Чтение онлайн

Дело в том, что в начале девяностых кредиты правительству Магаданской области под самые различные проекты выдавались… золотом. Порой случалось так, что сумма этих кредитов превышала доходы золоторудных компаний, и как результат - неминуемо образовывались долги перед бюджетом.

Кстати сказать, такая практика была характерна не только для Магадана: в конце 2001 года Счетная палата обнародовала информацию о том, что задолженность по возврату «золотых кредитов», выданных в 1992-2000 годах из Государственного фонда драгоценных металлов и драгоценных камней Российской Федерации, составила 982 миллиона долларов, в том числе просроченная задолженность - 610 миллионов. В число основных должников попали на Дальнем Востоке администрации (правительства) Чукотского автономного округа, Магаданской области и Якутии.

Почему губернатор Магаданской области не спешил вернуть долг в федеральный бюджет, если целый ряд золотодобытчиков всё же добросовестно перечислял средства в область? Писали, что эти деньги направлялись на решение текущих проблем в области.

Еще одна брешь - строительство квартир для жителей области в южных и центральных районах страны. Финансировался этот проект из средства «золотого кредита», выданного местным властям. Однако золото осело у посреднических компаний, а федеральный центр меж тем продолжал настаивать на возврате ранее выданных «золотых кредитов», которые осели в руках третьих фирм. Поговаривали, что губернатор знал, в чьих именно руках, и, в принципе, в случае особо жесткого давления со стороны Центра вполне мог раскрыть эту тайну Словом, немудрено, что, по одной из версий, губернатор Цветков стал жертвой борьбы преступных кланов Магаданской области за «золотой кредит».

Другая не менее «живучая» версия связана с ещё одним богатством Магаданской области - биоресурсами. В ходе расследования убийства магаданского губернатора Генеральная прокуратура обнаружила махинации с распределением рыбных квот.

Так что Цветкова могли устранить и те, кто участвовал в распределении доходов от нелегальных рыбных сделок. К примеру, 75% бесплатных квот распределяло Магаданское областное унитарное предприятие, созданное Цветковым ещё в 1996 году. Но в ходе следствия выяснилось, что существовало оно лишь на бумаге, зато через него бойко предавали бесплатные квоты коммерческим структурам.

Эта криминальная история была выделена в отдельное производство и впоследствии получила название «крабовое Дело». По его итогам на скамье подсудимых оказались трое: бывший советник магаданского губернатора Виктория Тихачева, директор Магаданского НИИ рыбного хозяйства и океанографии (НИРО) Александр Рогатных и первый заместитель главы Госкомрыболовства Юрий Москальцов. Всем им инкриминировалось хищение путем мошенничества - передача четырем коммерческим предприятиям квот на ловлю краба-стригуна и трубача, выделенных Магаданскому НИРО. Совокупный ущерб от этих действий, по данным следствия, составил 39 миллионов долларов. Москальцов был признан виновным в мошенничестве и злоупотреблении должностными полномочиями при решении вопроса о выделении дополнительных квот Магаданской области на отлов водных биоресурсов. Находившийся под подпиской о невыезде, он был приговорен к четырем годам лишения свободы и арестован в зале суда. Советник убитого губернатора Магаданской области Валентина Цветкова Виктория Тихачева и Александр Рогатных были осуждены на четыре и три года лишения свободы соответственно. Одновременно суд снял обвинение в мошенничестве, которое было фактически посмертно предъявлено Валентину Цветкову. В дальнейшем Верховный суд заменил Москальцову и Тихачевой реальные сроки на условные, а приговор в отношении Рогатных вовсе отменил, прекратив в отношении его дело за отсутствием состава преступления.

А вот с делом об убийстве Цветкова было сложнее, хотя правоохранительные органы несколько раз и рапортовали о его скором раскрытии, По «рыбной» версии задерживались Артур Анисимов и Сергей Филипенко, якобы крышевавшие рыболовецкие предприятия. Потом был задержан ещё один человек - уроженец Азербайджана Масис Ахунц, считавшийся одним из помощников исполнителя убийства.

В розыск также были объявлены Юрий Ражкин, Александр Захаров, Мартин Бабакасян [188] , Сергей Гордиенко. Однако время шло, доказательная база не пополнялась, и Филипенко в конечном итоге пришлось освободить под подписку. Что же касается Артура Анисимова, то он предстал перед судом совсем за другое преступление.

Между тем в 2005 году в Приморье была осуждена банда Голбана (Молдавана), которой инкриминировался ряд убийств, в том числе и заказных. Как сообщали СМИ, с бандой Голбана пытались связать и убийство магаданского губернатора. Пытались - но так и не связали. Следствие по шести эпизодам, включая убийство Валентина Цветкова, было приостановлено до поимки подозреваемых в исполнении убийства - Коршунова и Ковалева, числящихся в федеральном розыске. Кстати сказать, не исключено, что их уже нет в живых. Правда, есть информация, что Ковалева милиция таки задерживала в одном из московских аэропортов сразу после убийства Цветкова (причем в парике, с паспортом на чужое имя и переклеенной фотографией); Это событие осветили в программе «Дежурная часть» на Центральном телевидении. На родине Ковалева эту передачу видели и разыскиваемого за прежние подвиги киллера узнали. Кинулись было звонить в Москву, но оказалось поздно - Ковалева уже отпустили, чем он и не преминул воспользоваться, затерявшись во вселенских просторах. Так что, кто и за что заказал магаданского губернатора, до сих пор так и остается загадкой.

Голодранцы усих краин, геть до кучи!

На протяжении последних полутора десятков лет выходцы из бывших союзных республик смело покоряют дальневосточные просторы. Если конкретизировать, то к концу девяностых здесь особо выделялись чеченское и азербайджанское преступные сообщества.

Чеченцы в разное время рассеялись по Хабаровскому и Приморскому краям, они же неплохо обжились в Еврейском автономном округе и на Камчатке. Одним из авторитетов дальневосточной чеченской диаспоры считался житель Находки Асланбек Хатуев (Аслан). У Аслана имелось собственное ОПС, участниками которого контролировался целый ряд коммерческих объектов (в первую очередь, это банки и промышленные предприятия). Всего сообщество насчитывало около десятка преступных групп общей численностью более ста человек. Кстати, не тот ли это Хатуев, который впоследствии засветился при разборе полетов после трагедии Беслана?

Азербайджанское сообщество к середине девяностых было как минимум в два раза больше чеченского - и по количеству группировок, и по числу активных участников. Но к концу прошлого века границы сообщества стали размываться - азербайджанцы стали принимать в свои ряды представителей других национальностей, уменьшив при этом количество ОПГ, но сохранив общий численный состав. Большинство из таких группировок обосновалось в Хабаровском крае: здесь азербайджанцы преуспели в незаконном обороте наркотиков и фальсифицированного спиртного, а также в экспорте цветных металлов и промышленного золота.

Но едва ли в Дальневосточном регионе выходцы из бывших союзных республик чувствуют себя увереннее, чем переселенцы из-за рубежа - корейцы и китайцы. Это на Северо-Западе и в Центральной России они боязливо жмутся на окраинах городских рынков, принимая покровительство тех же кавказцев. А вот на Дальнем Востоке они чувствуют себя чуть ли не хозяевами жизни - и это ещё одна особенность региона, правоохранительным органам которого приходится противостоять оргпреступности зарубежных стран. Численность «импортных» ОПГ растет год от года (сказывается незаконная миграция, напрямую связанная с туриндустрией: не секрет, что часть китайцев и корейцев приезжают к нам как туристы, после чего на родину уже не возвращаются).

Барыши с криминального транзита получают по обе стороны границы, кроме того, есть сведения, что в незаконной миграции заинтересованы и зарубежные спецслужбы. Вместе с «гостями» в Россию прибывают наркотики: опийной группы из Северной Кореи и эфедрона из Китая, а также китайский ширпотреб, В обратную сторону движутся караваны с более ценными вещами - драгоценными и цветными металлами, лесом, нефтепродуктами, биоресурсами.

Наиболее сильна из международных группировок китайская. Криминальный шлейф за выходцами из Китая тянется с конца 80-х - начала 90-х годов прошлого века, когда первые из них кинулись осваивать российские экономические просторы. Поначалу пределом их мечтаний были приморские вещевые рынки, однако очень быстро китайцы осмелели, обнаглели и принялись осваивать и другие направления деятельности.

По имеющейся информации, в Приморье верховодили выходцы из двух беднейших северных китайских провинций - Хэйлунцзян и Цзилинь. Были известны «ванцинская» (г. Ванцинь) и «янбенская» (г. Янбень) группировки, а также группировки с названием «Голова змеи» и «Рассерженная собака». В конце 90-х здесь также орудовала банда Джень Хаб по кличке Инно. Методы «работы» его парней были просты - избить и отобрать. Инно и ряд его сподручных были задержаны китайской полицией в 2000 году, а ещё через два года на родину из Владивостока депортировали главу группировки «Волки» Старого Хулигана (он же Пахан - Лао Да), который терроризировал соотечественников в российском городе [189] .