Чтение онлайн

Тогда Перу почти все страны оставили один на один с трагедией. Мало кто послал помощь. СССР послал самолёты военно-транспортной авиации. В такую даль они летели на помощь Перу впервые. Долетели вместе с докторами и помощью. Но один самолёт и 22 человека в нём пропал. Пропали они где-то над Атлантикой. Самолёты вылетали из нашего маленького литовского городка. Плачь стоял среди жён погибших пилотов сильный. Тогда Советская армия спасала людей даже в Перу. В Юнгае им памятник стоит. Как в Сицилийской Мессине памятник Русским морякам.

Сейчас мы здесь в то время, когда эта трагедия ещё совершенно недавняя. И к русским в Перу относятся очень хорошо.

Опять поехали быстро. Сколько проехали не понятно, как не понятно в какую сторону и на какой глубине мы едем. Всё-же под землёй находимся.

— Едем на север и уже под горами. Над нами шесть километров грунта. — подсказал Гоша младший.

Как-то немного жутковато стало. Остальным не сказал. Захотят — сами узнают.

Так, похоже мы на месте. Экипаж остановился. Мы ехали почти час. Выгружаемся и трамвайчик уезжает.

— Берегите головы, без Гош назад не вернёмся, тут и погибнем. — поддержал я всех бодрым тоном.

Похоже нам в эту дверь. На ней еле тлеет квадратик от пола на 30 сантиметров. Всё понятно. Прикладываем руки, дверь открывается, и мы входим. Помещение явно в другом измерении. Громадный зал, стена напротив еле угадывается вдалеке. Везде стеллажи. И как тут найти то, что нам нужно? Мне вообще становится не совсем понятно на кой нам строить убежища, если есть такая сеть подземелий.

— Вы все инициированные, поэтому вы здесь и живы. Других сюда не пустят. — говорит Гоша.

— Ну и какого ты раньше молчал? Ты же видел, что я побаиваюсь. — риторически спросил я.

— Тебе полезно.

Так, на полу линия светиться. Идём по ней. Прошли не меньше ста метров. Линия налево, и мы туда. Линия привела нас к длинному стеллажу. На нём стояли агрегаты, похожие на шкафы. Линия заканчивалась перед одним из них.

— Слушай, а откуда тут это всё? — спросил я.

— Так дубликаторы работают. Как что-то расходуется, то сразу заменяется на новое. — ответил мой намозговик.

— И я могу здесь взять всего сколько хочу?

— Нет по нормам запасного убежища.

— А где узнать нормы?

— У меня. — ответил разговорчивый мой нахлебник.

— Так, постой, а наружу это можно вынести?

— Можно, но вероятность смерти от охранных систем при совершении такого действия равна 95 %.

— Нет, нам это не нужно. Как пройти назад к шлюзу?

— Я пошутил. — ответил несносный малый.

— Короче, давай всё по порядку. Как что, почём и зачем. Как для убогого. — попросил я приживалу.

Оказалось, что всё не так плохо, как на самом деле. Придётся на каждый предмет отправлять запрос на владение и вынос. Отправить не сложно, но вот ответят или нет зависит от вышестоящих. Так как у нас есть ограничения, то что-то, возможно, дадут, а что-то зажилят. Поэтому необходимо обдумывать целесообразность запросов. Нам этот синтезатор пока вовсе не упал. Подобный, но поменьше есть в скафандре и он вполне рабочий.

Вот так и живём мы с этими симбионтами. Сначала мы что-то делаем, бьёмся, как рыба об лёд, а всё попусту. Затем всё переделываем и вовсе всё не так получается.

— Но вот схему и инструкцию по сборке можно взять?

— Можно, но не нужно. Синтезатор скафандра не сможет синтезировать это. — понял собеседник мою мысль на лету.

Ладно. Есть возможность гипотетической помощи, а это уже много для спокойствия духа.

— Скажи, советчик, а скафандры тут есть?

— Скафандров в сборке тут нет, но есть оружие, это вам явно понадобиться.

— Всё. Идем отсюда. Нечего глазеть. В оружейку едем. — сказал я всем.

Ну вот какого все эти симбионты молчали до самой развязки? Почему не подсказать путём и пораньше? Это у них юмор такой что ли, или менталитет у нас разный?

Все опечаленно и несколько устало двинулись к выходу стройной толпой. Было жаль времени, потраченного впустую. Прямо руки опустились. Как-то нелепо всё. Зовут на бой, а ленд лиз не открывают. Жадные они все, вот что я вам скажу. Если бы не всемирный… конец, то есть, можно было бы и вообще пойти себе и жить в нормальном месте и прекрасном времени, пока помрёшь. И ведь каждый так думал, а ещё и обо мне что-то себе говорил неласково и непечатно.

Ладно, пускай себе идут, ещё не вечер. А может уже и вечер. Здесь солнца не видать.

Вышли к остановке омнибуса и Джасик занёс лапу, чтоб вызвать тарантас.

— Всем стоять! Джас, стой, твоя шерсть! — заорал я, осенённый гениальной и своей мыслью.

— Советчик, а как заказать то, что нам надо?

— Заполнить форму на складе.

— Все назад! Вперёд назад, вам сказано, а не вперёд вперёд! — толкнул я флегматичного и немного замедленного в реакциях от отсутствия воды Цыгана коленкой.

Цыган посмотрел на меня, как на бешенного и поплёлся назад вперёд, вернее наоборот. Хорошо хоть дверь ещё не закрылась, а то шарить, сгибаясь до пола неудобно, когда несёшь шестиметровую лестницу, как Спаситель свой крест. Плюнул я на лестницу и оставил её сиротливо стоять у стены. Когда все мы собрались опять в громадном предбаннике склада ништяков, оказалось, что опять необходимо приложить наши лапы и руки на выделенный квадрат, а он был на столе, а столешница была на высоте трёх метров. Похоже у всех компьютерных гениев всех планет и народов всегда на паролях крыша едет конкретно. В этом они очень похожи с полицейскими и их вопросами о безлошадных дровосеках на экзаменах по вождению. Но полицейские безвредны в своей и только этой конкретной дури, а тут за лестницей придётся идти… назад.

Когда я вышел в коридор, какой-то железный гад уже куда-то волок мою собственность, ковыляя на шести лапах, как паук. Я еле поймал этого ударника приборки и радетеля чистоты наших отношений с подземельем. Вырвал из загребущих лап лестницу и поплёлся назад. Видно я так и помру под ней или на ней.

Вернулся я в начало склада как раз тогда, когда Джас от нечего делать почесался боком о ножку стола. Стол принял команду и моментально упал под размер роста Джаса. Тот еле успел отскочить. Реакция у котов хорошая. Я, конечно, осатанел вовсе и попытался приложить руку к столешнице, держа в другой лестницу. Столешница уехала на шестиметровую высоту лестницы. Я развернулся и швырнул ненавистный предмет в показавшегося в двери паука. Тот в полёте подхватил её и уволок в коридор. Но тут уж я включил интуицию и почесался правым боком о ножку стола. Реакция у меня была не кошачья и столешница пребольно ударила моё правое плечо, когда падала вниз на удобную для меня высоту.

— Стул! — заорал я от боли.

Мгновенно получив стулом… с низу, я плюхнулся на него и успокоился. Надо было привести мысли в порядок. Не только я, но все мы приложили конечности к квадрату и на столе зажглась клавиатура незнакомого вида.

«Уважаемый» написал я медленно одним пальцем тыкая в незнакомые иероглифы. Затем стёр написанное и задумался. В конце второго часа печатанья и исправлений из-под моего пальца вылезло на голографический монитор следующее послание: