Банк, который булькнул
Шрифт:
– Да, сэр.
– Скажите им, что мы будем здесь вплоть до следующей связи.
– Да, сэр.
– До тех пор, пока не найдется банк, или не кончится дождь, или я не свихнусь.
Радист захлопал глазами.
– Да, сэр, - сказал он.
– Смотря что случится раньше.
– Да, сэр.
Капитан повернулся к лейтенанту Хепплуайту, имевшему весьма бледный вид.
– Я даже в младенчестве ненавидел дождь, - объявил он.
– У меня была пучеглазая кукла, которую стукнешь, и она валится, а потом встает опять. Она была ростом с меня, и с утяжеленным задом. Так вот, в дождливые дни я, бывало, уносил эту неваляшку в подвал и мордовал до усрачки.
– Да, сэр, - ответил лейтенант.
У капитана отвисло веко.
– Я уже устал от вашего вечного "да, сэр", - сказал он.
– Да-сссссс...
– ответил лейтенант.
– Сэр?
– позвал радист.
Капитан повернул тяжелую голову.
– Сэр, - сказал радист, - я сообщил в штаб о нашем местонахождении, а они говорят, что не имеют ничего доложить.
– Уж конечно, - хмыкнул капитан.
– Они говорят, что дождь затрудняет поиск.
Капитан нахмурился.
– Они взяли на себя труд указать нам на это обстоятельство?
– Да, сэр.
– Э...
– предостерегающе произнес лейтенант Хепплуайт.
Капитан взглянул на него.
– Что, лейтенант?
– Ничего, сэр.
– Который теперь час, лейтенант?
– Четверть одиннадцатого, сэр.
– Я проголодался.
– Капитан посмотрел через голову лейтенанта на забегаловку.
– Почему бы вам не взять для нас кофе и датских булочек, лейтенант? Я угощаю.
– Там в окне табличка, сэр, и на ней написано, что они закрыты.
– Вероятно, ещё не готовы открыться после пожара, - вставил радист. То, другое помещение сгорело дотла.
– Лейтенант, - велел капитан, - ступайте постучите в дверь и узнайте, нет ли там кого. Если есть, спросите, могут ли они хоть приоткрыться и дать нам кофе с датскими булочками.
– Да, сэр, - ответил лейтенант и поспешно добавил: - То есть, я... э...
– А если нет кофе и датских булочек, - продолжал капитан, - то пусть устроят нам что-нибудь другое, мы будем признательны. Вы скажете им что, лейтенант?
– Э... скажу, сэр.
– Благодарю, - проговорил капитан и, забившись в угол, вперил пасмурный взор в стену дождя.
Лейтенант выбрался из машины, и его форменный дождевик тотчас промок до нитки. Тут и впрямь был ливень, самый настоящий потоп, которому наплевать на всех и вся. Лейтенант Хепплуайт захлюпал по лужам к забегаловке, только теперь отметив про себя, насколько у неё "закрытый" вид. Мало того, что в окне виднелась начертанная от руки надпись: "Закрыто", в забегаловке к тому же не горело ни единого огонька.
Над всем сооружением витал эдакий дух неготовности приступить к работе. Обугленные черные останки ранее стоявшей тут забегаловки со всех сторон обрамляли и новую, поскольку убрать их не успели. Новая забегаловка по-прежнему стояла на колесах и не имела никакой облицовки; заглянув в просвет под сооружением, лейтенант Хепплуайт увидел колеса легковушки и грузовичок, стоявшей позади забегаловки - единственные признаки возможного присутствия здесь человеческих существ.
Но больше всего забегаловка потрясла лейтенанта царившим здесь духом упадка. Это было одно из мелких предприятий, на которое посмотришь, и сразу ясно, что оно обанкротится меньше чем через полгода. Частично такое впечатление, разумеется, объяснялось дождем и пасмурным днем, а частично тем, что новая забегаловка стояла на старом пепелище. Но главное - окна. Слишком уж они были малы. Люди предпочитают закусочные с широкими окнами, подумал лейтенант, им нравится выглядывать на улицу и пялиться на поток машин.
В передней стене закусочной было две двери, но ни к одной из них не вела лестница. Лейтенант захлюпал к ближайшей и постучал в нее, не надеясь на какой-нибудь отклик. Он уже собирался повернуть восвояси, когда дверь вдруг чуть приоткрылась, и на пороге появилась худенькая пожилая женщина; она выглянула и посмотрела на Хепплуайта сверху вниз. Из уголка её рта торчала сигарета, которая заходила ходуном, когда женщина произнесла:
– Что вам угодно?
– Да вот подумали, - объяснил лейтенант, - нельзя ли малость разжиться тут кофе с датскими булочками?
Разговаривая, лейтенант был вынужден задрать голову, что при существующих обстоятельствах причиняло ему неудобства. Прежде козырек фуражки предохранял его лицо от дождя, но теперь лейтенант прямо-таки захлебывался.
– У нас закрыто, - объявила женщина.
В дверях появилась ещё одна. Она спросила:
– Что такое, Гертруда?
Эта женщина была поменьше ростом, носила шейный корсет и выглядела раздраженной.
– Он хотел кофе с датскими булочками, - ответила Гертруда.
– Я объяснила, что у нас закрыто.
– У нас и впрямь закрыто, - подтвердила вторая женщина.
– Э... мы офицеры полиции, - сообщил сержант.
– Я знаю, - ответила Гертруда.
– Это видно по вашему головному убору.
– И по машине, - добавила вторая женщина.
– Там на борту надпись: "Полиция".
Лейтенант повернулся и посмотрел на патрульную машину, хотя и без того знал, что начертано на борту. Он снова метнул взгляд на женщин и сказал:
– Э... мы тут по служебным делам и думали, что, может, вы продадите нам немного кофе с датскими булочками, даже если у вас ещё не совсем открыто.
– Он попробовал обаятельно улыбнуться, но получил в награду только полный рот дождевой воды.
– У нас нет датских булочек, - ответила раздражительная женщина в шейном корсете.
Настроенная более доброжелательно Гертруда сказала:
– Я бы и хотела выручить вас, но дело в том, что у нас пока нет электричества. Ничего ещё не подсоединено. Мы только что приехали. Я и сама не отказалась бы от чашки кофе.
– Если дверь останется открытой, тут будет чертовски холодно, проворчала раздражительная женщина.
– Что ж, спасибо и на этом, - произнес лейтенант.
– Вот мы откроемся, тогда и приходите, - пригласила Гертруда. Угостим вас кофе с датскими булочками за счет заведения.
– Непременно приду, - пообещал лейтенант и захлюпал по лужам восвояси, чтобы доложить обстановку.
– У них нет электричества, капитал, сообщил он.
– Они ещё ничего не стряпают.
– Даже нормальную верхушку холма, и то выбрать не умеем, - посетовал капитан и обратился к радисту: - Эй, вы!
– Сэр?
– Узнайте, нет ли в ближайшей округе патрульных машин.
– Да, сэр.
– Нам нужен кофе с датскими булочками.
– Да, сэр. Какой кофе вы предпочитаете?