Чтение онлайн

— Может быть, ты и выросла среди нас, но ты насквозь дочь своего отца с такими сильными моральными принципами.

Закатив глаза, она толкает меня в грудь, отступая на шаг или два.

— Моя мораль не так уж сильна.

— Ах, да? — спрашиваю я, возвращая себе пространство, которое она только что создала между нами. Куда ты идешь, детка, я еще с тобой не закончил. Ее подбородок поднимается, когда я заключаю ее в свои объятия. — Что заставляет тебя так говорить?

— Я с тобой, не так ли? Если бы у меня были сильные моральные принципы, я бы не позволила тебе делать и половину того дерьма, которое ты делаешь со мной, и я, черт возьми, не получала бы от этого такого удовольствия, как сейчас.

Она со мной. Есть ли смысл дальше отрицать эту истину? Это пустая трата моего времени, и это не приносит мне никакой пользы. Было приятно не чувствовать себя несчастным каждую секунду каждого дня, и с возвращением Пози в мою жизнь то пустое место, которое все это время было в моей груди, начало заполняться. Я знаю, что оно никогда не будет целым. Часть, которую моя мама взяла с собой, когда уходила от нас, — это то, что я никогда не верну.

— Наверное, это справедливый вывод, — говорю я ей, прежде чем коснуться ее губ своими. Маленький контакт мгновенно потянулся ко мне. Ее пальцы хватаются за край моей куртки. — Говоря о дерьме, которое я заставляю тебя делать, как ты относишься к танцу для меня?

— В последний раз, когда ты просил меня об этом, ты приставил пистолет к моей голове.

Признаюсь, это был не лучший мой момент.

— Если я правильно помню, танец я так и не получил. На этот раз я задумал кое-что получше, если ты согласишься со мной поиграть.

Пока она принимает решение, ее белые зубы покусывают нижнюю губу. Через минуту она ухмыляется.

— Я всегда готова.

Она стонет мне в рот, когда я снова ее целую. На этот раз глубоко и слишком грубо. Мои пальцы обхватывают ее горло, оказывая достаточное давление, чтобы дать ей понять, что я все контролирую, и она не вздрагивает и не пытается отстраниться. Кого-то еще могла бы отпугнуть резкость моего прикосновения, но только не её. Никогда ее. Она берет все, что я ей даю, и взамен делает то же самое. Ее руки обвивают мою шею, притягивая меня к себе, а я отодвигаю ее к зеркальной стене.

По всей длине проходит деревянная штанга. Обычно именно там стоят ученики Пози и следуют ее указаниям, но сегодня вечером мы будем использовать его по более альтернативной причине.

Как только ее спина касается стекла, я отрываю свой рот от ее губ и отворачиваю ее от себя за бедра.

— Руки на штангу, — приказываю я, роясь в кармане куртки в поисках коробки, которую принес с собой. Взяв его в руки, я срываю с себя куртку и бросаю ее на пол.

— Что это такое? — спрашивает Пози, встречаясь со мной взглядом в отражении.

Я ухмыляюсь, доставая фиолетовый U-образный вибратор. Один конец будет находиться прямо на ее клиторе, а другой будет творить чудеса внутри нее. Резинка ее купальника удержит его на месте, пока она кружится по комнате. Самое приятное то, что я смогу регулировать интенсивность и настройки с помощью небольшого пульта дистанционного управления, который идет в комплекте.

— Я хочу посмотреть, насколько хорошо ты сможешь танцевать для меня, пока это внутри тебя. Посмотрим, как долго ты продержишься, прежде чем кончишь.

— Эм… — её руки сжимаются на станке то ли от нервозности, то ли от волнения. Возможно оба.

Опустив голову, я целую и посасываю ее шею выше того места, где все еще находится ошейник. Каждый раз, когда я вижу это у нее на шее, мне это нравится, но я начинаю думать, что пора отдать ей ключ. Если она все еще захочет носить его после этого, это ее дело. Мои причины, по которым я хотел, чтобы она носила его, отличались от моих первоначальных зловещих намерений. Ошейник — не единственное, что мне придется переоценить. Дом ее отца — более серьезная проблема, требующая моего внимания.

— Черт, — вздыхает она, наклоняя голову набок, чтобы дать мне лучший доступ к ее чувствительной коже. — Хорошо, поиграй со мной.

Музыка. Для. Моих. Чертовых. Ушей.

Коробка падает на землю и присоединяется к моей куртке после того, как я кладу пульт в задний карман джинсов.

— Открой рот, — приказываю я, проводя мягким силиконом по ее нижней губе. Она раскрывает его передо мной, и я вставляю закругленный конец внутрь. Намочи его для меня.

Она поддерживает зрительный контакт со мной через зеркало, ее щеки впадают, а язык вертится вокруг вибратора. Когда я считаю, что она сделала достаточно, я киваю головой, и она отпускает ее изо рта. — Одной рукой отодвинь свой купальник в сторону, чтобы я мог видеть твою пизду.

Она наклоняется и тянет эластичный материал вправо как можно дальше. Это раскрывает ее ровно настолько, чтобы я мог получить доступ к тому, что мне нужно.

Нажимаю кнопку на устройстве, оно оживает, вибрируя в моей руке. Моя рука обхватывает ее стройную талию. Ее грудь поднимается и опускается быстрее, ее охватывает предвкушение, когда я подношу жужжащий силикон ближе к ее чувствительной плоти. При первом же прикосновении ее резкий вздох эхом отразился от стен тишины комнаты. Ее таз дергается вперед, а затем назад, как будто она не может решить, слишком ли сильное ощущение или она хочет большего. Я не даю ей выбора. Удерживая ее бедра свободной рукой, я заставляю ее оставаться неподвижной, когда прижимаю ее к клитору.

Ее зубы впиваются в нижнюю губу, она пытается сдержать стоны, и более минуты она остается неподвижной для меня. Когда она начинает тереться о вибратор, я знаю, что она именно там, где мне нужно. Прямо на грани экстаза.

Пози в отчаянии скулит, когда я убираю вибратор.

— Прости, детка, но ты еще не можешь кончить, — мои зубы царапают ее шею. Ее кожа имеет соленый вкус от пота. — Нет, пока я не получу свой танец.

— О боже, — стонет она, осознавая, насколько тяжело это будет.

Поставив прибор на самый низкий уровень, я поворачиваю его в руке и позиционирую у ее отверстия. Она стонет, запрокидывая голову мне на грудь, когда я легко вталкиваю ее в нее. Она уже такая мокрая и долго не продержится, но меня это устраивает. Чем скорее она справится и больше не сможет танцевать, тем скорее я смогу наблюдать за ней во всех этих зеркалах, пока я ее трахаю.

Установив его на место, я отталкиваю ее руку и поправляю ткань ее облегающего наряда. Единственное, что выдает то, что сейчас происходит у нее между ног, — это слабое жужжание. Она стоит перед зеркалом с ошеломленным выражением светло-карих глаз.