Чтение онлайн

– Черт! – раздраженно прошипел Крайкович, топнув ногой. – Сучка мусульманская!

– Да все правильно она сделала, – отозвался из угла Семенов. – Тебя просто злость ослепляет.

– Да, у меня злость, – сказал смутно различимый в темноте Милован. – А что, у меня какие-то другие чувства должны быть? Мне что, веселиться и танцевать? Все рухнуло!

– Не суетись, – голос Семенова был почти уверен. – Вот увидишь, все не так плохо…

Пленников опять накрыла тишина.

Начавшийся было с полудня мелкий дождик длился недолго. Тучи летели по небу, словно сорвавшиеся с привязи. Обгоняя друг друга, они спешили на запад. Дождик поморосил пару часов и стих. День был теплым, и вскоре от воды ничего не осталось, кроме легкой свежести. Тяжелые тучи ветер погнал на юго-запад, в сторону Черногории и дальше, к благословенным водам прозрачной Адриатики.

Там, где плескалось теплое и ласковое море, уже давно было спокойно. Война в Югославии в свое время зацепила и эти приморские края – Хорватию, Словению, Боснию, однако там уже царил мир. И последствия войны исчезли либо исчезали благодаря людям, старавшимся сделать все возможное. А здесь, в горах Косово, о мире можно было лишь мечтать. Противоборство двух сил делало эту землю ареной войны.

Загородная местность неподалеку от Дмитровицы в этот день выглядела пустынной. Знаменитый мемориальный храм Святого Георгия по-прежнему гордо возносил свой позолоченный купол в небеса. После того как начались ремонтные работы, он, казалось, ожил. Реставраторы из Белграда и Загреба принялись восстанавливать древний памятник, стремясь придать ему тот самый оригинальный вид. Работа была тщательной и кропотливой. Результаты уже были видны, и оставалось только ждать завершения реставрации.

Однако временный деревянный храм, возведенный совсем недавно, ничем подобным похвастаться не мог. О нем сейчас приходилось говорить только в прошедшем времени. Теперь на месте церкви лежали лишь головешки. Пожар уничтожил святыню. Единственное, что удалось спасти из пылающего храма, – одну древнюю икону, которую, подвергая опасности свою жизнь, вынес житель Дмитровицы.

Сегодня был выходной, и реставраторы отсутствовали. Работа у них была нелегкая, и, соответственно, отдых умельцам тоже требовался. Кто-то сидел в кабачке, кто-то валялся в гостинице у телевизора, а кто-то шлялся по городу, надеясь завести новое и увлекательное знакомство. У всех были дела. Никто другой здесь сегодня тоже не появлялся – делать тут было нечего. Однако совсем недавно пустынность и тишину нарушил звук машины.

Неподалеку от храма Святого Георгия стоял военный джип с эмблемой миротворцев на борту. «Хаммер» приехал сюда буквально несколько минут назад. Из машины никто не выходил, и по всему было видно, что приехавший в ней ожидает кого-то. Место для встречи было действительно неплохим – открытое, обозреваемое, все было видно как на ладони.

Джипу не пришлось долго оставаться в одиночестве. Следом за ним, но только с другой стороны подкатила еще одна машина, «Пежо» цвета морской волны. Из обеих машин почти одновременно вышли люди, направляясь друг к другу. Из джипа вылез Мишель Мазур вместе со своим провожатым-барменом, а из второго автомобиля показался Божидар Пелагич.

Идя навстречу, Божидар широко улыбнулся. Всем своим видом он демонстрировал дружелюбие и расположение. В отличие от него на лице Мазура вообще нельзя было ничего прочитать, оно оставалось непроницаемым. Подойдя вплотную, Божидар протянул для приветствия руку. К его удивлению, адъютант демонстративно заложил руки за спину. Стало ясно, что теплого разговора не получится. Нет, серб особо и не рассчитывал на радостную встречу, но все-таки…

– Добрый день, – немного сконфуженно произнес Божидар.

– Здравствуйте, – сдержанно прозвучало в ответ.

Легионер глядел на него, пронизывая насквозь ледяными глазами.

Две стороны напоминали встречу двух воюющих сторон на переговорах, а сухие приветствия, не выходящие за рамки соответствующего дипломатического протокола, еще более подчеркивали похожесть этой картины.

– Ну что ж, господин Мазур, не буду вас долго задерживать. Перейдем сразу к делу, – начал Божидар. – Объясню, почему я просил о встрече.

На бармена он не обращал никакого внимания, как будто его здесь вообще не существовало. Тот тоже вел себя по-своему, отличаясь от двух присутствующих сторон. То он жалко улыбался, то старался сделать отсутствующий и независимый вид, но и то, и другое ему удавалось слабо, как-то неубедительно.

Быть связующим звеном – дело не всегда благодарное. В случае неудавшегося контакта сведенных сторон часто возникает опасность стать причиной всех проблем, с соответствующими неприятностями лично для себя. Бармен эту непреложную истину усвоил давно, так что ему страстно хотелось, чтобы переговоры высоких сторон прошли успешно.

– Слушаю вас, – сухо сказал легионер.

– Хочу правильно расставить все акценты, – медленно подбирая слова, произнес Пелагич. – На вас было совершено нападение, не так ли?

Мазур ничего не ответил, как бы говоря: не задавай идиотских вопросов, ближе к делу.

– Да, конечно, – кивнул Божидар. – Так вот, вы можете думать, что его инициировал я, что это – дело рук моих людей. У нас здесь немало таких любителей нагреть руки за чужой счет, которые умеют переводить стрелки на людей, не имеющих к этому никакого отношения.

– Ну и…

– Уверяю вас, что я не имею к этому никакого отношения. У меня нет желания с кем-то ссориться, особенно с миротворцами. Прошу понять меня правильно, я никого не боюсь, но справедливость требует объяснений. Некоторые обстоятельства могут указывать на меня, поэтому хочу все растолковать.

– Неужели? – саркастически изрек адъютант.

Бармен, стоявший рядом, напоминал трусливого зайца: он то на мгновение замирал, то начинал невольно гримасничать. У него смешно подергивался глаз, придавая ему комичный вид.

– Вы же сами должны понимать, – развел руками серб, – я работаю не один. У меня, конечно, немаленькая организация, и, как в каждой, в ней имеются и свои проблемы. Один из моих ближайших подчиненных, Милован Крайкович – человек, которому я практически безгранично доверял. Так вот он, обладая всеми данными и сведениями, неожиданно вышел из-под контроля.

– Прискорбно, – реплики Мазура несколько выбивали Божидара из колеи.

Серб ожидал какой-то более заинтересованной реакции, расспросов, гнева, наконец, но никак уж не такого каменного подхода. На мгновение у него даже сложилось впечатление, что он допрашиваемый, и теперь ему приходится оправдываться перед следователем. Стряхнув наваждение, Пелагич продолжил, глядя в холодные глаза миротворца.

– И вот он, этот сукин сын, по собственной инициативе обработал и выкрал вашего солдата, Андрея Семенова. Далее он со своей бандой устроил на вас нападение, хотел захватить деньги. Но вот здесь он, как вы сами знаете, прокололся.

– Это мне известно, – прозвучали слова легионера.

– И в результате этих своих художеств, по-моему, и попал в руки Хайдари.

Божидар помолчал, глядя на Мазура, но на лице легионера совершенно невозможно было прочитать впечатления от слов серба. Проведя ладонью по лбу, он продолжил: