Чтение онлайн

Что-то уже стало не так у него на душе, что-то уже стало не так у него в голове, уже куда-то начала исчезать та его раскованность, тот его бесшабашный подъем демосного духа, сил, порыва, которые были до заключения договоров. И хотя он сам стремился заполучить на нужды своей фирмы как можно больше денег, но с получением их он чувствовал, что из него что-то постепенно уходит, выветривается, что-то естественное, бесшабашное, людское. Он понимал, что теперь втягивается и сам вместе со своей лабораторией в этот государственный круговорот, в этот стремительный бег, в эту суетную катавасию, названную в мире бизнеса «борьбой за выживание», и что его чистой науке теперь придется уже как-то отойти в сторону, потесниться.

События в стране начали разворачиваться как-то уж слишком быстро и совершенно по непредвиденному заранее плану. Кто-то распространял слухи, что «Вдовушка» их не уничтожена, что она жива, но сейчас скрывается где-то в другом месте. И мнение общества на это явление разделилось диаметрально противоположным образом. Круглики возмущались, неистовствовали. Квадрики же наоборот, восхищались, степенно посмеивались.

И в городах, словно и туда докатились бурные весенние потоки, сбежавшие с гор, вспыхнули волнения, демонстрации, шествия, митинги. Одни требовали правды, требовали отчета у правительства, другие же противились. То там, то здесь возникали стычки кругликов с квадриками. Масла в огонь раздора подлила еще больше и пресса.

Восемнадцатого апреля в газете социалистов «Нью рипаблик» была тиснута статья, подписанная инициалами «Т. Л.» под названием «Наркотики и первый помощник президента Вито Фелуччи». С фотографии смотрел улыбающийся Филипп Кланг, владелец бара в Майами, пожимающий руку Вито Феллучи. На другом снимке была запечатлена яхта «Кристина», принадлежавшая, как утверждает автор, Клангу. Поодаль от нее хорошо проглядывались туши китов, облепленные какими-то резиновыми мешками, люди в лодке. И ниже приводились данные, говорившие о связях людей Ральфа Хилдбера с контрабандистами и торговцами наркотиками. И в этих мешках, что вы видите на снимке, сообщал неизвестный «Т. Л.», находятся наркотики.

Появление этой статьи вызвало шоковое смятение среди боссов партии «Сильная нация». «Нужно заткнуть им глотку!» — посетовал директор ФБР крошка Берни Шенк. Были направлены заявления в суд о привлечении газеты к ответственности за клевету на помощника президента и взыскания с нее штрафа в размере десяти миллионов долларов. Статья обсуждалась на заседании конгресса. Конгрессмен Альберт Скотт, член республиканской партии, потребовал создать комиссию по расследованию дела Вито Фелуччи. Его поддержали.

Спустя два дня в «Нью-Йорк таймс» была опубликована статья сенатора Р. Джонсона — «Как был избран президент?» Сенатор приводил ряд фактов, свидетельствующих об использовании для массового облучения генераторов ГСД в предвыборной кампании Ральфа Хилдбера. На фотографиях, сделанных в Техасе, были засняты фургоны несуществующей телекомпании Кей-кей-си с излучателями биоволн на крышах. Почти рядом, на трибуне, выступает с речью Ральф Хилдбер. В той же статье приводилось интервью с Альбертом Тэйнером, крупным специалистом по созданию ГСД в лабораториях военно-морской базы № 23. Тот, отвечая на вопросы корреспондента, подтвердил, что они собирали и монтировали генераторы ГСД на базе фургонов по заказу губернатора Ральфа Хилдбера, как передвижные средства по борьбе с преступностью. «Воздействуя на умы избирателей и выборщиков своими биогенераторами, партия «Сильная нация» вынудила жителей штата Техас поддержать кандидатуру Ральфа Хилдбера», — подытожил весь материал статьи сенатор Р. Джонсон.

Разразился очередной правительственный скандал. Начали всплывать некоторые нарушения в избирательной кампании Ральфа Хилдбера. Но это не было таким страшным, как та статейка о наркотиках. Всегда после выборов потерпевшие поражение еще долго машут кулаками, и к этому почти уже все привыкли, хотя и делают вид, что сильно возмущены, что они, дескать, разберутся во всем, накажут виновных и примут соответствующие меры. Но хлестанул снова газетный взрыв, хлестанул как тот длинный ковбойский кнут, больно ударяя кончиком по лицу, хлестанул громко, да так, что этот звук был услышан и за пределами Штатов, и чуть не вызвал международный скандал.

В газете коммунистов «Уоркер», подписанная не то именем, не то коротким псевдонимом «Дже», статья называлась «Кто сорвал договор по уничтожению «Вдовушки»?» В ней автор приводил ряд подробностей, раскрывающих махинации с двойником «Вдовушки», с заменой настоящей последней на Земле атомной бомбы ее подставным металлическим манекеном, который-то и был уничтожен в день «Т». Приведены фотографии. На одной из них, будто выехав на воскресный пикник, губернатор Ральф Хилдбер и его окружение, стоят в зеленой роще и любуются новой пусковой шахтой, из открытого люка выглядывает красная ядерная боеголовка «Вдовушки». Дается и название этой местности, где сейчас прячут люди президента «Вдовушку». Еще «Дже» намекает в статье, что у него имеются также магнитофонные записи секретного совещания, проведенного на ранчо губернатора перед поездкой того в штат Техас, на последнее свое предвыборное сражение.

В тот же день разъяренный Ральф Хилдбер приказал крошке Берни Шенку во что бы то ни стало раздобыть эти записи. Вызвав к себе госсекретаря, президент заявил, что требует внести в конституцию поправку, запрещающую деятельность коммунистической партии. «Это они, они, — кричал президент, — бегая по Овальному кабинету и натыкаясь на кресла, — являются причиной всех бед в стране! Это они, они науськивают кругликов! Это они, они ратуют на вступление страны в Единое государство! Это они, они ратуют за проведение референдума!»

И хотя президент и не рассчитывал, что будет принята эта поправка, но ему нужно было выиграть время, нужно было собраться, сосредоточиться и выработать какую-то единую, важную линию поведения его администрации. Он любил свой народ, любил свою нацию. Он считал ее самой мобильной, самой деловой, самой умной и способной. Но что-то в ней разладилось, что-то начало не так крутиться, не в ту сторону. И он ее, конечно, сплотит, он объединит всех, он поставит перед ними грандиозные задачи. Перво-наперво он увлечет всех грандиозными планами строительства моста через Берингов пролив, крытого моста, с обогревом, со всеми удобствами. Это еще более улучшит их связь с пролетариями, с русскими, их культурные и торговые отношения. Он увлечет их строительством нового гигантского космодрома неподалеку от столицы, на плато Олбани, в каких-то сотнях километров от больших городов. Он увлечет их строительством новых гигантских городов и поселений на Луне, на Марсе. И туда он перебросит в первую очередь всех этих безработных лентяев-эмигрантов, всех этих приезжих желтых и черных. Пусть поработают там на благо нашей нации. Он… он еще много сделает для Америки. Но кто будет с ним, с президентом Ральфом Хилдбером, так считаться, если за его спиной не будет уже «Вдовушки», не будет уже такой мощи…

Дебаты в конгрессе были тоже бурными. Одни возмущались поступком президента, другие же восхищались. Ральф Хилдбер говорил, что он спасал «Вдовушку» не для себя, что он спасал ее для нации, что он поступил как настоящий патриот, бескорыстно, зная, чем он рискует. Шли сюда же, в конгресс, на имя Ральфа Хилдбера телеграммы от разных по рангу и положению в обществе квадриков, и все они поздравляли президента, все они высказывали свою поддержку ему, призывали держаться до последнего, бороться на «Вдовушку». Русский же посол вручил Белому дому ноту протеста, вручил утром, а в обед уже выступал с трибуны ООН, бичевал беспрецедентный поступок, расхваливал свое мудрое правительство, в одностороннем порядке уничтожившее своего дедка-вдовца, своего атомного «Федора» еще двадцать лет назад.

Мнения в конгрессе опять же разделились, но все же, большинством голосов было постановлено — «Вдовушку», теперь уже настоящую, уничтожить, извиниться перед русскими, немедленно допустить к той пусковой шахте их военных экспертов и в ближайшие же дни исполнить все пункты того исторического договора.

И снова был проведен — с участием многих представителей из многих стран мира, многих военных, сотни две из них прилетели еще четыре дня назад из России — день «Т». И все повторилось как и в тот, в первый, в бутафорный день «Т». Те же, точнее, той же конструкции роботы-палачи совершали те же движения, резали настоящую «Вдовушку» той же лазерной пилой, отделив перед этим красную боеголовку. И те же роботы грузили ящики с кусками тела «Вдовушки» на самосвалы, и в окружении военной полиции, в окружении русских экспертов, везли эти ящики на те же заводы, в те же плавильные печи. Вся разница была в том, что эта экзекуция совершалась теперь на другой поляне, неподалеку от урочища Бизоновая роща.