Чтение онлайн

– Эй, урод, иди сало йисты!

Это Романко после купания приглашал мальчишку к трапезе. Подумаешь, рожа кривая. Да хоть десять на одной голове. С тех пор Георгий не дичился Сашки, который так ни разу ничего и не спросил по поводу внешности Янсона. Только называл иногда как есть - уродом.

Спрыгнув с трактора, Романко присел в его тени, расстелил на земле газету "Правда" с фотографией Л.И. Брежнева на первой странице ( где он такую древнюю отыскал?) и стал кромсать на неё шматки сала. Длинноволосый мальчуган не спеша спустился с кургана.

– Сидай рядом, хлопец.

Романко улегся на бок и отправил в рот кусок сала с хлебом.

– Жуй.

Георгий посмотрел на каравай с отхваченным от него куском.

– Прямо как наш курган без одного бока.

– Чего?

– Ты от кургана край отрезал, как от хлеба.

– Угу. Отрезай еще.

Георгий положил на землю ярлыгу, присел возле Сашкиного стола.

– А зачем?

– Счас бабы приедуть, поймешь.

Мальчик не понимал.

– Для самана землю брать проще там, где будут строить. Ближе носить.

– В кургане земля мягче, я знаю. А носить... Погрузят на тележку и перевезут. Делов то.

Через час приехала бортовая машина. Бабы, спрыгнув с кузова, тут же стали готовить место для замеса глины. Романко подвез бочку с водой и тележку половы. Работа закипела. Для баб. Сашко особенно не утруждался. Отрезал от кургана ровно по столько, сколько нужно для очередного замеса.

Георгий с куском сала на хлебе сидел наверху. Отара паслась неподалеку, бабы месили и формовали глину, укладывая готовые кирпичи в ровные ряды. Среди женщин выделялась смешливая молодуха по имени Тоня. Георгий чаще всего смотрел на неё и вертел головой. Романко изредка подходил к работницам и однообразно "шутил". Хватал кого-нибудь за задницу и спрашивал: "Помочь?". Ему бросали в рожу глину, он хохотал, утирался и подмигивал Георгию - вот он какой. Когда Сашко приблизился к Тоне, пастушок на кургане замер. Молодая женщина угадала, что тракторист сейчас будет "шутить". Она вдруг ловко топнула ногой по глине так, что широкий веер грязи налип на бравого парня с ног до головы. Георгий рассмеялся и услышавшая его Тоня помахала ему рукой. Сашко сходил к бочке с водой, вылил на себя ведро, завел трактор, отрезал очередной кусок кургана и ссыпал глину на место замеса.

Тоня первой заметила неладное:

– Бабы, глядите, тут кости какие-то!

Юбка подоткнута высоко, под трусики, ноги белые, не тронутые жарким южным солнцем. Георгий насторожился.

– И я косточку нашла, думала, случайно. А тут их!

Другая женщина, пышнотелая Аглая, взяла в руки две почерневших кости.

– Да это ж человечьи! Сашко! Он, придурок, могилу разрыл, а мы копаемся!

Бабы разом вышли из глины. Сашко в этих действиях уловил угрозу новой работы - рыть землю на голом месте. Попытался отговорить:

– Если это и могила, то старинная. Кости как пыль...

Тоня возмутилась:

– Я не стану топтаться на мертвяках!

– Сказились! Глина как глина...

Не слушая тракториста, женщины мыли ноги, садились перекусывать. Романко плюнул и поплелся к трактору. По опыту знал, что это скандальное племя уже не переубедить. Аглая беззлобно проворчала:

– Давай, давай, вези глину, да без всяких костей!

Георгий давно не глядел на овец. Так странно - прямо перед ним разверзлась чья-то могила. Не без колебаний он спустился вниз. Жора настоял. Ковш трактора, приблизившись к середине кургана, затронул край захоронения. Из земли торчали косточки, проржавевшие железяки, черепки и гнилые деревяшки... Бабы, заметив, что мальчик ковыряется в земле, закричали:

– Уйди оттуда, пацанок! Вдруг там зараза какая?

Прогнать мальчонку от кургана удалось только Яну Арвидовичу Янсону, подъехавшему к месту будущей мазанки.

– Марш оттуда, хиппи степняцкий! Зарос как Маугли!

Гоша знал, что строгий дядька являлся каким-то большим колхозным начальником. Янсон приехал на потрепанном уазике, исколесившем местные степи, чтобы проверить как начали строительство и был ошарашен видом наполовину исчезнувшего кургана. Отчитав и прогнав пацана, Янсон напустился на Сашку.

– Когда ты начнешь думать? Эти курганы пересчитаны, пронумерованы и стоят на учете в крае, как представляющие исторический интерес.

Мальчик издалека слышал слова начальника. Могилы представляют интерес и даже пронумерованы более высокими начальниками, чем Янсон? Представляют интерес...

– Это древнее захоронение. Несанкционированное вскрытие наказывается в уголовном порядке, понял?

Романко лишь надулся.

– На кургане не написано, что охраняется государством и что его нельзя рыть.

– Я тебе говорю! Достаточно? Теперь придется звонить в край, докладывать. А почему вы все прохлаждаетесь?

Сашко не стал слушать дальнейшие воспитательные речи. Залез в трактор и поехал к артезианскому колодцу наполнять водой бочку. Ян Арвидович напоследок сказал женщинам:

– Зато вам будет не скучно. Археологическая партия приедет.

Аглая пробурчала:

– Нам хоть вся коммунистическая. В грязи возиться.

– А вечерком? Археологи - парни образованные, много поездившие. Интересные - жуть!

Янсон подмигнул бабам и укатил на своем уазике.

– Кобель старый! Все за юбками таскается. Во всей степи бабы не найдешь, к которой бы он не притыкался. В каждой бригаде, должно быть, по дитю народил, - .
– крикнула вслед Аглая.

Тоня со смехом посоветовала:

– Так верни его, подруга, мужик-то какой!

Аглая не обиделась:

– Ну его, моложе есть. Он уже поизносился, пыль сыплется. Говорят, что Мариин пацанок, что здесь крутился, тоже от Янсона.

– Слушай больше, люди не сбрешуть за день - так больные.

– Что? Так они ж похожие!

Аглая вытянула шею, ища глазами Георгия. Он слышал разговор издалека и слова, сказанные Аглаей, ошеломили его. Мальчик стоял неподвижно, соображая, болтовня это женская или правда, что Янсон - его отец. Да нет, его отец не мог быть начальником. Врут бабы.

– Пацанок, как тебя, иди сюда, - кричала Аглая.

Георгий повернулся и побежал к отаре. Вечером он спросил у матери о Янсоне. Мария смутилась, но твердо сообщила о том что отца Георгия давно уж нет в живых.

– Не слушай, врут люди.

Археологи и ученые из краевого музея приехали через неделю. К этому времени неподалеку от кургана уже выстроились невысокие штабеля саманных кирпичей. Много сушилось на земле в длинных рядах. Не сегодня - завтра приедут строители. Материала уже хватало больше, чем на половину мазанки.

Георгий видел издалека необычное для него скопище народа возле кургана. Иногда он оставлял отару и подходил ближе посмотреть на женщин, на Тоню. Она была все так же весела.