Чтение онлайн

Знающие люди утверждают, что Васильева и его команду отличали повышенная агрессивность и неспособность идти на компромисс. Впрочем, скорее всего в последние годы Сергей Васильев несколько остепенился. Во-первых, годы дают знать свое, да и, что называется, должность обязывает: последние несколько лет Васильев являлся теневым хозяином одной из крупнейших компаний города - «Петербургский нефтеналивной терминала», рыночная стоимость которой оценивается в полмиллиарда долларов. По оценкам экспертов, «ПНТ» обеспечивает пятнадцать процентов всего объема перевалки нефтепродуктов в регионе Балтийского моря.

За последнее десятилетие Сергей Васильев пережил несколько покушений, последнее из которых произошло как раз в то время, когда, собственно, и писалась настоящая глава.

4 мая 2006 года, в самый разгар рабочего дня, кортеж Васильева следовал по Левашовскому проспекту от Каменноостровского. Для тех, кто плохо знаком с географией Питера, поясним, что фактически - это исторический центр города. Васильев ехал в автомобиле «Роллс-Ройс» с несколькими охранниками. Еще одна машина с охраной - «Шевроле-Тахо» - следовала позади. Перед перекрестком с Ординарной улицей, по свидетельству очевидцев, кортеж стала обгонять «девятка». Из притормозившей машины выскочили двое молодых людей и открыли огонь из автоматов. Затем стрелявшие добежали до отъехавшей вперед «девятки» и, вскочив в нее, скрылись. «Девятка» позже была найдена в глубине двора соседнего квартала.

Васильев с огнестрельными ранениями в тяжелом состоянии был доставлен в клинику военно-полевой хирургии ВМА (в конечном итоге, несмотря на тяжелейшие ранения, он сумел выжить). С ним были госпитализированы и два человека из группы его сопровождения. А вот один из охранников, находившихся в «Шевроле-Тахо», погиб. По одной из основных версий, причиной этого покушения явилось противостояние руководства Петербургского нефтеналивного терминала и одной из рейдерских группировок, пытавшейся захватить «вкусную» во всех отношениях компанию.

Впрочем, существует ещё одна версия покушения, не столь очевидная, но зато куда как более экзотичная.

Не так давно мы случайно узнали, что с некоторых пор на берегу реки Оредеж в Вырице растет «Екатерининский дворец». Точнее, несколько уменьшенная копия знаменитой царской резиденции в Пушкине. Вырицкому дворцу через год с небольшим, если все пойдет по плану строителей, говорят, предстоит стать резиденцией Сергея Васильева. Собственно, здесь уже почти все готово. Даже спуск к воде сделан - изящная лесенка. А свежевыросшая зеленая травка в парке пока выглядит как свежеподстриженный газон. Ничего, вырастет - подстригут по-настоящему.

Узоры чугунной решетки, золотые луковки дворцовой часовни, небесно-голубая штукатурка и снежно-белые статуи - все это почти в точности повторяет знаменитый дворец Екатерины в Царском Селе. Но толком ничего не рассмотреть: большая часть дворца нежно укутана в полиэтилен, а со стороны реки - так и все строение. И уж конечно, об интерьерах никто ничего не расскажет. «Тоже как в Екатерининском?» - спрашиваем. «Да вы что! Лучше!» - отвечают. Знакомые хозяина говорят, что только двери из панциря черепахи обошлись в 30 тысяч долларов - каждая.

Одна чем-то не понравилась Васильеву, велел выбросить и заменить.

Площадь угодий вокруг дворца точно не известна. «Четыреста метров - туда, четыреста - сюда», - неопределенно машет рукой человеке наружностью гастарбайтера. Близко к стройке не подпускает бдительная охрана, фотографировать округу категорически запрещено. «Частная территория!» - уважительно поднимает палец широкоплечий человек в униформе…

«А к чему, собственно, вся эта лирика?» - спросите вы. Да, собственно, к тому, что источники из числа борцов с оргпреступностью предполагают: весной 2006 года некие москвичи, видимо заметившие в Ленобласти такую красоту, сулили Васильеву сумму, сравнимую со стоимостью нефтеналивного терминала, за дворец в Вырице со всеми угодьями. Васильев, говорят, отказал. Еще и посмеялся… Ну те и ответили.

Словом, красота - это страшная сила [87] .

Сильные мира сего

После разгрома группировки братьев Седюков какое-то время в криминальном мире Северной столицы наблюдалось некоторое затишье. На многих представителей преступности данные аресты и судебные процессы оказали отрезвляющее действие. Как оказалось, четкая организация преступной группы и наличие у нее коррупционных связей всё же не делает её лидеров полностью неуязвимыми со стороны властных и правоохранительных органов. Но механизм создания и развития организованных преступных группировок уже был запущен. В стране продолжалось развитие рыночной экономики, росло количество прибыльных коммерческих структур и состоятельных граждан. Все это не могло не привлекать внимания криминалитета. В этих условиях к 1988 году в преступном мире Ленинграда лидирующие позиции начала занимать группировка Владимира Барсукова (Кумарина). Так называемая тамбовская.

Тамбовские

О питерских тамбовских сказано-пересказано, написано-переписано столько, что, пожалуй, нет большого смысла в том, чтобы в очередной раз браться за труд по созданию «альтернативной» летописи этой уникальной во всех отношениях группировки. Вернее, как это сейчас принято говорить, бизнес-группы. Политкорректность, знаете ли. Поэтому далее мы остановимся лишь на основных, ключевых этапах большого пути. Пути от станка наперсточника до кожаного директорского кресла и бамбукового лежака на собственной вилле в испанской Марбелье. Итак:

– Владимир Сергеевич Барсуков (Кумарин) родился 15 февраля 1956 года в деревне Александровка Мучкапского района Тамбовской области. Еще в школе начал активно заниматься спортом. После прохождения срочной службы поступил в Ленинградский институт точной механики и оптики. Будучи студентом, устроился вышибалой в кафе «Роза ветров». Вскоре из-за систематических пропусков занятий из института был отчислен. В 1980 году Кумарин устроился барменом в бар «Таллин». В то время в городе открывалось много новых кафе и ресторанов, в которые на работу охранниками приходили молодые люди спортивного типа. Многие будущие криминальные авторитеты прошли через этот жизненный этап, и именно тогда между ними стали складываться отношения, которые позже переросли в тесные деловые и преступные связи.

– В 1986 году после своей первой отсидки Владимир Кумарин возвращается в Ленинград (он был осужден за незаконное хранение оружия, но вскоре освобожден условно-досрочно). Обладая к тому времени достаточным авторитетом, он формирует собственную бригаду, костяк которой составили его земляки - уроженцы Тамбовской области. Отсюда, собственно, закрепилось название. Участники бригады крышевали наперсточников на Некрасовском рынке, автовокзале, на рынке в Девяткино и в прочих «широко посещаемых» местах. Говорят, что тогда же тамбовские одними из первых в городе в массовом (а не в единично-разовом) порядке принялись совершать наезды уже не на теневиков, а на людей из вполне легальных бизнес-структур. В любом случае, в самом скором времени о тамбовских заговорили как о реальной силе, которой побаивались и с которой принято было считаться.

– В 1989 году в Девяткино произошла «историческая разборка», в которой участвовали представители тамбовских и тех, кого позже стали называть малышевскими. На этой разборке обе конфликтующие стороны продемонстрировали наличие у них оружия, в Том числе автоматического.

Не шибко лирическое, но отступление № 1

Толкучка - верный признак лихолетья. Первая массовая и стихийная выросла в 1986 году в Ленинграде недалеко от железнодорожной станций Ульянка в Красносельском районе. Там впервые начали крутить наперстки. Делали это грузины. Но, так как Красносельский район был исторически подвластен малышевской бригаде, грузины были выбиты оттуда. Братве удалось забрать у них «нижнего» - главного виртуоза игры в наперстки, того самого, который на корточках блистательной ловкостью рук и искрометным языком зазывал простонародье в ловушку. Тогда первым победоносную драку с грузинами начал ныне авторитетный бизнесмен Сергей Васильев со своими непростыми братьями.