позолоту. Это для дворца хорошо, а для дома — пошлость.

— Но они-то этого не понимают. Им надо, чтобы было дорого-богато.

— Никита, давай в кафе съездим. Посмотрим, как дела идут с ремонтом.

— Давай съездим. Завтра…

На следующий день с утра пораньше поехали в кафе. Хотелось увидеть, что получается в реале с ремонтом. Оказывается, туда каждый день ездили Востриковы. Они переживали, а вдруг Михаил окажется плохим прорабом. Но Михаил в грязь лицом не ударил. И ремонт шел полным ходом, с явным опережением графика работ. Рабочим самим нравилась красота, которую они творят. Дело двигалось к концу быстрым темпом. Уже и мебель скоро будет готова. Оборудование Альбина Владимировна заказала, и мы его оплатили.

Проект кафе двигался к завершению. Потом останется только вывеску приличную и рекламу сделать. Да здесь и без рекламы после первого дня места будут заняты. А то я Востриковых не знаю. Они для людей любят готовить. Значит, кафе будет пользоваться спросом. Здесь будет вкусная и свежая еда, приличный интерьер. Думаю, не будет свободного места в залах: оба зала будут заняты под завязку…

С нами напросился поехать к матери Петька. Зашли, проведали ее. Она трезвая. К чему бы это?

— Никита, я к Максу зайду?

— Так я и знал…

— Раз мы все равно здесь, то я с ним кое-что обсудить хотела бы.

— Иди. Разве тебя остановишь…

Я быстро метнулась к Максу. Мне повезло: он был дома и в хорошем настроении. Обещал помочь. А работы предстояло много. Вышла от Макса довольная.

— Чего сияешь, как начищенный самовар?

— Да так. Просто радость на душе.

— Ты когда радуешься, я уже боюсь. Опять труп где-то нашла?

— Не нашла, но может и найду…

— Ладно, куда теперь поедем?

— Домой. У нас других дел на сегодня нет.

Подъезжая к поселку, увидели пожарные машины. Проехали к своему дому и пошли посмотреть, куда это пожарные помчались. Кто у нас в поселке погорелец? Оказалось, дом этого хулигана Юрки горит. Того самого, который сбил бабульку своим самокатом. В толпе стоят соседи. Собрались на всякий случай: вдруг их помощь понадобится…

Расспросив очевидцев, я выяснила обстоятельства пожара. Оказалось, что когда Юрка с родителями были в отлучке, у них в доме загорелся электросамокат. Просто вспыхнул. Видимо, аккумуляторы прохудились.

— Вот тебе и карма. Ну, права я была?

— Оказывается, закон сохранения энергии работает, — Никита удивился не меньше моего.

— Ничего ему так за тетю Нюру прилетело. Знатно.

— Теперь ему не на чем будет бабушек сбивать. Там и в доме прилично сгорело. Покатался Юрка…

Соседи стояли, слушали нас. Потом до них дошло, о чем мы между собой говорим, и они стали требовать от участкового завести дело на хулигана, сбившего старушку. Участковый пытался отбрыкаться, но население требовало наказания виновного. Мы пошли домой. Дальше за пожаром нам наблюдать было неинтересно.

— Ну что? Ты выиграла. Я бы подумал, что ты сама подстроила поджог, но ты была со мной. Петька тоже с нами был. Значит, эта версия исключена. Признаю свой проигрыш.

— То-то же. Знай наших. Говорила, что вернется ему горюшко горькое…

— Говори желание. Исполню, госпожа. Слушаю и повинуюсь! — сказал и согнулся в подобострастном поклоне.

— Я желание не придумала.

— Как не придумала? Я думал, ты что-то конкретное имела в виду, когда на желание спорила.

— Не имела. Придумаю, сразу скажу.

— Думай. А что еще мы будем делать сегодня?

— Может, погулять все вместе пойдем?

И мы пошли в лес погулять. Последние деньки лета. Скоро Петьке в школу. Мы тоже целыми днями будем заняты. Когда еще все вместе в нашем лесу от души нагуляемся? А там, глядишь, и зима настанет. Нагулялись, набегались, напрыгались. Грейса за палочками и за мячиком нагоняли. Пес домой еле ноги приволок. Да и мы тоже прилично устали.

Пришли с прогулки домой голодные. А у нас гости. Сюрприз! Тетя Маша с мамой сидят и чаи гоняют. Мама наварила джемов. Мария Ивановна их и пробует. Сидит, разомлела от внимания. Мама — прирожденный агент. Наверняка бабулька расслабилась и уже кучу новостей рассказала. Никита глянул на меня, как рублем одарил. И за что такой взгляд? Я разве виновата, что просчитала Марию Ивановну? Она же человек старой закалки, и у нее совесть еще не атрофировалась, как ненужный рудимент. Поэтому она с утра пришла в гости. В гостях ей даже комфортней будет выдавать не свои секреты. А то, что она собралась все рассказать, о чем попросим, это как дважды два… Как бы ее подтолкнуть, чтобы она и свою подружку заставила нам все поведать? В процессе разговора попробую воздействовать на честь и совесть. Авось получится…