Бабы нас погубят
Шрифт:
Голубев заложил уже третий по счету поворот, глянул в зеркало обратного обзора и сказал нервно.
– За нами увязался синий "жигуленок".
– Не устраивай гонки, - мерно приказал Вадим.
– Сбавь скорость, выезжай на трассу и - в Клуб.
– Ты с ума сошел!
– закричал Олег Михайлович.
– Хочешь выдать наше убежище?!
– Мы уже выданы.
– ответил Вадим.
– Не будем усугублять. Почему ты решил, что речь идет о наркотиках?
– Они сами так между собой сказали! Я все прекрасно слышал.
Вадим замолчал, нахмурившись. Голубев выровнял скорость в пределах правил и остановился на красный свет светофора, потом произнес облегченно.
– Я ошибся. Синий "жигули" остановился во дворе. У нас на хвосте никто не висит.
Светофор помигал красным глазом, дал желтый, переключился на зеленый.
– Домой, - произнес Вадим и повернулся назад, к Олегу Михайловичу.
– Старик... Ты, судя по всему, пережрал пива, или чего покрепче. Потом ты высосал все свои папиросы с дурью. Ты свалился в канаву, о чем свидетельствуют твои мокрые портки и следы грязи на куртке. Ты все придумал. Это солидная, крупная фирма. Ты, старый, пытаешься навести тень на плетень, чтобы мы тебя не наказали наконец так, как ты давно заслуживаешь!
– и, наконец, он заорал.
– А заслуживаешь ты суровой кары! И ты её получишь!
– Спокойней, Вадим.
– Голубев шел левым рядом с легким превышением дозволенной скорости.
– Спокойней. Михалыч, или ты сейчас выложишь понятные аргументы, или извини, лопнуло и мое терпение.
– Хорошо.
– безнадежно ответил Олег Михалыч.
– Ты видел мои знаки предупреждения?
– Я видел, как ты кривлялся, словно клоун. А потом забалдел, поймал кайф и улегся на тротуаре.
– Я хотел тебя предупредить. Эта дама с собачкой... Спаниель Маша.
– Правильно.
– слегка удивился Голубев.
– Спаниель Машуля.
– Они - менты. И спаниель, и дамочка. Собака натаскана на наркотики. Они послали их проверить, воняет ли в машине наркотой. Я слышал этот приказ. И когда спаниель учуял запах наших папирос...
– Твоих папирос, - с угрожающей вежливостью вставил Вадим.
– Ну - моих! Значения не имеет. Он среагировал...
– Хватит, - прервал Вадим.
– Все ясно.
– он тронул Голубева за руку.
– Ты следишь за обстановкой позади нас?
– Да. Хвоста нет.
– Угу.
– кивнул Вадим.
– Хвост и не нужен. Нас засекли и найдут без затруднений. Хана.
– А вон и наши девочки идут!
– обрадовался Олег Михайлович приметив впереди, на тротуаре, весь "курятник" Клуба в полном составе.
Голубев чуть обогнал девушек и затормозил. Вадим приоткрыл окно, первой их заметила Елена и подскочила к машине, заглядывая внутрь салона.
– Мальчики!
– засмеялась она.
– Там такая дешовка, что порядочным дамам даже стыдно туда в сортир ходить! На дур все расчитано! Набирают кадры для домов терпимости в Турции и Греции! И главное, суки, даже не говорят, сколько забашляют!
– Ты все о деньгах, - улыбнулся Вадим.
– Кто там заправляет делами?
– А пидор хренов! Жора Лапин.
– Понятно.
– быстро ответил Вадим.
– Спасибо за все. Позвоните вечером!
– Чао!
– крикнула им в след Александра.
Беседа с девушками ввергла Вадима в столь откровенно мрачное настроение, что Олег Михайлович только минут через пять робко подал голос.
– Я ни в чем не виноват , ребята... Ну, выпил немножко пива, ну, принес вам угоститься "травкой"...
Вадим повернулся и долго смотрел в глаза старику столь пристально, что у того навернулись слезы. Потом произнес глухо.
– Ты молодец, Михалыч. Ты не только ни в чем не виноват... Но твоя дурость уберегла нас от очень крупных неприятностей.
– Что так?
– спросил от руля Голубев.
– Жорка Лапин - хоть и обезьяна, хоть и пидор, но он крупнейший деятель по наркоте в Москве.
– Вадим тронул старика за плечо.
– Ты получишь премию, дед. Купим тебе жирную негритянку.
– Лучше китаянку!
– тут же хихикнул старик, который в доли секунды от полной бездонной паники перестроился на обычный безмятежный настрой души как с гуся вода!
Вадим потянулся было к телефону, но потом передумал.
– Андрюша, останови возле первого таксофона.
– Кому хочешь звонить?
– Как это кому? Тому, кто нас так изящно подставил.
– Полковнику Скрастину?
– А у тебя есть иные версии?
Голубев приметил на углу колпак телефона автомата и погасил скорость.
Вадим разговаривал по телефону менее полуминуты, вернулся в машину, сел в кресло и сказал.
– До рандеву со Скрастиным час двадцать. Михалыч, расскажи внятно и спокойно, ничего не пропуская: где и с кем ты пил пиво, как тебя оказались папиросы с наркотой, как ты надул в штаны и залез на чердак, кого увидел и что слышал? К разговору с нашим провокатором мы должны быть вооружены.
Олег Михайлович понял, что обижаться сейчас на иронию слов Вадима не время и в течение получаса внятно и складно, не опуская даже позорных и бесстыдных для своей личности деталей рассказал все как было. Его никто не перебивал и уточняющих вопросов не задавали.
Минут через сорок подсевший к ним в машину полковник Скрастин так же выслушал все повествование молча. А потом смотрел в окно и желваки на его скулах играли вверх вниз. Наконец произнес незнакомым голосом.
– Кранты, мужики. Вы под колпаком. Может быть и я тоже.
– М-да?
– насмешливо спросил Вадим.
– Да. Я купился так же, как и вы. С моей подачи. Это работают мальчики из отдела по борьбе с наркотиками из ФСБ.
– Ну и что?
– ерепенисто подал голос Олег Михайлович.
– А то, что когда они вцепятся вам в задницу, то уже не выпустят, будь вы трижды не виноваты! Вы будете под колпаком месяц, год, десять лет, до конца своей жизни - Но у нас по части наркоты и всякого криминала все чисто!
– возмущенно сказал Голубев.
– Ну, и что?
– язвительно спросил Скрастин.
– Они методично, по наработанным схемам и системам прощупают всю вашу подноготную, всю родословную до дедушки ветерана битвы на Куликовом поле. И даже если сегодня ничего не найдут, то через полгода - снова вернутся к вам и снова начнут все сначала.