Чтение онлайн

В тексте были указания по охране «Центра ББ». Предписывалось соблюдать максимальную бдительность. В случае угрозы раскрытия «Центра ББ» предлагалось принять все меры к ликвидации опасности. Все рапорты и донесения, касающиеся «Центра», надлежало шифровать буквами «ББ».

Полковник задумался: «Центр ББ» в опасности. Теперь на Кроссби, только на нем, лежит ответственность за ликвидацию этой угрозы.

Он нервно перелистал остальные бумаги. Нет, решительно с делом Фукуды шутить нельзя! Даже если он и ничего не знает, все равно его нужно ликвидировать. История эта слишком значительна, чтобы ее можно было обойти молчанием. В случае чего все громы и молнии могут обрушиться на него, полковника Кроссби… Да, нужно немедленно действовать!

Полковник нажал кнопку звонка. В комнату вошел молодой сержант.

–  Старший лейтенант Рогге здесь?

–  Выехал в город, сэр!

–  Черт!
– выругался Кроссби.
– Каждый раз, когда он мне нужен, его не оказывается на месте!

–  Рабочий день кончился, сэр, - тихо ответил сержант.

–  Ну и что!
– воскликнул Кроссби.
– Он должен си-деть здесь столько, сколько я ему прикажу! Даже если бы это продолжалось пять дней и ночей без перерыва!

Сержант стоял молча, ожидая дальнейших приказаний.

–  Тогда немедленно вызовите ко мне капитана Малькольма из седьмого отдела!

Сержант козырнул, повернулся и направился к двери.

–  Подождите!
– вдруг окликнул его Кроссби.
– Организуем это дело иначе.

Он вырвал из блокнота листок, написал на нем несколько слов, запечатал в синий конверт и передал ожидавшему сержанту:

–  Найдите капитана Малькольма, отдайте ему пакет и затем отправляйтесь искать старшего лейтенанта Рогге. Передайте ему мой приказ: немедленно явиться сюда!

Сержант вышел.

Кроссби встал, поправил съехавший на сторону галстук, подошел к окну и открыл жалюзи. За окном простирался цветущий сад, а дальше виднелась улица, по которой шли толпы горожан. Издали все они были словно на одно лицо.

Кроссби открыл окно. В комнату густой волной ворвался шум. Послышались звуки клаксонов, громкие голоса уличных продавцов. Полковник с минуту постоял у окна, вслушиваясь в шум улицы. Потом резко закрыл ставни, снова опустил жалюзи и вернулся к столу. Усаживаясь в кресло, он недовольно прищурил глаза и безнадежно произнес:

–  Вот и попробуй найди в этой толпе человека по имени Фукуда!

Он протянул руку к телефону, снял трубку и набрал номер:

–  Генерал Смит дома?.. Да, Кроссби. Я хотел бы поговорить с ним…

–  Я вам очень благодарен, генерал, за эту ценную информацию! Очень!

Плотный, высокий мужчина с сигарой во рту произнес эту фразу, чуть наклонив голову. Канадзава ответил глубоким поклоном.

–  За это не нужно благодарить, сэр! Это моя обязанность. Я должен предупреждать наших друзей об опасности, которая грозит им, а значит, и нам, генерал,- подчеркнул он последние слова.

Человек, которого Канадзава назвал генералом, покровительственно и удовлетворенно усмехнулся:

–  Вы правы, как всегда! Друзья не должны благодарить друг друга за общее дело. Они должны оказывать взаимную помощь. Мы, американцы, твердо придерживаемся этого правила.

Он отложил сигару, встал и, наполнив рюмки ярко-красным ликером, чокнулся с Канадзавой. Оба выпили и с минуту помолчали.

–  Я хотел спросить вас, генерал Канадзава, - хитро прищурившись, сказал американец, - не считаете ли вы, что пора покончить с вашим затянувшимся отдыхом?

На бесстрастном лице жандармского генерала не дрогнул ни один мускул. Голос его звучал спокойно и даже равнодушно, когда он ответил:

–  Не думаю, чтобы мое личное мнение играло здесь основную роль. Я предоставляю это решить моим настоящим друзьям.

–  Превосходно, превосходно!
– рассмеялся американец.
– Вы, японцы, прекрасные политики. Скажу прямо - я никогда бы не смог так ответить. «Я предоставляю это решить моим настоящим друзьям»! Прекрасно!.. Поэтому, - похлопал он гостя по колену, - можете считать период своего вынужденного отдыха законченным. Завтра утром я посоветуюсь с генералом Макартуром и полагаю, что в течение ближайших двух-трех дней вы получите назначение. Нам очень нужны опытные люди. И вообще, мы никогда не забываем о друзьях. Вы, генерал, скоро убедитесь в этом.

Канадзава склонил голову в знак признательности.

–  Возвращаясь к делу Фукуды, - продолжал американец, - следует остановиться на главном: чем этот человек занимается в настоящее время и где он живет? Полковнику Кроссби предстоит немало повозиться с этим Фукудой, пока он найдет его.

–  Я уже подумал об этом, - ответил Канадзава, - и на свой риск предпринял некоторые шаги.

–  Ого! Я вижу, вы энергично беретесь за дело, генерал! Но, может быть, вы все-таки откроете мне тайну, что именно собираетесь предпринять? Боюсь, что полковник Кроссби останется далеко позади.

Японец ощерил свои желтые зубы в усмешке:

–  Полковник Кроссби - мой друг. Я обязан ему своей жизнью. Если бы не он…

–  Знаю!
– перебил американец.
– Это старые дела, о которых не стоит вспоминать.

Зазвонил телефон. Хозяин поднял трубку:

–  Алло, Смит у аппарата.
– Он ладонью прикрыл трубку и повернулся к гостю: - Это Кроссби.

Несколько минут он внимательно слушал то, что ему говорил полковник. Потом усмехнулся и ответил:

–  Ладно, я жду… Будете здесь через двадцать минут? Хорошо… Ясно! Раз вы считаете, что дело очень важное, приезжайте.
– Он положил трубку.
– Кроссби сейчас приедет сюда.

Канадзава встал:

–  Я должен идти. Мне не хочется встречаться здесь с моим приятелем Кроссби. Он, пожалуй, может подумать, что я не питаю к нему доверия.

Смит кивнул головой в знак согласия.

–  Постойте!
– вдруг вспомнил он.
– Вы хотели сказать мне кое-что о предпринятых вами шагах.

–  Я расскажу вам дня через два-три, - сухо ответил Канадзава.
– Вы сами назначили такой срок, генерал.

Проводив гостя и закрыв за ним двери, Смит пробормотал:

–  Ловкая бестия, черт побери! Чтоб его…

Человечек с ястребиным выражением лица, в оборванном кимоно и стоптанных башмаках читал в углу небольшой комнаты газету. Поодаль несколько рабочих оживленно о чем-то спорили. Человечек, казалось, не обращал на них никакого внимания и был целиком поглощен чтением. Однако он только пытался казаться равнодушным. Маленькие, сверлящие глазки время от времени незаметно отрывались от газеты и быстрым, скользящим взглядом пробегали по лицам занятых разговором людей.