Чтение онлайн

– Ловко!
– прокомментировал Том.
– Распаковывай следующий, а я этот запеленаю обратно, - предложил, когда Кай потянулся за банановым листом, чтобы снова завязать пенек.

Для надежности котелок Том поставил на землю и зажал ногами. У него было плоское, а не полукруглое дно, но все равно не хотелось терять с таким трудом добытую жидкость.

Воды оказалось все же не так много, как хотелось бы - первая пальма была самой большой, а потому и полость в ней удалось сделать больше. Но все равно они наполнили кастрюлю, и у них остался неплохой запас на вечер.

– Я думаю, это из-за дождей так, - прокомментировал Кай их “охоту” на обратном пути.
– Когда будет сухо, там много не нацедится.

– Все равно это лучше, чем ничего, - Том огляделся вокруг.
– Банановых пальм полно, можно сделать целую плантацию и “доить”, - он перешагнул через ствол упавшей пальмы, подумал, что Йенс, возможно, захочет разрубить его на поленья для костра.
– Я никому ничего не скажу, не беспокойся, - добавил невпопад.

– Что я отсосал Йенсу?
– уточнил Кай, легко и свободно проговорив каждое слово, хотя сам Том немедленно залился краской.
– Да хоть на весь остров ори. Мне-то что?

С ответом Том не нашелся. Ну а правда, вот что на такое можно сказать? Что сосать стыдно? Не стыдно, если в удовольствие обоим. Что нельзя предаваться разврату? Где такое было написано? В контракте - так точно нет. Что это аморально?.. А кто-то из отправившихся на остров был связан отношениями? Даже если и да, то это их дело и ничье больше.

 - А это трудно?
– спросил Том, чувствуя, что горят не только щеки и уши, но и шея, и даже грудь.
– Я слышал, подавиться легко.

Кай покосился на него и улыбнулся - на этот раз по-доброму.

– Ты сразу-то до яиц не пытайся заглотнуть, - посоветовал он.
– Потихоньку, привыкая… Даже если не брать в горло, все равно приятно будет. А уже потом, когда поймаешь кайф - тогда уже можно попробовать расслабиться. Но, в любом случае, получится, только если будет нравиться. Через силу - только проблюешься и возненавидишь член в глотке до конца своих дней.

– Понял, - медленно сказал Том, повторяя услышанное про себя, чтобы запомнить.

Хотел было спросить, а какой кайф сосать кому-то, но подумал, что не получит ответа. Нет, Кай, конечно, не промолчит, но фраза “сам поймешь” особо не поможет делу. А в случае с сексом, насколько о нем был осведомлен Том, по-другому и не скажешь. Просто невозможно объяснить, что такое оргазм, его надо чувствовать.

– Понял он!
– неожиданно фыркнул Кай.
– Я бы даже предложил попрактиковаться, но ты такой девственный святоша, что того и гляди в обморок грохнешься от таких предложений.

 - Я не девственник!
– заявил Том со всей возможной твердостью в голосе. Кажется, теперь полыхал он весь, даже пяткам стало жарко.
– Ну, вернее, не совсем.

– То есть ночью тебя все-таки сводить прогуляться?..
– Кай выразительно вздернул бровь.

 - Лучше Риттера пригласи, - поспешил откреститься Том. Кай оказался неплохим собеседником, но в его теле не было ничего привлекательного. Тому нравились высокие и в меру мускулистые, с утра вкусы не поменялись ни на йоту.
– Мне еще о жребии договариваться, забыл?

– Вот же… - Кай цыкнул и покачал головой.
– Расслабься, птенчик. Я шучу.

– По тебе не видно, когда шутишь, а когда всерьез, - попытался оправдаться Том. Вышло так себе, ну да и ладно.
– Идем? А то крабов сожгут к чертям, жалко же. Как вы вообще их нашли-то, с ума сойти. Как по мне - на острове одни скорпионы и москиты.

Последние после дождя просто обезумели. Ночью Том не знал, куда деться от бесконечного жужжания, а сейчас у него зудело буквально все тело.

– Это не ко мне, это к Йенсу, - Кай снова улыбнулся.
– Он постарался на славу, за что и получил свою законную награду… Да не красней ты!
– Кай насмешливо покосился на Тома.
– Ты же вроде кумир всех малолеток? Что ж тогда такой нетраханный?..

Том наставил на него палец.

 - Ты сам ответил на свой вопрос, - сказал с улыбкой.
– Я - кумир малолеток. А с ними, как ты выражаешься, хорошего траха не выйдет. Я не о законах и ответственности, если что, просто...
– он вздохнул и снова улыбнулся.
– Просто это не мое.

– Ясно, - Кай поставил кастрюлю на песок и снова вытер глаза.
– А чего тогда не Пейс? Если уж нравятся постарше, - он хмыкнул.

– Постарше, но не старики, - заметил Том.
– И Пейс... не то, - он помялся, решая, стоит ли быть настолько откровенным. Но после уже сказанного глупо стесняться.
– Он должен быть высоким, спортивным, но не массивным. И чтобы во взгляде смешинки.

– А постель - усыпана лепестками роз?
– Кай коротко рассмеялся и сунул ему кастрюлю.
– Все ясно, больной. Ваш диагноз: романтизм головного мозга.

– Без романтики - не то, - Том перехватил кастрюлю.
– Теоретически я вообще не девственник. С девушками так на все сто процентов. Но не знаю, стоит ли считать полноценным быстрый секс на выпускном.

– Теоретически у меня Оскар в кармане, - съязвил Кай и, наклонившись, подобрал большущую улитку. Та уже почти спала, но, потревоженная, высунула рожки.
– В общем, Ачестон - кумир твоих влажных мечтаний, и тебе дико хочется украсить песок выразительными следами. И лишь Кертис мешает впасть в нирвану соблазна и похоти…

– Да знаешь...
– Том непременно почесал бы затылок, да руки были заняты кастрюлей.
– Я пока не понял, так ли он сильно мешает. Он смешной и забавный, и с ним поговорить интересно. Скорее, - Том все-таки поставил кастрюлю на песок, но принялся чесать не затылок, а искусанные ноги.
– Скорее, это я ему мешаю. Сам же сказал, он мне в морду хотел.

– И что?
– Кай воспользовался передышкой и встал спиной к солнцу.
– Уступишь? Или будет файт?

– Конечно, будет!
– заявил Том.
– Все, пошли, пока от крабов не остались одни угли!

Кертис мог быть сколь угодно милым и смешным, но разговор с Каем дал Тому ясно понять: к Саммвелу у него не просто симпатия. Ачестон был тем самым, с кем и под пальмой на песке так же круто, как в пятизвездочном отеле. Если не круче.

Ну, по крайней мере, так сейчас казалось…

– Ну бить будут - зови, - хмыкнул Кай.
– Впишусь за тебя. Правда, думается мне, ты Кертиса уложишь, даром что он тебя выше.

– Надеюсь, до этого не дойдет, хотя для рейтинга подобное будет то, что надо, - вздохнул Том.