Чтение онлайн

— Она меня ни во что не втягивает, — отвечает Ева успокаивающим голосом, — вы оба для меня как семья.

Я поворачиваюсь и смотрю, как она протыкает вилкой мягкие кусочки авокадо. Она заправляет прядь своих иссиня-черных волос за ухо, и я понимаю, что смотрю на нее не в силах отвести взгляд.

— Но… — продолжает она, — раз уж мы об этом говорим, почему бы не позволить мне сопровождать тебя сегодня вечером? Я могу быть прекрасным буфером между вами всеми.

— Исключено, — твердо отвечаю я.

Мое желание защитить Еву подавляет любые другие эмоции.

— Почему нет?

— А что, если это ловушка?

Ева разражается смехом, и я не могу не улыбнуться, услышав этот звук.

— Думаешь, приглашение твоей сестры на ужин — это ловушка? — она качает головой, ее смех стихает, — ты действительно один из самых параноидальных людей, которых я когда-либо встречала. Мы с тобой оба знаем, как сильно она тебя любит. Ты когда-нибудь думал, что, возможно, они с Алексеем просто хотят убедиться, что между вами нет вражды?

Как бы мне ни было больно это признавать, возможно, она права. Мои инстинкты подсказывают мне держать Еву подальше от всего, что может подвергнуть ее опасности, но, возможно, это действительно способ наладить отношения между нашими семьями.

— Ладно, — неохотно соглашаюсь я, — я согласен пойти поужинать, но не обещаю, что смогу поладить с Алексеем.

Ева наклоняет голову, ее глаза озорно блестят.

— В какое время мне там быть?

Я смеюсь, качая головой от ее настойчивости.

— Ты думаешь, что ты так ловко меня провела, не так ли? Кажется, я не соглашался на то, что ты можешь пойти с нами.

Она игриво дуется, ее нижняя губа выпячивается ровно настолько, чтобы заставить меня передумать.

— Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— Хорошо, хорошо, — соглашаюсь я, не в силах сопротивляться ее мольбам, — встретимся в вестибюле моего дома в семь. Ты можешь поехать со мной.

— Договорились! — восклицает она, и ее яркая улыбка становится шире.

Внезапно Ева морщит нос, и она втягивает воздух.

— Чувствуешь запах гари?

Мы оба поворачиваем головы к духовке, из которой валит зловещий столб дыма. Паника волнами накатывает на меня, когда я подбегаю, выдергивая почерневший противень из пылающей могилы.

— Дерьмо! Всё сгорело.

Я вытаскиваю противень и бросаю в раковину, включая кран и направляя струю на дымящиеся обугленные квадраты.

Ева разражается смехом, звук заразительный и радостный.

— Как я уже сказала, ты не умеешь готовить.

— Очень мило с твоей стороны, — фыркаю я.

— Вот, позволь мне добавить пару новых кусочков, — предлагает она, всё еще хихикая.

Предотвратив один кризис, я возвращаюсь к плите только для того, чтобы обнаружить, что меня ждет еще одна катастрофа.

— Блядь! — восклицаю я, злясь на себя, — яйца пережарились.

Разочарованный, я бросаю сковороду в раковину, где уже покоится мое первое фиаско.

— Винсент, — в глазах Евы мерцает веселье, — не мог бы ты присесть, прежде чем сожжешь кухню дотла? Я сама закончу готовить завтрак.

Я подчиняюсь и, ворча, сажусь за кухонный стол. Я наблюдаю, как Ева без особых усилий разбивает свежие яйца на сковороду, прежде чем проверить новые ломтики хлеба в тостере. Она движется с грацией и мастерством опытного повара, заставляя меня задуматься, какие еще таланты она скрывает.

— Обещай, что этим вечером не отойдешь от меня ни на шаг, — говорю я, наблюдая за ее работой, и мое беспокойство за ее безопасность перевешивает мое смущение из-за неудачи с приготовлением еды, — даже если это не ловушка, никогда не знаешь, что может случиться, и мне нужно знать, что ты в безопасности.

— Ой, это так мило, — говорит она, прежде чем посмотреть на меня, — я обещаю.

Она с необычайной легкостью переворачивает яйца и смотрит на меня.

— На самом деле у меня была еще одна причина для моего визита, — признается она мягким и нерешительным голосом.

— Ууу, — поддразниваю я, — обычно, когда ты так говоришь, это не сулит ничего хорошего.

Улыбка расплывается на ее лице, когда она вынимает тосты и кладет по ломтику на каждую тарелку. Она намазывает авокадо на каждый ломтик, быстро взглянув на меня, прежде чем продолжить.

— Я думала о твоей нынешней ситуации, что ты недавно стал новой главой семьи, и у меня возникла идея.

Я смеюсь, не в силах сдержаться.

— Ева, ты, может, и разбираешься в кулинарии больше, чем я, но о моем бизнесе ты ничего не знаешь.

— Может быть, и нет, — признает она, — но выслушай меня.

Прежде чем продолжить, она оценивает мою реакцию.

— А что, если ты устроишь вечеринку? Ты можешь пригласить всех членов семьи и создать визуальное представление о том, что ты теперь главный.

На мгновение я озадачен ее предложением. Я изо всех сил пытался завоевать уважение некоторых капо в организации.

— И что именно будет визуальным представлением того, что я главный? — спрашиваю я, не желая сразу признавать, что вечеринка может стать прекрасной возможностью продемонстрировать себя в качестве лидера.

Ева поворачивается обратно к плите, берет сковороду и кладет идеально приготовленное, очень нежное яйцо поверх каждого ломтика тоста с авокадо. Я смотрю, как она посыпает солью каждый кусочек, а затем ставит одну из тарелок передо мной.

— Ну, очевидно, что ты будешь звездой на этой вечеринке, — отвечает она, — еда, атмосфера — всё это будет говорить о том, что ты сын своего отца. Всё будет безупречно, и в конце вечера ты подаришь каждому из своих людей что-то, что говорит о том, что ты ценишь, что они остались с тобой после смерти твоего отца.

— Подарю? Что?

Она пожимает плечами.

— Я не могу всё делать за тебя. Часть этой работы тебе придется выполнить самостоятельно. Или сделай меня боссом, — она игриво подмигивает мне.