Чтение онлайн

Кожа археолога начала приобретать зеленовато-коричневый оттенок, стала сохнуть и растрескиваться. Сквозь трещины начал пробиваться синий мох. Конечности его высохли и превратились в сучки. Волосы на голове выпали, и вместо них выросла красивая, свежая зеленая травка.

– Что это с ним? – спросила Роза у Филимона. – Что такое с ним происходит? Это уже не наш археолог. Это вообще не человек. Что происходит на этой планете? С нами тоже так будет?

Даже вид ее товарищей, умирающих в госпиталях от химических и радиационных поражений, не вызывал у Розы такого отвращения, как нынешний вид старшины Милна.

– Пристрелите меня, майор, если я превращусь в нечто подобное, – сказала Роза, глядя на Милна, который убирал с тропинки улитку.

– Не бойся! Моя рука не дрогнет, – ответил ей майор Прайд.

– Похоже, он заразился лешачьим вирусом, и теперь он Леший. Если вы не поняли, леший от слова «лес». Лесной. Он теперь часть леса, часть его души, – ответил Филимон, разглядывая пострадавшего. – Да вы не волнуйтесь! У него все хорошо! Он счастлив! Посмотрите на него. Он с белками разговаривает, а сейчас за ним придут.

– Кто? – без интереса спросил майор.

– Лесные нимфы, – ответил Филимон.

– Это кто такие? – уже с большим интересом спросил майор.

– Дриады. Божества деревьев. Прекрасные обитательницы леса. Между прочим, из одежды у них только несколько листочков. Неинтересно? – Филимон сделал паузу, оглядев мужчин и не увидев отклика, сказал: – Хотя вам, наверное, в армии от этого интереса «противоядие» дают.

– А для Милна противоядие существует? Что-нибудь может его превратить обратно? – спросила Роза.

– Может, и существует, но мы все равно уже опоздали, – кивнул за спины солдат Филимон.

Мгновенно обернувшиеся вояки – вот что значит тренировка! – увидели только мелькнувшие среди деревьев обнаженные стройные женские фигурки, уводящие в лес Лешака Милна.

План по деморализации и уничтожению захватчиков начал воплощаться в жизнь.

– Ерема, встречай гостей. – Баба-яга стучала в дверь черенком метлы.

И когда тот открыл дверь, Яга, даже не здороваясь, сказала:

– Что у вас тут происходит? Какие-то молодчики с оружием разгуливают! Вы что, арсенал древних нашли?

– Здравствуй, Ядвига, – ответил немного обиженный домовой. – Может, чайку с дороги? Я пирог с луком испек, твой любимый.

– Ну, разве что с луком, – подобрела Баба-яга, шагнула на порог и раскрыла руки для объятий. После обязательного трехкратного лобызания, по русскому обычаю, Яга произнесла: – Добра молодца зови!

– Кого? – не понял Ерема.

– Василия, конечно. «Крестника боевого» моего! Пусть расскажет, как до такого положения мир довел. Я его там, – Ядвига кивнула за левое плечо, – к чему готовила? – И, увидев, что домовой, поджав губы и нахмурив брови, понимающе кивнул, добавила: – То-то!

– Васенька. – Яга крепко обняла меня при встрече. – Дай-ка посмотреть на тебя, соколик! Руки, ноги на месте. Даже ушей осталось два. Хорошо тебя натаскала! А это что за рыжая? – Бабка кивнула на Марго, пришедшую со мной. – Красивая!

– Это Марго! – засмущался я и шепнул ей на ухо: – Моя любимая!

– Ерема, а почему на столе один чай? – сказала Яга. – А за встречу?

Ерема засуетился, и скоро стол ломился от еды.

– Ядвига, Chateau Latour 1967 года у меня здесь, конечно, нет, – сказал домовой, – но зато есть отличная наливочка по старинному рецепту. Бабушка Кита готовит. Ты оценишь!

Яга оценила! После чего начался вечер воспоминаний. Это было похоже на рассказ мамочки о своем великовозрастном чаде, с демонстрацией его девушке альбома с детскими фотографиями сыночка в трусиках и без. Яга с умилением мамаши рассказывала Марго о моих приключениях на ее «полигоне». Мне осталось только встать на табурет и прочитать стишок.

Марго хохотала, я смущался, а Ерема подливал Яге наливочку. «Пора бы сменить тему разговора», – подумал я и поставил тарелочку с наливным яблочком на стол.

Ядвига Ласловна посмотрела в пустую рюмку и с упреком во взгляде показала ее Ереме.

– А с лиходеями этими, – Ядвига кивнула на тарелочку, – почему до сих пор возитесь? Колдовать разучились? – Баба-яга переключилась на мировые проблемы, оставив наконец мою персону в покое. – Или Его Величество новый закон о гостеприимстве издал: «Приходите все кому не лень и берите, что хотите?»

– Ядвига, не горячись! – ответил ей Ерема, подливая Яге наливочки. – У нас все под контролем. Планы и люди готовы. Давай лучше за встречу выпьем, а с гостями этими и без нас разберутся.

– Приехала, называется, в гости к «крестнику». – Баба-яга сделала паузу и опрокинула рюмку. – Ну, дайте развлечься бабушке в отпуске, а то дома скукота одна. Иванушки не заблуждаются, в смысле не теряются. Навигаторов понакупали, видишь ли! Добры молодцы Кащея не ищут. Похоже, верить в него перестали, или Василисы прекрасные перевелись! А тут целых пять молодцев. Ой, нет! Глядите-ка! Их, оказывается, уже четверо! Это что? Ваши планы и люди так работают? Такими темпами бабушку без «сладкого» оставите. Ерема, пирожки отличные, – это было сказано уже домовому. – Очень хочется поколдовать немножко, а то практики совсем нет. Я уже не уверена, что вообще еще что-то помню из магии. Ну что? Жалко вам, что ли? Аленушек, так и быть, не стану трогать из женской солидарности. Разве что чуть-чуть. А для супостатов этих у меня есть кое-что!

Мы с Марго переглянулись и заулыбались, а я представил себе нетрезвую Ягу верхом на метле, с автоматом наперевес, в камуфляже и боевой раскраске. Мы кивнули, а Ядвига Ласловна начала потирать руки и растянула рот в жутковатой улыбке, демонстрируя свой единственный зуб.

Группа шла цепочкой. После потери старшины Милна все были начеку. Но разве можно было быть готовым к сюрпризам этого мира?

Откуда ни возьмись спустился туман молочно-белого цвета, сразу разделивший группу. Туман был такой густой, что рассмотреть невозможно было даже пальцы на вытянутой руке.

– Всем лечь на землю! – скомандовал майор Прайд, пытаясь хоть что-то разглядеть.

– Вот, вот! – услышали они скрипучий голос, пронизывающий туман и резонирующий в нем, – правильно. Всем лечь! Надеюсь, клаус… клауст… клаустрофобии ни у кого нет? Хи-хи-хи! Но что-то мне не нравится цвет обстановки. И-и-к! В этом сезоне в моде более яркие цвета.

Туман поменял цвет на кроваво-красный.

– Нет, слишком мрачно и зловеще! Надо что-то погламурнее, – опять проскрипел голос, и туман приобрел противный розовый цвет. – Ой! Не то! Хотя нет, ничего! Пусть будет так!