Чтение онлайн

Так как новый порт был практически закончен, многие уже ставили в нем свои яхты. С приближением летнего сезона эти красивые суденышки прибывали из Англии, Италии, Бельгии и, разумеется, Франции. Среди яхтсменов был и Джоэль Говард – миллионер, друг Рокбрюна, который считал себя обязанным Скубайду за возвращение своих бесценных картин.

Каждый раз, когда его «Одинокая звезда» останавливалась в Антибах, Говард приглашал Скубайда с женой к себе на борт. В этот день они в очередной раз обедали с мистером Говардом, его дочерью Сарой и ее мужем. Вскоре после событий тех лет девушка удачно вышла замуж. Около четырех часов дня Скубайды начали прощаться. Они спустились по трапу под любопытными взглядами туристов и местных жителей, глазевших на роскошную яхту Говарда.

Скубайд, все еще погруженный в воспоминания о прошлом успехе и о приятной компании, в которой они только что пообедали, галантно взял жену под руку, ведя ее через толпу. Но капитан был опытным детективом и всегда многое видел и внимательно слушал. Именно поэтому он обратил внимание на маленького мальчика, глазевшего на происходящее вместе со своей сестрой и родителями.

– Кто такая Мадлен Рено, папа?. Капитан Скубайд по инерции сделал еще два шага вперед и тут же обернулся на детей, разглядывавших бетонную плиту недалеко от причала, где стояла «Одинокая звезда» Говарда.

– Не знаю, – ответил турист. – Наверное кто-то, имеющий отношение к строительству этого порта. А может быть, маленькая девочка, которая жила здесь на яхте.

И они прошли дальше.

– Клод! – воскликнула мадам Скубайд. – Тебе плохо? Ты так побледнел. Бренди был чересчур крепок. Я тоже чувствую себя неважно.

– Нет, – ответил Скубайд. – Это не бренди.

Он подошел ближе и, чувствуя неприятный холодок в желудке, внимательно осмотрел небольшую элегантно выполненную бронзовую пластинку, на которой красивыми буквами было написано: «Памяти Мадлен Рено. 1951–1970 гг.».

Если бы не любопытный ребенок, надпись так и осталась бы ему неизвестной. Прошли бы годы и миллионы ног случайных прохожих совсем бы ее стерли. Неожиданный случай опять напомнил капитану о деле, которое он старался забыть. Разгадку тайны, несомненно, знал полковник Рокбрюн.

Но до того, как капитан отправился в сторону Венса, где жил полковник, он нанес визит в контору папы Санторо. Как только Санторо узнал о визите капитана, он выгнал из своего офиса всех служащих и посетителей, пригласил Скубайда зайти и плотно закрыл дверь. После столь тщательных приготовлений Санторо сдвинул свою знаменитую шляпу еще дальше на затылок и поинтересовался, чем он может быть полезен. Санторо был против предложения полковника замуровать в бетон памятную табличку, но, поскольку Рокбрюн настаивал, пришлось уступить. К тому же, полковник был хозяином этого причала. Папа Санторо отлично понимал, что Скубайд знает о его связях с бандой «Зоопарк» в былые лихие дни.

– Я пришел к вам совершенно неофициально, месье Санторо, – начал капитан, – и надеюсь, что вы мне поможете в расследовании очень запутанного дела, которое я вел некоторое время назад. Вчера я совершенно случайно наткнулся на бронзовую табличку, вмурованную в причал номер… – он посмотрел в свою записную книжку, – номер 218. Сейчас этот причал свободен. Вы не могли бы мне сказать, кто хозяин этого причала?

Папа Санторо на минуту задумался.

– Вам следовало бы обратиться в Бюро регистрации. У них есть все схемы и записи. Но они передают нам дубликаты всех списков на случай жалоб владельцев. Я сейчас просмотрю этот список.

Он достал из ящика стола толстую папку и стал водить по строчкам толстым, грязноватым пальцем. Дойдя до номера 218, Папа Санторо прочел:

– Причал принадлежит обществу «Де-ля-Турель».

Это название замкнуло цепь подозрений, которые возникли у капитана при первом взгляде на табличку.

– Многие из причалов, – разъяснил Санторо, – покупаются анонимными обществами. Это делается, чтобы уменьшить оплату или налоги. Меня это не касается.

– А вы не знаете, кто стоит за обществом «Де-ля-Турель»? Санторо глотнул аперитив, и Скубайд отметил, что тот совершенно спокоен.

– Это наверняка знают в Бюро регистрации, – ответил Санторо. – Однако я очень сомневаюсь, скажут ли они вам об этом. Разве что вы сделаете официальный запрос, подписанный соответствующими чиновниками. Ведь весь смысл подобного общества в том, что настоящий собственник остается анонимным.

Скубайд кивнул и тоже слегка отхлебнул из своего бокала. Он надеялся, что и его рука не дрожит.

– Что ж, вы правы, – сказал он. – Но у меня к вам еще один вопрос. Вы не замечали во время строительства ничего необычного?

Папа Санторо ненадолго задумался.

– У нас были трудности с одним или двумя рабочими. Когда мы их уволили, нам угрожала забастовка. Председатель профсоюза, похоже, хотел немного пошантажировать меня, но его отговорили.

Папа Санторо улыбнулся.

– Возможно, если бы вы более откровенно рассказали мне о вашей проблеме, я смог бы больше вам помочь, – невинно продолжил он.

– Речь идет об исчезновении семи людей, – уточнил капитан. – Все пропали в одно и то же время.

– Семь человек? – повторил папа Санторо. – Важные люди?

– Семь преступников, – не стал вдаваться в подробности Скубайд.

– Когда они исчезли? – продолжал расспросы строитель.

– Это случилось в конце февраля. Сейчас они, несомненно мертвы.

– Тогда как я могу вам помочь?

– У меня появилось подозрение, – перешел в атаку капитан, – что эти семеро сейчас носят бетонное пальто.

– Мне известно, что такой обычай распространен в Америке, – серьезно ответил Санторо, – во Франции я о подобных случаях еще не слыхал.

– В порту проводились огромные бетонные работы. Поэтому я хотел бы знать, была ли какая-нибудь возможность замуровать исчезнувшую семерку в один из бетонных блоков? – расставил акценты Скубайд.

Старый строитель только покачал головой.

– Наши бетонные блоки… Я не думаю, что это могло произойти, и уверен, что никто не смог бы привести такую операцию в порту так, чтобы я не знал об этом.

Капитан допил свой бокал и аккуратно вытер свои маленькие усики.

– Отлично. Это, разумеется, было абсурдное предположение, просто проверка версии. Извините, что побеспокоил вас и благодарю за помощь.

Он пожал руку Санторо и откланялся. Теперь ему оставалось только нанести визит самому полковнику. В магазине еще были покупатели – двое бельгийцев, муж и жена. Дама старательно пыталась изобразить из себя знатока антиквариата периода Людовика XIII. Они внимательно осматривали два комода с красивой резьбой на дверцах.

От нечего делать Скубайд принялся рассматривать экспонаты личной коллекции полковника. В ней были собраны ювелирные изделия древних греков, римлян, драгоценности с Крита.

Наконец, сделка состоялась, и комод загрузили в фургон, принадлежавший бельгийской паре. Мужчины остались наедине… Первым заговорил полковник:

– Итак, мой друг, прошло немало времени с тех пор, как вы оказали мне честь своим предыдущим визитом. Я надеюсь, что это не потому, что вы допрашивали жену, выясняя, где я был во время одной из моих поездок. Если бы я знал, что вам это интересно, я выслал бы и вам несколько открыток. В следующий раз я так и сделаю. Сердце капитана Скубайда забилось чаще. Он помнил ситуацию с сомнительными открытками, которые получила мадам Рокбрюн.