Чтение онлайн

Может быть, он бы и не пробил своим жалом плотную кожу сандалий, но если бы попал между ремешков - помереть Кай, наверное, не помер бы, но в их лагере стало бы двое хромых. По крайней мере, на следующую пару недель.

Вглядываясь в темноту, он зашел с другого бока и достал-таки трофейную улитку. Водрузил ее в наполненный кулек, положил ладони поверх рук Йенса, как бы пробуя добычу на вес. Тот понял, расслабил мышцы, и Кай ощутил изрядную тяжесть. Конечно, большая часть пойдет в помойку - внутренности, панцири, другие несъедобные части. Но оставшегося все равно хватит, чтобы подкрепиться.

 - Интересно, а мясо можно будет засолить, как лосося, например?
– вслух размышлял Кай.
– Или как сардины, замочить в морской воде - чем не рассол?

– Сомневаюсь, - покачал Йенс головой.
– И посуды нет.

В этом он был прав - не использовать же для экспериментов единственную кастрюлю.

– Завтра разведу огонь, - добавил Йенс, когда они уже подходили к лагерю.

– А если снова будет дождь?
– Кай прикрыл глаза ладонью и посмотрел наверх.

– Все равно, - уверенно ответил Йенс, и Кай сразу же ему поверил.

Он подержал кулек, пока Йенс тщательно его завернул и для надежности перемотал какой-то лианой. Кай даже не удивился, что, направляясь по нужде, Риттер взял с собой нож. Пристроив кулек под пальмой рядом с укрытием, они поспешили в тепло.

 - ... и вот моя рука уже у нее под юбчонкой, а вместо милых складочек я натыкаюсь на член!
– вдохновенно рассказывал Роберт.

Все дружно расхохотались, кто-то - в темноте Кай не разглядел - хлопнул себя по коленям.

 - И чего, ты отступил?
– спросил Крайтон. Надо же, и великому директору тоже смешинка в рот попала. Его голос звучал легче и моложе.

 - Ага, щаз вот!
– самодовольно протянул Роберт.
– Заставил отработать и за себя, и, что называется, за того парня.

Взрыв хохота едва не сбил с ног, и Кай малодушно подумал, что не отказался бы еще побродить по джунглям.

– О, смотрите, живые и даже целые!
– Кертис первым заметил их возвращение и тут же хищно прищурился, глядя на зеленый сверток.
– А это что?

Йенс не ответил ему, а Кай неохотно буркнул:

– Завтра узнаешь, - и поспешил натянуть трусы.

На самом деле нагота его не волновала, но яйца, по ощущениям, уже начали покрываться инеем.

Но хоть волосы сушить не пришлось: к последней роли Кая побрили под машинку, оставив миллиметра три, чтобы подчеркнуть форму черепа, и почти до самого отплытия на остров подравнивали длину едва ли не каждый день. Съемки длились почти полгода, так что к безволосой макушке и диете - а он должен был выглядеть почти болезненно худым - Кай давно притерпелся.

Единственное, с чем придется как-то выкручиваться - это бритье. Если растительность над верхней губой просто бесила - Кай не согласился бы отрастить усы даже ради роли, гарантировавшей получение Оскара и гонорар в двадцать миллионов баксов, - то борода у него росла мерзкая. Клочками, да еще и отдавала в рыжину.

Ладно, вроде говорили, что есть растения, которые, если потереть меж рук, пенятся. А сбрить его "три пера в два ряда" можно и ножом.

– Так парни, я пошел...
– Кертис болезненно охнул.

 - А я говорил, второй точно есть не стоило, - наставительно заметил Ачестон.
– Далеко не уходи, неохота искать тебя среди ночи.

– В траву не ходи!
– предупредил Кай.
– Там скорпионы. Я на одного чуть не наступил.

– А раньше ты сказать не мог?
– нахмурился Крайтон.
– Пока вас не было, мы уже все по два раза сбегали.

Кай пожал плечами - мол, ваши проблемы - и сел рядом с опустившимся на свое место Йенсом.

– И все же, что там?
– поинтересовался Том, разглядывая кулек из банановых листьев.
– Крабы?

– Улитки небось, - отгадал Роберт.
– Я тоже видел. Здоровые такие.

– А чего не набрал?
– строго спросил Ачестон.

 - А куда?
– язвительно поинтересовался Роберт.
– Даже трусы и те тут остались, и, в отличие от тебя, до листьев я не дотянусь.

Рост у Роберта был вполне себе средний, и он был даже на пару сантиметров выше самого Кая. Но в Голливуде в последние годы произошло настоящее нашествие викингов, гераклов, зен - королев воинов и прочих супергероев и фотомоделей, и Роберт отчаянно комплексовал, хоть и трубил на каждом шагу, что полностью доволен своим ростом.

Кай такой фигней не страдал. Вот еще радость, вымахать, как этот Ачестон. Ноги-руки длиннющие, вместо стоп хоббитячьи лапищи, даром что не волосатые. Разместить такого в постели - уже задачка со звездочкой, а уж если там двое - то все, высшая математика, зовите профессуру!

Хотя взять того же Йенса… Он ведь был ненамного ниже Ачестона, но смотрелся совсем иначе: его тело, без сомнения, тоже было большим, но при этом гармоничным.

Кожа сохла бесконечно долго. Вода скорее стекла, чем испарилась, когда Кай с облегчением натянул футболку.

– Подо мной лужа!
– вдруг возвестил Армс.
– Натекло, вашу ж мать!

– Интересно, откуда, - хмыкнул Хиллерманн. Пощупал сверху, поправил несколько листьев.
– Хочешь - поменяемся, мне все равно жарко, - предложил таким тоном, будто речь шла о размене десятидолларовой купюры.

 - Тебе когда-нибудь бывает не жарко?
– поинтересовался Крайтон.
– Я тебя не с голой грудью сегодня в первый раз увидел.

Хиллерманн лишь хмыкнул, а Крайтон покосился на него с отчетливой завистью.

– Так, в общем, вот фонарь, - Хиллерманн попытался повесить прибор на веревку, но тот оказался слишком тяжел.
– Тогда в середину положим, чтобы не отсырел. Кому ночью приспичит - берите.

 - Если мне приспичит ночью - я далеко отходить не стану точно, - Том зевнул и свернулся клубком. Вот прямо самым настоящим, уперся лбом в колени и довольно вздохнул.

Листья разошлись, и в относительное тепло ворвался свежий ветер.

– Кажется, непогода только разгоняется, - заметил вернувшийся Кертис. Трусы он надевать не стал: натянул футболку на свой костлявый зад и ввинтился на облюбованное место рядом с Ачестоном.

– Будем надеяться, завтра дождь кончится, - Кай обхватил себя за плечи. Как они ни старались сохранить одежду сухой, она все равно была неприятно влажной и холодила.

– Ладно, спокойной ночи всем… - Ачестон улегся, сложив руки на груди, и его светлые волосы защекотали Каю ступни.

Недовольно нахмурившись, Кай поспешил сползти ниже, чтобы никто не занял его место, но было поздно: полноценно лечь уже не получалось.

– Эй, не пихайся!
– возмутился Ачестон в темноте - удивительно, но ночь настала так быстро, словно свет просто выключили.