Чтение онлайн

Джем и Пудель: война миров

С некоторых пор на Дальнем Востоке понятие «воровской общак» ассоциировалось в первую очередь с именем Евгения Васина - иначе Джема. Вот уж воистину: говорим «партия», а подразумеваем…

Джем стоял у истоков формирования местного Общака, о чем свидетельствуют не только милицейские оперданные и публикации в СМИ, но и «воспоминания современников», передающиеся из уст в уста, как былины, либо опубликованные - как мемуары. «Путь к свету» - так называется книга ещё одного весьма авторитетного на Дальнем Востоке человека - Владимира Податева, которого в определенное время и в определенных кругах больше знали как Пуделя. Кстати сказать, самого автора такое обращение вполне устраивало, а посему порой и мы здесь будем называть его этим милым прозвищем.

По свидетельству Пуделя, «в то время на Дальнем Востоке воров в законе не было. Существовало огромное количество преступных группировок, деятельность которых отличалась беспредельностью, не считавшихся ни с кем и ни с чем». [165] Освободившись из мест лишения свободы и столкнувшись с беспределом, Податев стал продвигать идею воровского братства. Наводить порядок он принялся с Хабаровска, и в первую очередь именно посредством Общака. Потом пришел черед взяться за Приморский край, Сахалинскую, Магаданскую области. И так по всему региону. В конце концов, под лозунгом «Сидельцы всех времен, объединяйтесь» этот авторитетный товарищ создает две ассоциации - сначала «Свободу», а затем «Единство».

Понятно, что, отвечая за Хабаровск, Пудель не мог не контактировать с ответственным за весь Дальний Восток Джемом.

«Оказавшись в конце восьмидесятых годов единственным вором в законе на Дальнем Востоке и не желая ни с кем делить власть, - пишет в своей книге Податев, - Джем проводил политику, не допускающую появления других законников. Но после того как залетные воры в начале девяностых едва не подмял и под себя весь Дальневосточный регион, Джем, для закрепления своих позиций, наштамповал в период с 1990 по 1993 год только в своем городе Комсомольске ещё шестерых воров: Волчка, Сахно, Турбинку, Стрелу, Еву и Литвина, причем почти все были выходцами из одного района Дземги» [166] . Отчасти это было сделано и для того, чтобы создать подконтрольную, а значит, управляемую дальневосточную группу воров в законе и собственный воровской совет.

При этом в своей книге Податев представляет Джема-Васина как человека жесткого и злоупотребляющего алкоголем, во время очередных запоев которого «его темная внутренняя сущность вырывалась наружу, наводя страх на окружающих своей жестокостью и непредсказуемостью». Вполне возможно, что столь нелестные отзывы о Джеме слишком субъективны и, вероятно, навеяны стремлением «свалить» Пуделя, о чем тот опять же пишет не таясь и безо всяких экивоков.

Война с Джемом началась в 1994 году, когда Васин вышел из тюрьмы, отсидев семь месяцев за «похищение» двух милиционеров из магазина, в котором «Васин со товарищи» шумно затоваривались водкой и были обижены замечанием стражей порядка. Вот они якобы и вывезли тех за город, дабы объяснить, кто в городе хозяин. Так, по крайней мере, интерпретирует эту историю Податев. Освободился Васин неожиданно, но вполне предсказуемо - «по состоянию здоровья». После этого, по словам Пуделя, Джемом и была объявлена война хабаровскому смотрящему [167] . Сам Податев описывает ход дальнейших событий так.

В 1994 году на Дальнем Востоке стараниями Васина появился ещё один законник - Вадик Беляй из Николаевска (остальные были из вотчины Джема Комсомольска-на-Амуре). Он возглавил оппозицию против Пуделя и даже пытался его устранить (якобы по приказу Джема), но не успел, погибнув в августе 1995 года в Москве в криминальных разборках. Через год у Пуделя появился новый оппонент - Витя Кисель из Хабаровска, но через два месяца после его коронации Кисель также ушел в мир иной (по официальной версии, заказчиком его убийства явился некто Сергей Конкин - представитель спортсменов). Таким образом, в какой-то момент на Дальнем Востоке снова остались исключительно «комсомольские» воры.

Но на этом сердце Джема не успокоилось: в том же году он сделал ворами Лепеху и Лешего, которым в момент коронации было едва за двадцать. (Причем оба несудимые и о тюремной жизни знавшие разве что с чужих слов.) Одновременно с этим Джем лишил воровского звания Стрелу, Турбинку и Литвина, которые ему чем-то не угодили. А в 1999 году погиб, катаясь на водном мотоцикле, близкий друг Васина Волчок, которого он сделал самым первым после себя вором в законе ещё в далеком 1990-м.

В результате к концу лета 1999 года на Дальнем Востоке осталось только пять воров в законе во главе с самим Джемом (причем все пятеро - из Комсомольска). При этом считается, что Джем к тому времени входил в десятку наиболее авторитетных воров в законе России. Уж не беремся судить, по чьим таким оценкам.

Воровской Общак был тесно связан с исправительно-трудовыми учреждениями Дальнего Востока - за каждой колонией со свободы присматривал ответственный от Джема. В самих колониях назначались ответственные за промышленную и жилую зоны, штрафные изоляторы, ПКТ и проч. Связь с волей поддерживалась через пересылки, следственные изоляторы, лечебные учреждения.

Впрочем, и на свободе также существовали не менее строгие зональность и иерархия. Так, к примеру, вотчина Джема - Комсомольск-на-Амуре - была поделена на семнадцать районов, за которые отвечали бригадиры. Помимо обычных для преступных группировок дел всем авторитетным товарищам в обязательном порядке вменялось уделять внимание вопросам идеологической обработки молодой поросли - сиречь толкованию катехизисов, пропагандирующих воровские идеи.

Подобного рода лекции читались даже сопливым пацанам, что само по себе стало эдаким ноу-хау в криминальной жизни современной России. Еще бы! Создав летний лагерь для подростков, где молодежь воспитывалась в определенном русле, Васин, как писали в свое время владивостокские СМИ, прославился на всю страну: вместо компота - пиво с водкой, вместо зарядки - танцы.

Легализация Общака проходила посредством активного участия в общественной жизни. Так, в частности, сам Васин являлся первым заместителем председателя. Российского антифашистского движения, во главе которого стоял депутат Московской городской думы Анатолий Станков (примечательно, что в 1996 году он баллотировался в президенты - на основе подписей, собранных сахалинскими группировками) [168] . А благотворительный фонд «Сострадание», созданный Джемом, был призван помогать униженным и оскорбленным, то бишь бомжам и заключенным. Учредителями фонда стали также все местные воры в законе и, по заверениям живого летописца тех лет Владимира Податева, несколько дальневосточных писателей, а также бывшие сотрудники милиции и преподаватели вузов. Филиалы фонда открылись в Хабаровске, Биробиджане и на Сахалине. Об этом он опять-таки упоминает в своей книге [169] . Нелегальные интересы группировок, подчинявшихся Джему, лежали в сферах перепродажи иномарок, морского промысла, морских транспортных перевозок, торговли бензином и в лесном бизнесе. Когда в 1998 году на Сахалине приступили к нефтяной разработке прибрежного шельфа, люди Васина - Ева (Олег Семакин), Черс и Лопух (Александр Тюкавин) - попытались контролировать и это направление, что, понятное дело, стало поводом к серьезному конфликту с другими претендентами на нефтяные доллары. В этой войне пал сахалинец Аксен (по некоторым данным - ставленник московских законников) и другие соперники. В ответ сахалинцы избавили остров от таких авторитетов, как Иваныч и Грек, а также отправили на тот свет ещё энное количество «джемовских» - тех, что рангом пониже. По некоторым оценкам, в общей сложности в этой схватке полегло где-то три десятка человек.

Ключевым стало убийство Тюкавина, после которого позиции Джема на острове пошатнулись, а вот позиции так называемых москвичей, наоборот, упрочились. Что ж, как говорится, не всё коту масленица!

Обретение «самостоятельности» Сахалином совпало с ликвидацией почти всех ставленников Джема в Приморье, а в июне 1999 года было предотвращено покушение на самого Васина. Впрочем, он ненадолго задержался на этом свете - через два года Джема не стало. Неофициальным данным, 23 октября 2001 года он умер в следственном изоляторе Хабаровска от сердечной недостаточности. По неофициальным - Джема грамотно убрали, вколов ему кардиолетал. Здесь заметим, что до своего пятидесятилетия Васин не дожил каких-то две с половиной недели. А представляете, каков мог быть банкет?!

В СИЗО Джем попал в связи с чудовищной историей, произошедшей в Комсомольске-на-Амуре 22 февраля 2001 года. В тот страшный вечер неизвестные подожгли молодежное кафе «Чародейка» - четверо бандитов метнули в него несколько банок с горючей смесью. Пожар вспыхнул мгновенно. В результате четверо посетителей сгорел и в огне, а ещё четверо (из двадцати обгоревших) в муках умерли один за другим в больнице. Причем большинство из погибших и покалеченных были девочками-старшеклассницами.

В Комсомольске начались волнения - школьники и родители выходили на демонстрации, писали письма президенту. Но местная милиция ничьих волеизъявлений не ждала - первые подозреваемые были задержаны уже на следующий день. Арестованный «джемовец» Александр Назаренко (один из смотрителей за Центральным округом Комсомольска) поведал, что кафе подожгли из-за того, что его владелец, депутат городской думы Зайцев, не пожелал платить Васину дань. Однако никто и представить не мог, что предупреждение на самом деле окажется черной меткой.

Вместе с Назаренко задержали ещё двоих исполнителей, четвертый был Найден повещенным [170] . Надо сказать, что за время следствия верхушку «джемовских» группировок преследовали постоянные неудачи: сначала погиб Василий Сидоренко (ближайшая связь Джема с московским авторитетом Ашотом), потом в тюрьму угодил Лепеха. Кульминацией стадо заказное убийство ответственного за Хабаровск авторитета Меркумьянцева (Соседа), на место которого был поставлен Краб, а апофеозом - задержание самого «бати». Именно так ласково звали Васина подчиненные. Его арестовали в сентябре 2001 года с санкции Генпрокуратуры, и уже в начале октября Васин объявил голодовку (всего за время этой акции он четырежды побывал в реанимации). Врачи поставили диагноз - стенокардия - и вернули Джема в камеру. Именно там он и был найден мертвым.