Чтение онлайн

Вися на скале, я думала: нет, мне не перебраться. Не могли они, что ли, дать мне хотя бы стакан человеческой крови на дорогу? Я совсем выбилась из сил, и, кроме того, начало смеркаться. Сил не осталось даже для того, чтобы просто карабкаться, а о том, чтобы лететь, я и мечтать уже не могла. Выбравшись на довольно большую площадку, я упала на снег.

Хлопанье нескольких пар крыльев в тёмно-синем небе, тени крылатых людей надо мной.

— Вот она! Аврора!

— Аврора, ты меня слышишь? Это мы! Что с тобой? Скажи что-нибудь!

— По-моему, она в анабиозе.

— Нет, она просто ослабела! Проклятье, до чего её довели!

Кто-то гладил меня по лицу, по голове, чьи-то мягкие губы прижимались к моему лбу. Одновременно кто-то другой держал и гладил мою руку, а кто-то ещё присел у моих ног. Меня окружили, ласкали, целовали, обнимали, а я не могла разглядеть их лиц.

— Аврора, — сказал тёплый, взволнованный голос рядом с моим лицом. — Всё хорошо, мы с тобой.

Я узнала её, это была Юля. Разомкнув пересохшие губы, я прошептала:

— Юля…

— Да, да, я с тобой, — смеялась она, гладя меня по щекам. — Сейчас мы полетим домой.

— Я не могу… лететь…

— Ничего, мы тебя понесём, — послышался голос Оскара. — Мы прилетели сначала в крепость, хотели тебя там встретить, но нам сказали, что тебя уже отпустили. Мы быстро тебя нашли, ты не успела уйти далеко. Ну, летим скорее, все ждут!

— Кто… ждёт? — Я приподняла голову, вглядываясь в окружившие меня силуэты.

Юля засмеялась.

— Твоя семья, — сказала она. — У тебя теперь большая семья, и все тебя с нетерпением ждут.

— Я понесу её, — сказал Оскар.

— Я сама понесу, — ответила Юля.

Смахнув пальцами снег, совсем залепивший мне ресницы и мешавший смотреть, я открыла глаза пошире и наконец смогла разглядеть их. Голубовато-серый сумрак окутывал их фигуры в чёрных пальто, ветер трепал им волосы и густо пересыпал снегом; они были полны сил и способны на длинный перелёт, тогда как я была едва жива от слабости. Что ещё сказать? Я была рада их видеть. Юля легко, как ребёнка, подняла меня на руки, и дорогая бриллиантовая серьга в её ухе тускло заблестела в сумраке прямо перед моими глазами. Мне не оставалось ничего, как только обхватить Юлю руками и уткнуться ей в плечо.

— Всё хорошо, — прошептала она ласково. — Летим домой.

— Да, мы дома. Аврора здесь.

Огромная комната, размером со спортивный зал, огромное, во всю стену окно — прямо передо мной. Снаружи ничего не видно, зато изнутри обзор прекрасный. Плотные шторы в несколько полотен прикрывали это гигантское окно частично, на треть. Некоторые полотна были опущены полностью, другие подняты, третьи — приподняты. Всего полотен было восемь. Они были тёмно-фиолетового цвета.

— Да, она здесь, отдыхает. Добрались благополучно, но пришлось нести её на руках… Совсем слабенькая. Ещё бы…

В этой комнате была и гостиная с огромным мягким уголком — диваном и тремя креслами, располагавшимися на возвышении, и зона отдыха с широкой кроватью, на которой я и лежала, и кабинет с большим компьютерным столом и кожаным креслом, и библиотека — книжные полки возвышались до самого потолка, и книг на них стояло видимо-невидимо. В этой комнате было множество разнообразных по форме и цвету светильников: и стоячие торшеры, и лампы на тумбочках, и настенные бра. Включены были не все, а только три: оригинальная напольная лампа в форме фонаря в гостиной, лампа на прикроватной тумбочке и встроенный светильник с плафоном над входом.

— Да, конечно, надо всем сообщить. Разумеется, не сразу… Она ещё слишком слаба. Думаю, день-два надо бы.

Юля, в облегающем чёрном трико, чёрных сапогах и белой водолазке, сидела на кубическом пуфе возле тумбочки с телефоном. Оскар куда-то улетел. Кровать, на которой я лежала, укрытая одеялом в сиреневом шёлковом пододеяльнике, была так широка, что на ней могло лечь рядом человек пять, не меньше. Я поползла к краю.

— Подожди секундочку, — сказала Юля кому-то на том конце провода.

Положив трубку рядом с телефоном, она подошла к кровати.

— И куда мы ползём? — спросила она ласково.

Я спросила:

— Где я?

Как глух и слаб мой голос! Я даже не узнала его. Юля, присев на край кровати, придерживала меня за плечо, не давая мне ползти дальше.

— Лежи, лежи… Никуда не надо бежать, ничего не нужно бояться. Ты в самом безопасном месте — возле моего сердца.

И она чмокнула меня в нос. Я упала на подушки, и она погладила меня по голове, а потом вернулась к телефону.

— Аврора проснулась. Вся такая перепуганная… Ну, ничего, сейчас явится вся компания — развеселим её. Ты тоже приходи обязательно… Думаю, она будет рада тебя видеть. Ну, всё… Целую. Ждём тебя.

Положив трубку, она встала, снова подошла к кровати и плюхнулась рядом со мной. Опираясь локтем на подушку, она смотрела на меня. В её глазах была нежность.

— Ну, что ты на меня так смотришь, как затравленный зверёныш? Всё, твои мучения окончены. Сейчас сюда прибудут члены твоей семьи — не все, конечно, но самые близкие. Ты всех их знаешь и любишь. Поэтому не надо бояться.

Моё горло прохрипело:

— А Оскар… где?

Она сказала:

— Оскар отправился за едой для тебя. Нужно, чтобы ты была в форме, когда все придут.

Я спросила:

— Кто это — все?

Она ответила с улыбкой:

— Оскар, Пандора, Лира, Каспар, Цезарь и Гермиона. И ещё кое-кто, с кем я сейчас говорила по телефону…

Как ни была я слаба, я всё-таки села в постели.

— Они все сейчас придут?!

Юля засмеялась и уложила меня обратно.

— Лежи ты, умоляю тебя. Да, Аврора, все они сейчас примчатся.

Я обвела взглядом вокруг:

— А это что за место?

— Ты у меня дома, — сказала Юля. — Это моя квартира.

— И где она находится?

— Есть такой город, называется Лос-Анджелес. Знаешь такой?

— В Калифорнии?!

Она засмеялась.

— Да. Именно там.

Дверь открылась, и появился Оскар с двумя бутылками, большой и маленькой. Маленькую, наполненную чем-то белым, он бросил Юле: